Чтение онлайн

Естественно, что Томас Мор не мог решить дела о разводе. Но английский король был упорен в своем желаний развестись с Екатериной Арагонской. В июне 1530 г. папе отправили адрес от имени всего английского народа, подписанный семьюдесятью духовными и светскими лордами и одиннадцатью членами палаты общин, выразившими опасения по поводу отсутствия в Англии наследника престола. В послании указывалось, что если папа будет упорствовать в своем нежелании дать разрешение на развод, английское правительство найдет другие средства для устранения препятствия. Еще раньше съезд английского духовенства постановил, что брак Екатерины Арагонской с Генрихом VIII противоречит божеским законам. Теперь оставалось найти человека, который мог бы стать орудием короля в деле о разводе. Им стал ранее никому не известный Томас Кренмер, одна из самых таинственных и любопытных фигур того времени. Возможно, о нем мы никогда бы и не узнали, если бы не дело о разводе короля, широко обсуждавшееся в самых разных кругах английского населения. Кренмер высказал мысль о необходимости собрать мнения теологических факультетов европейских университетов в пользу развода. О предложении Кренмера было доложено Генриху VIII, и с тех пор началось его возвышение. Действительно, многие университеты оказались на стороне короля, и только Сорбонна высказывалась, хотя и в очень уклончивой форме, против развода. Удача в решении этого дела способствовала дальнейшему продвижению Кренмера по служебной лестнице. Этот внешне привлекательный, элегантный, физически крепкий (вплоть до возраста 66 лет он превосходно ездил верхом), вкрадчивый и осмотрительный человек после смерти в 1532 г. архиепископа Кентерберийского Уильяма Уорхема становится примасом, т. е. главой католической церкви в Англии. Обязанный своим возвышением королю, он вскоре дает разрешение на развод Генриха VIII с Екатериной Арагонской, а затем венчает монарха с Анной Болейн, которая к этому времени была уже беременна будущей королевой Елизаветой. С тех пор Кренмер становится верным слугой Генриха VIII. Он переживет не только самого короля, но и его сына Эдуарда VI (1547–1553). В 1556 г. в царствование Марии Кровавой Кренмер станет жертвой репрессий против протестантов — его сожгут на костре.

Архиепископ Кентерберийский был последовательным протестантом, но очень гибким и осторожным. Там, где он видел решительное сопротивление короля, он отступал. Кренмер являлся сторонником секуляризации [36] монастырей, но, в отличие от Томаса Кромвеля, не торопился с ее осуществлением. Он просил за Анну Болейн, когда король собирался ее казнить, но делал это осторожно, с оглядкой: у него всегда была лазейка для отступления. Генрих VIII вполне оценил эти свойства Кренмера, и хотя судьба последнего несколько раз висела на волоске благодаря интригам Норфолька и его сторонников, ему все же удавалось сохранить свое положение. Архиепископ выглядел скромным и смиренным, не участвовал в грабеже монастырей, и это спасало его от нападок Генриха VIII.

Но самым значительным государственным деятелем Англии в царствование Генриха VIII, несомненно, был Томас Кромвель. Его портрет работы Ганса Гольбейна Младшего дает прекрасное представление о характере этого человека. Маленького роста, плотный, с волевым двойным подбородком, маленькими зелеными глазами, короткой шеей, очень подвижный, он был воплощением власти, энергии и деловой активности. Кромвель отличался хитростью, умел сближаться именно с теми людьми, в которых нуждался, и скрывать свои настроения и мысли. Человек из низов (он был сыном кузнеца), Кромвель начал свою карьеру в качестве наемного солдата в Италии, затем попал на службу к Вулси, был его торговым агентом, а позднее стал доверенным лицом. Он выгодно женился на дочери богатого лондонского купца и вскоре стал депутатом парламента. Когда пал Вулси, Кромвель очень встревожился. Во всяком случае, он вел себя очень осторожно по отношению к своему бывшему патрону и постарался вскоре от него отмежеваться. В парламенте 1529 г. Кромвель получил место уже благодаря герцогу Норфольку, пользовавшемуся тогда благоволением короля. Покровительство Норфолька широко открыло двери королевского двора перед молодым честолюбцем. Когда начал работать «Парламент Реформации», заседавший с 3 ноября 1529 г. по 4 апреля 1536 г., Кромвель стал обдумывать свою программу, целью которой являлось одновременное укрепление королевской власти в Англии и собственное возвышение по служебной лестнице. Существует легенда, рассказывающая о том, как Кромвель вошел в фавор к Генриху VIII. Было известно, что король любил в утренние часы совершать в одиночестве прогулки по саду Вестминстерского аббатства. Зная об этом, Кромвель, закутавшись в черный плащ, спрятался за одним из деревьев. Как только король поравнялся с ним, Кромвель вышел из-за дерева, открылся ему и изложил свой план, состоявший из трех важных пунктов: осуществление развода с Екатериной Арагонской, секуляризация церковных и монастырских земель и проведение политики равновесия между Францией и Империей. Генриху VIII эта программа очень понравилась, и вскоре он стал быстро продвигать Кромвеля по службе, в результате чего бывший агент Вулси стал первым фаворитом короля.

