Чтение онлайн

Он косится на меня снова.

– Серьёзно?

– Ага. Глупо пошутила. Не знаю даже зачем. Просто сорвалось с языка.

Пожимаю плечами. Смотрю на него примирительно. Даже улыбочку ему дарю, будто сглаживаю острые углы. Чтобы не думал, что я зараза какая-то. Что я девушка вообще-то с принципами, а не то, что он себе успел за десять минут надумать.

Максим хмыкает. На его губах расползается довольная усмешка, та самая. Обворожительная. Руки расслабляются. Смотрит снова в лобовое стекло, но теперь уже совсем не так, как прежде.

Интересно… Это он так за друга запереживал? Что ему достанется такая вертихвостка?

– Я знаю, зачем ты это сделала, – заявляет Максим.

– Да? Любопытно было бы услышать, – усмехаюсь и отпиваю ещё кофе.

– Ты дразнишься, Маша. Пытаешься задеть меня. Потому что я тебе нравлюсь.

Чего, блин?! От удивления я фыркаю. То ли хочу нервно засмеяться, то ли возмутиться… но кофе летит изо рта вперёд на идеально чистую панель автомобиля, следом я дёргаюсь на месте, стаканчик совершает сальто и приземляется на мои колени вверх тормашками. И коричневая жидкость пропитывает меня, сиденье и всё кругом.

Капец. Я точно катастрофа. И мой долг, кажется, всё-таки вырастет сегодня.

– Блин! Прости меня! – шепчу ошеломлённо.

Я застываю каменным изваянием и даже не пытаюсь убрать стаканчик со своих ног. Коричневая жижа так и продолжает течь по моим джинсам. На Максима я даже не смотрю. Мне так стыдно. Просто люто стыдно за свою неуклюжесть.

Из головы даже его слова вылетают. Правда ненадолго. Вскоре они настойчиво лезут назад. М-да, с самомнением у него всё полный порядок.

«Я тебе нравлюсь». Но я гоню прочь эту чушь. У меня тут проблемка посерьёзней всплыла. Мне нужно как-то от этого кошмара избавиться. И не попасть в очередной раз на деньги, сколько можно быть его должницей?

Страшно подумать, сколько химчистка салона такой тачки выйдет.

Пока я лихорадочно размышляю, что делать дальше, машина тормозит уже у обочины. Передо мной открывается бардачок, Максим достаёт оттуда влажные салфетки. Я краем глаза отмечаю, что он спокоен как… мамонт, блин.

– Не обожглась? – единственный его вопрос.

Одной рукой он протягивает мне салфетки, а второй аккуратно убирает стаканчик с моих ног и бросает на пол, будто в этой стерильной обстановке можно вот так себя вести. Мусорить прямо на коврики. Думаю, эта тачка ещё не видела такой картины.

– Нет, со мной всё в норме, – выдыхаю я.

Поднимаю глаза выше, всё ещё пребывая в некоторой прострации от этой идиотской ситуации, и мои глаза цепляются за… целую россыпь презервативов в бардачке. Мать моя женщина, ничего себе у кого-то аппетиты!

Стоп. Это он в машине таким образом развлекается?

Фу! А вдруг прямо на этом сиденье, где я расположилась?

Маша! Хватит думать не о том! Лучше представь, как ты с коричневой задницей пойдёшь на работу. Ясное дело, что я переоденусь в служебную одежду, но… Да, точно! Я просто натяну на себя форму, а что ещё остаётся делать?

Сейчас даже радуюсь, что на выходных настолько устала, что притащилась домой в рабочей одежде и не стала переодеваться. Я тогда так устала, что вообще ни о чём думать не могла. Голова гудела от музыки, ноги болели от бесконечной беготни, а там уже случилось вмешательство потопа и Максима в мою жизни.

В общем, хорошо, что вещи при мне. Можно быстренько переодеться.

– Приём, киса, ты тут вообще?

Макс щёлкает пальцами перед моим лицом. Я медленно перевожу на него задумчивый взгляд. Хотелось бы вывалить на него претензию за «кису», но сейчас я чувствую себя безумно виноватой.

– Да, я тут, удивилась просто. Я как-то не ожидала… ты, наверное, сексуальный маньяк, – вырывается глупая фраза из меня, и я нервно хихикаю.

– Ммм… что?

Блин. Что я там несу? Захлопни варежку, Маша. Может мне просто молчать рядом с ним? Кажется, когда ехали в тишине, всё было намного проще и лучше, а стоило начать диалог, как всё полетело к чёрту.

Макс, видимо, теряет терпение, а за компанию смиряется с тем, что логика покинула это пространство. Он забирает обратно салфетки и вытягивает наружу сразу парочку штук. Пока я просто хлопаю глазами, он начинает вытирать… мои джинсы.

В смысле водит салфеткой и промокает бедро. Внутреннюю сторону. Я шокировано застываю пока его наглые руки елозят по мне, заставляя всё тело испытывать странные вибрации. Что-то такое приятное, тягучее, заставляющее задыхаться… И напрягаться. Очень сильно напрягаться. Особенно внизу живота.

– Ты… ты охренел?! – взрываюсь я запоздало.

Бью со всей силы по его красивым рукам. Но наглец не прекращает своих действий. Продолжает возбуждать меня твёрдыми, уверенными движениями ладони по моим ногам. На его губах расползается довольная усмешка.

– Расслабься, я же просто помочь хочу.

– Да у тебя на лице написано всё, о чём ты думаешь! И это, – я тыкаю указательным пальцем в бардачок. – Ты всех девчонок так клеишь, да?!

– Как – так?

– Своими… бицепсами, наглыми пальцами и уверенным напором… Всё, блин, отстань от меня!

Я дёргаюсь на сиденье, и наконец-то отвоёвываю себе пространство. Но я не собираюсь довольствоваться маленькой победой. И вообще. В голове созрел план, надо его придерживаться.

Отстёгиваюсь и стягиваю с себя кеды.

– Да ты прямо сама себе противоречишь. Сначала «отстань», а теперь сама раздеваться начинаешь. Я заинтригован, – хрипло произносит Максим.

Я закатываю глаза и не обращаю на него никакого внимания. Выхватываю из его рук салфетки и яростно натираю панель его тачки, потом закидываю свою сумку назад, и становлюсь на своё пассажирское сиденье коленями, сверкая грязной пятой точкой.

Но мне всё равно. Главное, что на работу я доберусь в нормальном виде. А для этого мне нужно проделать одну штуковину. Лишь бы Макс не пялился на меня. Но я уже почти готова смириться с этим очередным позором.

Перебираюсь аккуратно назад. Оттуда уже протираю кожу пассажирского сиденья всё теми же салфетками. Радуюсь, что всё обтянуто кожей. Получается привести в почти идеальное состояние.

Максим за время моих манипуляций и слова не произносит. Только задумчиво смотрит за моей суетой. Я заканчиваю с уборкой и бросаю взгляд на часы на панели. Блин, если так и дальше пойдёт, то я опоздаю на работу.