Чтение онлайн

Ещё и внимание Ворона… Он будто нарочно говорит, что мы друзья, но всем своим видом демонстрирует обратное. Холодно-насмешливый взгляд, вызывающая поза, постоянные шуточки – всё это направлено на то, чтобы показать: он желает меня застолбить, продемонстрировать, что между нами что-то есть.

И я… не выдерживаю.

– Отодвинься, Кирилл, – шиплю я, резко давя на его плечо.

Этот гад развалился на стуле и закинул руку мне на спинку. Друзья такого себе не позволяют!

Да, Тим иногда может обнять меня или похлопать по плечу, но это ничего не значит. А вот прикосновения Кирилла заставляют меня чувствовать себя неловко. Рядом с ним я задыхаюсь. Душно. Ужасно просто.

– Я же ничего не делаю, – усмехается он, не убирая руки. – Хочешь, принесу ещё десерт? Ты наелась, Алиса?

Я хочу отказаться, но… если я скажу «нет», он просто останется рядом. А так… хотя бы отвлечётся. Отлипнет от меня на пару минут.

– Давай, – соглашаюсь я, стараясь говорить спокойно. – И ребятам возьми. Вы же будете тоже?

Смотрю на Катю и Тима. На самом деле их ответ не нужен. Я хочу, чтобы мажор поработал немного официантом. И неважно ради кого. Хоть на всю компанию, хоть для меня одной.

Но если для всех – это будет даже эпичнее.

Только мой план накрывается медным тазом. Кирилл вдруг кивает Тимофею:

– Будь другом, Дубов. Сходи, притащи чего дамы пожелают.

Он лениво протягивает свою карточку Тиму. Тот, к моему удивлению, тут же поднимается с места без всяких возражений, но карточку не берёт. Просто уходит к витрине.

Не получилось. Не удалось избавиться от назойливого внимания Ворона.

– Ой, Кирилл, я забыла… Мне хочется ещё воды, – снова тяну я, стараясь звучать мило и немного беспомощно.

– Сейчас вернётся Дубов…

– Я очень хочу, – почти шепчу я и заглядываю ему в глаза. – Пожаааалуйста…

Видно, что он не хочет, но всё же встаёт. Уходит. Наконец-то уходит. Я перевожу дыхание.

– Ничего себе, как ты им вертишь, – поражённо произносит Катя, глядя на меня.

– Ничего такого, – пожимаю плечами.

– Ещё как «ничего»! И главное – он ведётся. Значит, ты ему точно нравишься!

Хм… Скорее, ему нужно мне угодить. Чтобы я стала к нему лояльнее. Это явно какой-то спор. Вот и проверим, как много он сможет выдержать, прежде чем послать меня куда подальше.

Кирилл и Тим возвращаются. Друг ставит передо мной шоколадный тортик. Знает же, что я люблю. Просто идеально знает. Он ведь даже не спросил. Внутри разливается приятное тепло.

Кирилл же протягивает мне бутылку воды.

– Спасибо, Тимоша, – расплываюсь я в улыбке и перехватываю его за руку, чтобы привлечь внимание. – Мне так нравится, что ты знаешь мои предпочтения. Ты настоящий друг.

Замечаю, как Тим чуть распрямляет плечи. Уже и не так хмурится. А то с самого начала этого обеда сидел с таким видом, будто на каторге.

Любопытно… что у него за отношения с Кириллом?

– А мне «спасибо»? – требовательно произносит Кирилл и смотрит на меня. – Не откажусь от поцелуя… Хотя бы в щёку.

Я едва не фыркаю вслух и не закатываю глаза. Вовремя останавливаюсь. Играть, так играть. Нельзя на полпути сливаться.

– Ой, я тут подумала… Кирилл, а ты не мог бы мне принести латте? Обожаю шоколадный торт запивать латте.

Мгновение он смотрит на меня. И в его глазах будто бы разгорается подозрение. Но я всем видом стараюсь продемонстрировать, что я невинная овечка. Типа, мне жаль, но воду я уже не хочу.

– Ладно, – соглашается он, скрипя зубами. – Я сейчас.

Как только он уходит, я мысленно праздную победу. Да, знаю: если выиграю этот раунд – это ещё не конец. Но зато смогу убедиться, насколько ему важно дойти до своей цели.

Катя смотрит на меня с удивлением. И я понимаю почему. Обычно я не веду себя как избалованная фифа. Потом объясню ей свою стратегию.

Тимофей тоже смотрит странно, но вопросов не задаёт. Такое ощущение, что он всё ещё пребывает в шоке от того, что я поблагодарила его так тепло. Нет, я не хотела впутывать его в эту игру, но как ещё можно было показать настоящие дружеские отношения? Дружба – это когда ты знаешь человека. А Ворон только делает вид, что ему интересна я.

Наконец парень возвращается. Мы все сидим молча. Мы с Катей медленно поглощаем свои десерты. Тимофей бросает задумчивые взгляды на меня.

Кирилл протягивает мне стаканчик.

– Держи, твой латте. Теперь я заслужил своё «спасибо»?

Он снова садится рядом, закидывает руку мне за спину и смотрит в глаза. Я улыбаюсь, тянусь к кружке, делаю глоточек… и морщусь.

– Ой… Это латте с сахаром.

Кирилл смотрит на меня без выражения. Либо не понял, что я собираюсь предпринять, либо думает, что я просто прикалываюсь. Но нет, дорогой мажор, я вполне серьёзно.

– Я никогда не пью кофе с сахаром вместе с тортиком, – поясняю я расстроенным голосом. – Ты не мог бы… поменять его на латте без сахара?

– Поменять кофе? – переспрашивает Воронин таким холодным тоном, что мне кажется, будто он меня сейчас придушит на месте.

Опасная затея. На грани хожу. Но что поделать? Он сам всё это начал!

– Ну, если тебе так сложно… – начинаю я, смущённо отводя взгляд. Вкладываю в голос как можно больше расстройства. – Нет, конечно, не надо ничего. Спасибо. Ты итак был очень заботлив.

Произношу это так, будто сильно обижена. Будто поверить не могу, что он не может сделать ради меня такой мелочи. Всего-то пойти и обменять стаканчик на кофе без сахара. Я кусаю губу, будто вот-вот расплачусь…

Он смотрит на меня. Я чувствую это всем своим существом. Шумно выдыхает, встаёт и уходит. Молча уходит!

Неужели я его так достала, что он отступить решил? Плюнул всё-таки на меня и решил не связываться? Переключиться на более адекватную девушку? На ту, что будет ему в рот заглядывать?

Поднимаю глаза вверх и вижу взгляды друзей. Тимофей и Катя теперь откровенно пялятся на меня, будто я сошла с ума.

– Что? – спрашиваю я и передёргиваю плечами. – Да что такое?

Оба молчат. Оба, судя по всему, впечатлены моим представлением. Они ведь знают, что это не я. Никогда так не делала. И вот… будто открываюсь для них с новой стороны.

А через пару мгновений Кирилл возвращается. С новым стаканчиком.

Молча ставит его передо мной. Молча садится. Молча поворачивает мою голову к себе за подбородок. Смотрит мне прямо в глаза.