Чтение онлайн

В самом Египте при новом фараоне все налоговые поступления уходили на перестройку старых храмов и других сооружений в соответствии с требованиями монотеистического культа Атона-Солнца. Эта программа истощила казну фараона и, по всей видимости, послужила главной причиной оскудения даров правителям вассальных земель.

Реформы Эхнатона провалились; новые правители сочли нужным снести все, что он построил, и даже разрушить его новую столицу. А влиятельное жречество решило так ослабить фараонов, чтобы те больше не представляли угрозы. Впредь фараоны должны уважать независимость и силу жрецов, и самый лучший способ добиться этого – отнять у фараонов право собирать налоги. Храмы и жрецы получили налоговый иммунитет, а будущие фараоны фактически были простыми марионетками жрецов, а в лучшем случае – ровней им. Фараон перестал быть воплощением бога для всех египтян. Он сохранил божественный статус, но больше не имел реальной власти над каждым египтянином.

Налоговый иммунитет для храмов и жрецов приобрел огромные масштабы, поскольку примерно треть всех земель Египта принадлежала храмам и получила освобождение от налогов. Древнегреческий историк Геродот совершил путешествие в Египет и в своей «Истории» сообщает, что каждый жрец имел «12 арур отборной земли, не облагаемой налогом. Арура же составляет 100 квадратных египетских локтей» [17] . Локоть – мера длины, приблизительно 50 см. Могущественный храм Амона в Карнаке вполне мог не считаться с фараоном, поскольку имел в своем владении 250 кв. км плодородных угодий с расположенными там деревнями.

Фараон Хоремхеб, первый сильный правитель после Эхнатона, подарил храмам Амона много земель, освобожденных от налога; более того, он снабдил эти земли охраной, скотом и сельскохозяйственными инструментами. В конце концов, «столь щедрое вознаграждение служителей Амона проложило путь к тирании жречества Амона, которая закончилась кончиной Египта» [18] . Не стало ли это освобождение от налогов, которому сопутствовала новая тирания, последним смертельным ударом?

Рядовой египетский налогоплательщик не имел никакой выгоды от соперничества между жрецами и писцами фараона. Если он жил на храмовых землях, то там работники не платили подушный налог, крестьяне – налог на урожай, но зато обязательные подношения храму были ничуть не меньше. Налоговый иммунитет наблюдается на всем протяжении истории. В Средние века главные конфликты между папами и королями возникали тогда, когда церковь отстаивала свое право не пускать к себе королевских сборщиков налогов.

Храмы и их земли были не только свободны от налогов, но и служили местом, где люди могли укрыться от светских властей и особенно от писцов. Это право убежища, как его называют, было своего рода заменителем гражданских прав и до сих пор соблюдается в международных дипломатических отношениях. Например, один венгерский кардинал прожил несколько лет в американском посольстве в Будапеште, пользуясь правом на предоставление убежища, которым по международному соглашению обладают все посольства. Чужестранцы, которые на протяжении тысячи лет вторгались в Египет и правили им, быстро отменили налоговый иммунитет храмов и положили конец непомерной власти жречества, но сохранили право убежища и в этом поступили дальновидно. Если бы они сами были свергнуты или побеждены в битве, они всегда могли укрыться в ближайшем храме и спастись. Но чаще всего правом убежища пользовались задолжавшие налогоплательщики, которые скрывались за воротами храмов, убегая от преследователей-писцов. Если налогоплательщик выигрывал гонку и оказывался в безопасности, то весьма любопытно, не возникало ли у него желание повернуться и показать язык расстроенным писцам? Многие налогоплательщики в наши дни были бы рады получить такую возможность.

История Древнего Египта показывает, что происходит в обществе, обремененном тоталитарной налоговой системой. Доносчики, коррумпированные налоговые чиновники и, самое главное, тирания вездесущего контроля – вот пороки этой системы. Любая операция, с которой можно взять налог, должна быть зафиксирована и представлена на проверку. В результате человек вынужден раскрывать каждый аспект своей жизни перед налоговой инквизицией.

Не имея нашей современной и сложной системы учета, египтяне для надзора за налоговой системой фараона использовали писцов. Писцы и собранные ими данные заменяли все, чем пользуются современные сборщики налогов, – сведения о банковских счетах, компьютеры, индивидуальные номера налогоплательщиков и многое другое. При такой системе, где бы она ни существовала, неприкосновенность частной жизни и свобода отходят на задний план. Писцы были повсюду; они выслеживали, проверяли и записывали. Подобную систему шпионажа не следует судить слишком строго. Ведь наша система фактически такая же, она служит тем же целям и использует средства и приспособления, доступные в наше время. Изменились только инструменты; система осталась прежней. Скажем, в 1975 г. Верховный суд США постановил, что федеральные налоговые агенты имеют право выяснять все, что считают нужным, действовать и высылать повестки под псевдонимом. В особом мнении судьи Поттера Стюарта подчеркивается всепроникающий характер нашей налоговой системы: «Практически все субъекты и объекты в этой стране… могут иметь налоговые проблемы. Каждый день экономика производит тысячи продаж, займов, дарений, покупок, аренд, волеизъявлений и тому подобного, которые могут принести кому-нибудь налоговые проблемы. Наша экономика завязана на налоги почти в любом своем аспекте» (U.S. v. Biscaglia, 420 U.S. 141, 156 [1975]).

Агент налоговой службы, работавший под псевдонимом, написал следующее: «Нет такой важной информации в отношении вас, которую я не имею права выяснять» [19] . Разве не тот же самый подход господствовал в налоговой системе Древнего Египта? И разве наши налоговые аудиторы не напоминают почти во всех деталях вездесущих писцов фараона?

После блестящей Итальянской кампании Наполеон решил завоевать Египет. Очень скоро англичане поставили французскую армию в тяжелое положение. Однако французы успели обшарить немало гробниц и отправить во Францию столько древних реликвий, сколько можно было увезти. Когда эти вещи попали в распоряжение высшего общества Европы, родилась египтология.

С обнаружением Розеттского камня домыслы о Древнем Египте уступили место объективному знанию. Камень был найден французским офицером неподалеку от города Розетта в Северном Египте. Наполеон приказал скопировать надписи и отправить копии в Европу.

В 1801 г. французы потерпели поражение в Египте, камень достался англичанам и с тех пор находится в экспозиции Британского музея в Лондоне. Он представляет собой плиту из черного базальта, твердой породы вулканического происхождения. Текст вырезан в трех вариантах: верхняя надпись сделана иероглифами, средняя – демотическим письмом (которое к моменту обнаружения камня тоже давно вышло из употребления), нижняя – древнегреческим письмом. С помощью этой последней надписи удалось расшифровать две первые.

От египтян дошли многочисленные тексты, которые теперь становились понятными и раскрывали реальную картину жизни в Древнем Египте.

Большинству из нас о Розеттском камне рассказывали на первых уроках по географии и древней истории. Этот камень – самая важная находка за всю историю египетской археологии и самый важный памятник в истории Египта. Кому-то пришлось изрядно поработать, чтобы вырезать надписи. Почему текст передан тремя разными письменами? Почему для него использован камень, а не папирус? Если текст был настолько важен, что его вырезали на камне, то почему он воспроизведен еще и по-гречески?

Розеттский камень датируется 196 г. до н. э., т. е. относится к царствованию Птолемея V Эвергета. К тому времени династия Птолемеев правила Египтом более 100 лет. Ее основатель был одним из главных военачальников Александра Великого. После неожиданной смерти Александра полководцы поделили его империю между собой. Птолемей выбрал Египет, объявил себя царем и положил начало династии, которая прекратилась со смертью Клеопатры. В общем и целом Птолемеи были хорошими правителями и старались продолжать основанную фараонами традицию благожелательного деспотизма. Греческое влияние было, конечно, заметным, но на протяжении нескольких поколений Птолемеи вели себя скорее как египтяне, чем как греки.