Властное желание
Шрифт:
— Достаточно согрелась теперь?
Минна робко улыбнулась:
— Да, спасибо.
Наступила неловкая тишина, и Минна почувствовала смущение. Не со своей, а с его стороны. Он вел себя очень вежливо и почтительно, и она хотела облегчить его положение, предоставив ему возможность уйти.
— Спасибо за то, что ты поступил по-джентльменски. Ты был очень добр ко мне, и я никогда этого не забуду. Но мне пора вернуться к своим обязанностям. Я не должна задерживать тебя. Пожалуйста, наслаждайся оставшимся вечером.
Солтер откинулся на спинку стула.
— Я хотел бы насладиться, но ты стараешься от меня избавиться.
Минна покраснела.
— Я подумала, что ты нуждаешься в более веселой компании.
— Я хочу провести вечер с тобой.
Минна не могла понять, говорит ли он правду.
— Но я должна выполнять свои обязанности. Мадам заметит, что меня нет в баре. У меня будут большие неприятности из-за того, что я так долго отсутствую.
— В таком случае я поговорю с мадам. Я заплатил за тебя хорошие деньги, Минни, и мне не нужна замена.
Это были приятные слова, но она не слишком хорошо понимала мужчин.
— Думаю, будет справедливо предупредить тебя, что я не доставлю тебе такого удовольствия, как другая девушка из нашего заведения. Я дружески советую тебе, провести вечер в другой спальне.
Он встал, явно раздраженный, взял свою одежду и вышел из комнаты.
Минну охватила буря эмоций. Она настаивала, чтобы Солтер ушел, однако он не стал противиться. Ее утешало лишь то, что он все-таки хотел остаться.
Она услышала в коридоре тяжелые шаги Мэгги, кухонной служанки. Должно быть, та пришла наверх сменить фартук, как иногда делала, когда возникала такая необходимость. Затем Минна услышала низкий голос Солтера.
— Не будете л и вы столь любезны принести бутылку вина и два стакана? А также какого-нибудь сыра и фруктов. И скажите мадам, что мисс Минна будет занята сегодня весь вечер.
Она услышала, как звякнули монеты, и Мэгги сказала:
— Благодарю вас, сэр! Все сделаю сию же минуту!
Ее тяжелые шаги затихли в коридоре.
Минна поднесла ладонь ко рту, прикрыв улыбку. Она никогда не испытывала такой радости, как в данный момент.
Солтер вошел, бросил свою одежду на письменный стол и приблизился к кровати. Он поднял покрывало и забрался в постель. Минна увидела, как он заерзал, затем достал влажное полотенце и бросил его на пол.
Она была рада, что он решил остаться с ней, но его поведение выходило за рамки галантности.
— Ты… в моей постели.
— Да.
— Тебе не кажется, что ты злоупотребляешь моим гостеприимством?
— Возможно. Но дело в том, что мне холодно.
Минна поджала губы, сдерживая улыбку.
— А что мне делать, пока ты греешься в моей постели?
— Здесь хватит места и для тебя. Залезай.
— Я лучше воздержусь.
— В таком случае тебе придется провести этот вечер на стуле. Полагаю, в постели гораздо удобнее.
Минна прислонилась спиной к изножью кровати.
— Как ты надеешься сохранить свою честь со мной?
Солтер улыбнулся.
— Я заставлю тебя держать свои руки при себе.
Раздался стук в дверь, и Солтер хотел подняться. Вспомнив, что он голый, Минна остановила его:
— Я сама открою. Я не хочу, чтобы ты простудился.
— Как хочешь, — сказал он.
Она подошла к двери и открыла ее. В коридоре стояла Мэгги с подносом.
— Я принесла то, что он заказал. Спроси у него, все ли в порядке.
Минна взяла поднос.
— Я уверена, все хорошо. Спасибо, Мэгги.
Служанка просунула свое румяное лицо в дверь и увидела Солтера в кровати.
— Я принесла вам несколько свежих булочек, которые только что испекла. Они еще горячие. Надеюсь, они вам понравятся.
Солтер махнул рукой:
— Спасибо, Мэгги.
Глаза Минны округлились.
— Теперь до свидания, Мэгги.
— Тебе достался отличный мужчина, дорогая, — сказала та взволнованно.
— Посмотрим. Пока, Мэгги.
Солтер сел в постели и взял у Минны поднос.
— Как это понимать?
— Это значит, что у меня еще не сложилось определенного мнения о тебе.
— А у Мэгги не возникло сомнений на этот счет.
— Мэгги слишком эмоциональная женщина, лишенная осторожности.
Солтер начал открывать бутылку вина.
— Жаль, что того же нельзя сказать о тебе.
Минна уперлась руками в бока.
— И как это понимать?
— Мужчины не враги, Минна. Я знаю, что некоторые ведут себя довольно неразумно, но ты не должна думать, что все относятся к тебе враждебно.
— О чем ты говоришь? Я вовсе так не думаю.
— Возможно, неумышленно, но ты всем своим поведением доказываешь обратное. Ты замкнулась в своем личном мирке и никого не допускаешь туда. Ты спряталась в кокон, как будто боишься показать людям, какая ты есть на самом деле.
— Не говори глупости, — сказала Минна, хотя ее потрясла правда в его словах.
— Вот видишь? Ты опять за свое. Если ты не даешь людям возможности понять тебя, как ты можешь надеяться им понравиться?
Пробка выскочила из бутылки, и Солтер налил немного вина в стаканы.
— И ты хочешь меня понять? Но я едва тебя знаю.
— Это верно. Ты не знаешь меня, потому что ты ослеплена темнотой, в которую погрузила себя. Но я вижу отчетливо и могу распознать, какая ты есть на самом деле.
— Как ты мог меня узнать, если я не позволяла это сделать?
— Случайно я заметил выражение твоего лица, когда ты думала, что никто за тобой не наблюдает. И мне захотелось лучше узнать именно эту женщину.
Он протянул ей стакан.
— Я не знаю, что сказать в ответ на такой двусмысленный комплимент.
— Выпей вина. Может быть, она опять проявится в тебе, и у нас будет возможность с ней познакомиться.
Минна не поняла, о чем он говорит. Какими загадочными порой бывают мужчины. С одной стороны, она хотела с ними общаться, но с другой — противилась этому желанию. Она прислонилась к изножью кровати.
Солтер опирался голой спиной на изголовье и внимательно смотрел на нее.
— Зачем женщины это надевают?
Ее брови сошлись вместе.
— Что именно?
Он указал стаканом: