Чтение онлайн

— Гордей Петрович, ну как она там?

— Что врачи говорят?

— Мы кровь сдали, чем ещё помочь?

Набрасываются с вопросами.

— Так, стоп! — поднимаю руки. — Макс себя нормально чувствует, но сейчас спит.

Не говорить же им, что она просто не в состоянии сейчас выслушивать кого-то и видеть жалость к себе.

— Что сдали анализы — молодцы! Это большая помощь с вашей стороны. Но донорами вы сейчас можете быть только при согласии родителей. Вам нет восемнадцати.

— Не проблема, уломаем! — заявляет Лавров.

— Мне есть, — пожимает плечами Толстов.

— Если ты подойдёшь, конечно. Процент попадания очень мал. Но всё равно всем — спасибо!

— Мы раскидали сообщения по всем городским чатам, в соцсетях ещё напишем. Много людей написали, что тоже придут. Так что увеличатся, — с воодушевлением произносит Лина.

— Да. Это хорошо… А теперь давайте по домам, всем завтра на занятия.

— А история завтра будет? — с надеждой в глазах спрашивает Петрищев.

— Будет. Не надейтесь, что я перестану ходить на работу.

Вздох разочарования прошёлся в рядах.

Попрощавшись с ребятами, поднялся к лечащему врачу.

Павел Валерьевич — доктор с многолетним стажем, профессор нашей медицинской академии. Лучший здесь, а дядька Макс, кому попало бы, не доверил.

— Присаживайтесь, — указал мне на кресло пожилой седой мужчина с маленькими глазками, спрятанными за очками. — У вас ко мне вопросы?

— Да. Какие шансы у Макс выносить ребёнка и самой потом поправиться?

Доктор сложил руки в замок, откинулся на кресле и сосредоточенно поджал губы.

— Не буду врать. Не очень большие. Болезнь и беременность могу конфликтовать, и состояние начнёт только ухудшаться. Я настаиваю на прерывании, но пациентка против. Да и Борис Васильевич почему-то встал на её сторону. Запретил говорить с ней об этом. Сказал, что рискую получить в голову, — усмехается.

Ой, как он прав. У Макс не заржавеет.

— Она должна сама прийти к этому решению. Иначе срывы, психоз и депрессия. А это только угнетает и так подорванный иммунитет. Есть несколько вариантов развития ситуации, и вы их знаете.

— Да… Правда, что ребёнок может родиться с патологиями?

— А вы как думаете? Мать себя " защитить" не может, а тут он… Онкология сил не прибавляет. Я даже не могу построить прогноз на ближайшие полгода.

— Полгода?

— Как только плод достигнет срока, когда сможет выжить, то мы вызовем роды.

— Ясно. Спасибо! — спешу покинуть его кабинет.

На лестничной площадке сползаю на пол по стене, схватившись за голову.

Ну почему? За что всё это?

Внутри колотит так, что мне кажется, я весь вибрирую. Сердце сжалось в комок и трепещется от тревоги.

Я не хочу терять Макс. Но каждый раз, глядя на неё, я вспоминаю, как во сне обнимал воздух, в котором она растворилась, пойдя на свет.

Горло перехватывает спазм ужаса. Я хочу вдохнуть, но у меня не получается. В глазах пелена. Не сразу понимаю, что это от душащих меня слёз.

Я так давно не плакал, что уже забыл как это бывает. Пытаюсь унять рыдания, с силой стучу затылком об стену, но меня снаружи словно в броню заковали, не чувствую боли. Она вся там — внутри…

— С вами всё в порядке? — наклоняется надо мной какая-то женщина в больничном халате.

— Что?

— Вам плохо? Давайте, я вам врача позову, — заботливо пытается проявить участие.

— Он мне не поможет, — встаю и, перепрыгивая через ступеньки, устремляюсь вниз по лестнице.

Мне надо на улицу, мне нужен кислород, иначе задохнусь нахрен в этих, давящих на психику, больничных стенах.

На улице ледяной ветер, бьющий в лицо, вымораживает из меня то, что меня накрыло пять минут назад. Раскисать — не вариант. Нужно быть сильным и поддерживать любимую девушку, каким бы ни было её решение. От родителей в данный момент моральной поддержки ноль, они требуют аборт. Остаюсь только я…

Возьми себя в руки, тряпка и не вздумай расслабиться. Ты ей нужен!

Прямиком на стоянку, необходимо съездить домой, взять вещи и ноутбук для работы.

У Максим вип-палата, близкие могут находить рядом круглосуточно, так что я буду пользоваться этой возможностью по полной.

Делаю заказ её любимых вкусняшек через приложение, на обратном пути заберу.

Звонит Макс.

— Да, любимая…

— Ты пропал, — голос взволнован.

— Поехал домой взять кое-что, скоро вернусь, — успокаиваю её.

— Захвати мои учебники.

— Макс…

— Я не хочу пропускать ничего, директор разрешила присутствовать на уроках онлайн. Чем мне ещё здесь заниматься, кроме как жалеть себя?!

— Хорошо…

— И ещё… Возьми Пахомыча…

Вернувшись, застаю Макс спящей. Снимаю с неё наушники и слушаю, что там звучит.

"Ты жди меня там, и я приду… Жди меня там, тебя я найду… Жди меня там, где не болит… Жди меня там, ты жди меня там…"

Отключаю к чёртовой матери этот депрессняк.

Мы будем бороться! За обоих!

Макс слушала: Sevak — Жди меня там

— Ты опять сквозняк устроила? Взять бы ремень и по заднице тебе хорошенько пройтись, — громогласно ругается Полозов, закрывая окно.

— Борис Васильевич! У меня так-то урок, — захлопываю ноутбук, чтобы одноклассники не услышали наши очередные препирательства. — И вы с гинекологом как-нибудь там договоритесь. Она говорит, что мне свежий воздух нужен, а вы окна закрываете.

— На улице надо дышать, — расставляет ноги и ставит руки в боки, хмуро смотря на меня сверху вниз. — А не сквозняк устраивать. Простудишься! Что мы с тобой делать будем? Двоих угробишь.

— На улице плюс двадцать пять, — цокаю языком, закатывая глаза.

Встаю с кровати и ставлю лэптоп на стол, где с вечера как попало лежат книги и бумаги Дэя. Чтобы не сорваться, складываю их в аккуратные стопочки.

— Не май месяц на дворе!

— Осталось несколько дней. И что с моей увольнительной из этой богадельни? Вы обещали, что меня отпустят на майские праздники, — напоминаю ему.