Чтение онлайн

«Только ты, Мэгги. Только ты могла оказаться в таком положении».

Мягкий звук шагов возвестил о том, что она уже не одна, и Мэгги открыла глаза. Увидев Микса, который шел к ней с бутылкой и ложкой, она сняла со лба влажную марлю и приподнялась на локтях. Лакей открыл бутылку и наполнил ложку ее содержимым. Когда он стал подносить ложку ко рту больной, Мэгги открыла рот, чувствуя себя маленькой девочкой. Затем последовала вторая ложка микстуры леди Барлоу, которую она также проглотила. Слуга закрыл бутылку, и Мэгги смущенно и благодарно улыбнулась ему, — Всегда к вашим услугам, миледи. Положить вам свежий компресс? — спросил он, отставляя бутылку с лекарством.

Мэгги подумала, затем покачала головой:

— Спасибо, но, пожалуй, не стоит. Думаю, он уже сделал все, что мог.

Она думала, что Микс станет возражать, но тот лишь кивнул и протянул руку. Мэгги отдала ему марлю, и он, положив ее рядом с тазиком, посмотрел в сторону двери. Создавалось впечатление, что он не хочет оставлять ее без присмотра, и девушку очень тронула его забота. Ее удивляло только, что леди Барлоу до сих пор не зашла проведать ее, однако Мэгги полагала, что хозяйка дома сейчас занята своими гостями.

Она снова с грустью посмотрела на свое платье. Чашка чая казалась ей сейчас райским блаженством, способным хоть немного скрасить существование и успокоить нервы. Она до сих пор внутренне содрогалась, не в силах прийти в себя окончательно, и точно знала, что чашечка ромашкового чая с медом оказала бы сейчас на нее самое благотворное действие. Тем не менее вряд ли она была в состоянии именно теперь присоединиться к леди Барлоу и ее гостям.

— Так вы говорите, что видели того мужчину раньше? А произошло это, случайно, не в игорном заведении Друммонда? — раздался голос лорда Рэмзи.

Мэгги отвлеклась от созерцания своей одежды и обернулась на голос Джеймса, вернувшегося в комнату с мрачным лицом.

— Я не уверена, — медленно ответила она. — Но мне кажется, что в одном из игорных домов.

Он кивнул так, словно ожидал именно такого ответа, и Мэгги поняла, что в данный момент он умножает два на два. По лицу Рэмзи было видно, что в ответе он все же получает четыре. Джеймс вообще, похоже, всегда предполагает самое худшее. Сначала принял ее за проститутку, а теперь вот убедил себя в том, что ее преследует убийца со шрамом на лице.

Мэгги сдвинула брови и поджала губы. Лекарство Микса начинало действовать, и головная боль медленно отпускала ее; однако с раздражением, которое в ней вызывала уверенность лорда Рэмзи в своей неоспоримой правоте, а также в том, что он все и всегда знает лучше. справиться она не могла. И вообще — что, черт возьми, что здесь делает лорд Рэмзи? Вроде бы ее приглашали на дамское чаепитие. А он дамой решительно не являлся — доказательство этого факта не так давно упиралось в ее самое интимное место.

Поморщившись при этом воспоминании, Мэгги резко повернулась к лакею:

— Не могли бы вы попросить леди Барлоу ненадолго присоединиться к нам?

Микс ответил непонимающим взглядом.

— Леди Барлоу? — переспросил он.

— Да. Прежде чем уйти, я должна принести извинения за то, что вынуждена пропустить чаепитие.

— Чаепитие? — пробормотал слуга, окончательно растерявшись.

— Все в порядке, Микс. Вы можете идти, — проговорил лорд Рэмзи.

Мэгги вновь перевела взгляд на Джеймса, но подождала, пока смущенный лакей не скрылся за дверью.

— Лорд Рэмзи, — тоном, не терпящим возражений, потребовала она, — где ваша тетя?

— Лорд Рэмзи!

Джеймс ответил ей не сразу. Он выглядел несколько растерянным, будто не знал, как ему выпутаться из создавшегося положения. Дело в том, что идея послать ей фальшивое приглашение на дамское чаепитие и таким образом заманить сюда казалась ему идеальной. К сожалению, он не учел того, что Мэгги будет довольна его трюком не больше, чем всеми предыдущими затеями. Ну хорошо, вот она, перед ним — и что ему теперь с ней делать? Поначалу он собирался принести ей извинения за допущенные им ошибки, однако сейчас Джеймс видел, что со времени их последней встречи желания выслушать его у Мэгги не прибавилось.

— Я полагала, меня пригласили на дамское чаепитие, — заметила Маргарет, заставив его посмотреть-таки ей в лицо. О да. Она злилась.

— Да, но… — Чувствуя, как он виновато краснеет, Джеймс поморщился, но все же признался: — Понимаете, моей тети нет дома. Сегодня она играет в бридж. Я решил воспользоваться этим лишь для того…

— Значит, чаепитие не состоится, — перебила его Маргарет. Это звучало не как вопрос, а как констатация факта, однако он все же ответил:

— В общем, нет. По крайней мере других гостей не будет. Но мне нужно было поговорить с вами. А поскольку вас никогда нет дома…

Он остановился и внимательно посмотрел на нее. Ситуация для лорда Рэмзи сложилась не совсем обычная. Он привык к тому, что всегда люди искали его общества и дружбы. Впервые ему встретилась женщина, открыто его избегавшая, и ему трудно было в это поверить. Почему она не испытывает к нему признательности за его заботу? Судя по всему, она просто не замечает ее проявлений. Вот и теперь — на лице молодой дамы отражалась лишь досада, когда она, превозмогая боль, встала на ноги. Джеймс испуганно смотрел на нее и поспешил поддержать, когда она пошатнулась.

— Вам не следует вставать. Сейчас вы должны отдохнуть, — решительно сказал он.

Но Мэгги резко отдернула свою руку.

— Мне не следует находиться здесь. И я прекрасно себя чувствую — ваше обезболивающее творит настоящие чудеса.

С этими словами она нагнулась и подняла с пола свою измятую шляпку, а Джеймсу лишь оставалось признать, что говорит она чистую правду — средства его тетушки всегда отличались своей эффективностью. Мэгги уже выглядела значительно лучше. На щеках ее даже появился легкий румянец, хотя лорд Рэмзи и полагал, что отчасти причиной тому являлись возмущение и злость. А если уж быть откровенным до конца, то чем больше он на нее смотрел, тем больше убеждался в том, что ее столь быстрому выздоровлению прежде всего способствовала поднимавшаяся в ней ярость.

— Я ухожу.

Джеймс некоторое время беспомощно наблюдал за тем, как Мэгги деловито надевает шляпку таким образом, чтобы не бросалась в глаза шишка, однако стоило ей направиться к выходу, и оцепенение его будто рукой сняло. Он ринулся к двери и преградил путь Мэгги, встав перед ней со скрещенными на груди руками.

— Вы никуда не пойдете. По крайней мере пока мы не поговорим.

— Я не намерена о чем-либо с вами беседовать, милорд, — заявила Мэгги, пытаясь дотянуться до дверной ручки.