Показательна административная карьера Кромвеля: в 1533 г. он становится канцлером казначейства, в 1534 г. — государственным секретарем, что соответствует современному министру иностранных дел, в 1535 г. — генеральным викарием, т. е. управляющим делами церкви, в 1536 г. — лордом-хранителем малой печати, в 1539 г. — лордом-главным правителем Англии, в 1540 г. ему жалуется титул графа Эссекса. В руках Кромвеля оказались практически все нити государственного управления — финансами, церковью, внешней политикой. Ему даже не нужна была должность лорда-канцлера, которую с 1532 г. занимал малозначительный и не игравший сколько-нибудь серьезной роли сэр Томас Одли. Основные мероприятия королевской Реформации в Англии, начиная с «Акта о прощении духовенства Кентербери» (1532) и кончая секуляризацией церковных и монастырских земель, связаны прежде всего с именем Томаса Кромвеля.

В делах веры Кромвель был, прежде всего, практическим политиком: его нельзя считать последовательным протестантом, поскольку он рассматривал Реформацию как средство укрепления государства и королевской власти. Подчинение духовенства и установление королевского верховенства над церковью были главными целями религиозной политики Кромвеля. Однако его финансовые мероприятия не имели успеха. В результате секуляризации большая часть бывших монастырских и церковных земель оказалась не в руках короля, а сначала в собственности знати и затем в результате спекуляции и перепродажи в руках многочисленных средних и мелких дворян (джентри). Дело доходило до курьезов. Например, за вкусно приготовленный пудинг король пожаловал одной придворной даме земли крупнейшего аббатства Гластонберри. Это был типично феодальный жест. Во всяком случае, королю необходимо было показать свою щедрость. Хотя «революция цен» [37] еще только началась, в результате неблагоприятной торговой конъюнктуры, неурожайных лет и недостатка продовольствия цены стали расти, увеличились расходы на содержание армии, государственного аппарата и двора, укрепление границ. Поэтому правительство практически ничего не получило.

В 30-е гг. сформировались учение и организация англиканской церкви, главой которой стал английский король. Несмотря на все колебания то в сторону протестантизма, то в сторону католицизма, при прямом участии Кромвеля был выработан прагматический средний курс между Римом и Виттенбергом — путь, который устраивал прежде всего английскую монархию, стремившуюся к укреплению своей власти над церковью и ее разграблению и менее всего склонную к сколько-нибудь значительным изменениям в доктрине и вероучении.

При Кромвеле было разрешено издание Библии на английском языке. Эту Библию разрешалось читать только джентльменам и богатым купцам. Сам Кромвель не делал видимых отступлений от ортодоксальной доктрины, например, он характеризовал как ошибочные труды и суждения радикального реформатора Тиндаля в письме к своему другу, известному дипломату и купцу Стефену Вогену. Король, опираясь на послушный ему парламент и государственный аппарат, руководимый Кромвелем, мог позволить себе быть равнодушным ко всем анафемам и отлучениям, исходившим от римской курии.

Одновременно с основными антицерковными мероприятиями Кромвель начал реорганизацию государственного аппарата. Новый фаворит Генриха VIII стремился укрепить жесткую централизованную, почти деспотическую систему правления, полностью подчинявшуюся королю, а не парламенту. В создании такой системы управления огромную роль сыграли административные реформы Томаса Кромвеля.

Однако все они проводились спонтанно, по мере необходимости, по прецеденту, а главное — нагромождение должностей и опора на милость короля говорят о том, что в политике Кромвеля было довольно много типично средневековых черт. Настоящего конкретного плана реформирования государственного аппарата и четких теоретических воззрений у него не было. Один из последних Плантагенетов, Реджинальд Поль, ставший в 1536 г. кардиналом римской курии, еще до своего окончательного отъезда в Италию беседовал с Кромвелем и был шокирован, услышав от него, что Платон существует только для ученых диспутов, и поэтому видел во всесильном фаворите «посланца сатаны», совратившего короля и уничтожившего семейство Полей (в 1538 г. была казнена 72-летняя мать Реджинальда Поля Матильда). Конечно, нельзя обойти молчанием усиление репрессий при Кромвеле — только в 1532 г. по обвинению в измене было казнено 1445 человек. Пик же преследований пришелся на 1536–1537 гг. Многочисленными казнями, производившимися скорее по инициативе самого короля, нежели его верного слуги, Кромвель снискал себе ненависть во многих слоях населения Англии.

Кромвель имел самое прямое отношение к брачным делам Генриха VIII. В начале января 1536 г. Анна Болейн разрешилась от бремени мертвым ребенком (это был мальчик). Король пожаловался одному из своих доверенных лиц, что Бог снова отказал ему в сыне. Он, Генрих, был якобы обольщен силой колдовства и потому вступил в брак с Анной, а раз так, этот брак следует аннулировать, а король должен взять новую жену. К весне 1536 г. положение Анны Болейн пошатнулось. Ее отношения с дядей, герцогом Норфольком, стали явно неприязненными. Ее влияние на короля во время замужества значительно уменьшилось. Весной 1536 г. Генриха VIII стала привлекать Джейн Сеймур, которая в общем-то ничем особенным не выделялась. Об отношении короля к этой девушке стали ходить разговоры при дворе, даже сочинялись баллады, из-за чего она, ее брат граф Хартфорд (будущий герцог Сомерсет, лорд-протектор при Эдуарде VI) и его жена были удалены в свои поместья. Посол Карла V Юстас Шапюи перестал сопровождать короля и Анну после обедни в трапезную. Это был уже недобрый знак. Анна поняла, что утратила свое политическое значение в глазах императора. Известие о склонности Генриха VIII к Джейн Сеймур было неоднозначно оценено при европейских дворах. Новая фаворитка являлась родственницей лондонского епископа Стоксли, одного из сторонников католической оппозиции. Французский король Франциск I стал подумывать о том, что это может иметь плохие последствия для франко-английского союза, а Карл V предположил, что Генрих, разведясь с Анной, пойдет на примирение с ним и с римской курией.

Но Генрих VIII не просто развелся с Анной Болейн, но и казнил ее. Сначала она была обвинена в супружеской измене (в подготовке обвинения заметную роль играли агенты Кромвеля), а после того как это обвинение оказалось несостоятельным, — в покушении на жизнь короля. По понятиям того времени это было равносильно государственной измене. 19 мая 1536 г. Анну Болейн казнили, и Генрих VIII немедля женился на Джейн Сеймур. Любопытно, что спустя некоторое время английский король упрекнул Кромвеля в том, что тот оговорил его вторую жену. Можно себе представить, как захолонуло сердце в груди всесильного министра. Но женитьба на Джейн Сеймур ничего не изменила в религиозной политике Генриха VIII. Когда Джейн попыталась убедить его в необходимости восстановить монастыри, король напомнил ей о печальном опыте вмешательства Анны Болейн в государственные дела.

Но вскоре Генрих VIII стал вдовцом. Джейн Сеймур умерла при родах будущего короля Эдуарда VI 12 октября 1537 г. Кстати, это обстоятельство породило в душе императора Карла V надежду на то, что с помощью разных вариантов удастся устроить брак овдовевшего английского короля с какой-либо из родственниц габсбургского дома. В частности, Генриху VIII была предложена в жены 16-летняя вдова герцога Миланского. Параллельно велись переговоры о браке португальского принца Луиса и Марии Тюдор. Эти переговоры продолжались в течение всей первой половины 1538 г. Но габсбургские дипломаты вместо обещанных поначалу 100 тысяч крон приданого за герцогиней Миланской в конце концов назвали смехотворную сумму в 15 тысяч. Думается, габсбургская дипломатия намеренно тянула время, пытаясь воспрепятствовать успешному завершению идущих переговоров Лондона с Парижем и протестантскими князьями Германии. Переговоры с ними занимали особое место в дипломатии Генриха VIII. С помощью союза с германскими князьями и Францией он и Кромвель надеялись создать мощный противовес Габсбургам. Вообще Томас Кромвель проявлял чрезвычайно большую активность в переговорах с немцами, поскольку не без оснований видел в объединении с ними средство для укрепления внешнеполитических позиций английской монархии. Однако на пути создания этого союза имелись значительные препятствия. Согласно Нюрнбергскому религиозному миру 1532 г., протестантские князья могли заключать политические соглашения только с теми государствами, которые признают изложение принципов «Аугсбургского исповедания» 1530 г., т. е. лютеранство или хотя бы цвинглианство. Разумеется, католическая Франция сразу же выходила из игры. Некоторые надежды давала князьям Реформация в Англии, но она проходила, как уже говорилось, далеко не в лютеранском духе.