Влюбленный опекун
Шрифт:
Оживленная беседа между Тейлорами и Камбеллами немного затихла, когда тарелки с супом опустели и принесли большое блюдо с рыбой. Тесс уставилась в стол перед собой, беспокойно теребя угол своей салфетки. В следующий момент она украдкой взглянула на капитана Фроста, и сердце ее тревожно сжалось, когда она обнаружила, что он не отрываясь смотрит на нее. Правда, это был какой-то рассеянный взгляд, и возможно даже, что он наблюдал за чернокожим лакеем, который подавал рыбу миссис Камбелл...
Однако вскоре стало ясно, что Фрост зачарован вырезом платья Тесс, поскольку он не отрывал глаз от ее корсажа, не сознавая, что она тоже смотрит на него.
Тесс почувствовала, как тепло прилило к ее щекам. Что, если он обнаружил какой-нибудь изъян в ее наряде? Когда взгляд Фроста медленно переместился вверх, она решила, что он заметил что-то неподобающее в кружевном вороте и прическе, и тут же с ужасом подумала, что, вероятно, ее наряд давно вышел из моды. Журнал, которым она воспользовалась для примера, был старым... и, несомненно, взятая ею в качестве примера дочь банкира не носит такую прическу.
Тесс стало стыдно, и она опустила голову. Однако ее заинтересовало, что еще он осуждает, и она незаметно приподняла ресницы. Взгляд пепельно-серых глаз встретился с ее взглядом; на мгновение между ними установилась странная связь, и Тесс была потрясена той напряженностью, которая сковала ее в этот момент. Потом все вдруг рассыпалось, померкло, сменилось разочарованием, сдержанностью, и капитан, моргнув золотистыми ресницами, отвернулся.
Тесс чувствовала себя так, будто ей только что удалось избежать когтей тигра, который вдруг на ее глазах превратился в домашнюю кошку, свернувшуюся у камина. Смутная тревога, охватившая ее, казалось, приобрела конкретное выражение: ее горло сжалось и она ощутила мягкое давление сорочки на возбужденные груди. Впервые в жизни она по-настоящему почувствовала себя женщиной.
Разумеется, Тесс была вполне информирована о сексе и деторождении; она наблюдала и изучала вещи, которые считались неприличными и от которых многие юные леди могли бы упасть в обморок. Знакомство с тем, что существует в природе, требовало свободного, разумного и беспристрастного подхода, которому обучил ее отец.
Однако в скрытом взгляде сидевшего напротив молчаливого мужчины скрывалась какая-то таинственность; в нем было что-то неясное и опасное, подобное стремительному потоку, в котором легко можно утонуть. Тесс почувствовала, что ее бессмертная душа рвется назад, подальше от пропасти; она посмотрела на стоявшую перед ней тарелку с вареной рыбой, словно это были ворота, ведущие прямиком в ад.
В следующее мгновение опасное чувство пропало. Рыба снова стала просто рыбой, и смотреть на нее было даже безопаснее, чем на лицо человека, удобно расположившегося на противоположной стороне стола. Трудно сказать, о чем подумал капитан Фрост в тот момент, когда их взгляды встретились, однако Тесс не рисковала снова взглянуть на него.
Миссис Камбелл что-то говорила капитану, но Тесс ничего не могла расслышать. Тем не менее она спрятала свои чувства под покров, который, правда, казался ей весьма прозрачным. Аппетит у нее отчего-то совсем пропал. Ее взгляд остановился на руке капитана, державшей бокал с вином, и ей захотелось прикоснуться к нему; потом она посмотрела на его взъерошенные золотистые волосы, и у нее возникло желание погладить их. Она жаждала ощутить его объятия, прижаться щекой к его сюртуку и почувствовать живительное тепло под ним.
Боже, что с ней происходит? Тесс не узнавала себя. Казалось, она стала совершенно другой под прежней оболочкой.
Когда миссис Тейлор встала из-за стола, Тесс почувствовала облегчение и некоторое разочарование, оттого что мужчины остались на веранде со своим портвейном, а дамы пошли внутрь дома. Тесс злилась на себя за это разочарование. Она решительно напомнила себе, что у нее есть другие дела, о которых следует подумать. Прежде всего по прибытии в Англию надо внести в каталог все образцы растений, собранные отцом; а мистер Дарвин, возможно, захочет взглянуть на некоторые орхидеи. Есть также несколько монографий отца, которые после небольшого редактирования можно представить на заседании Линнеевского общества, если Тесс удастся найти кого-нибудь, кто согласится прочитать их. Надо также сосредоточиться на множестве предстоящих дел, которые гораздо интереснее, чем этот капитан, занимающийся морскими перевозками.
Сидя в гостиной, Тесс пыталась думать о своих делах, но каждый раз, когда сквозь открытые окна до нее долетал смех мужчин, она ловила себя на том, что смотрит на дверь. Миссис Тейлор и миссис Камбелл погрузились в беседу о ценах на ирландское масло – тема, которая интересовала Тесс меньше всего.
Она угрюмо посмотрела на иголку и чулок, который взялась заштопать. «Вот что меня ждет, когда я выйду замуж, – подумалось ей. – Обслуживать мужчину и говорить о масле. А еще о моде, скандалах, деньгах, как дочь банкира».
В этот момент будущее представилось Тесс в довольно мрачном свете. Во время неудачной попытки завязать дружбу с вновь прибывшей молодой леди она обнаружила, что ее забавные истории о причудливых способах ловли обезьян становятся предметом осуждения, а рассказы о столкновениях с ускользающими змеями и ящерицами сопровождаются испуганными криками. Что до описания красоты бразильских лесов, то оно вообще не вызвало никаких эмоций, кроме вежливого скучающего взгляда. После первого же визита Тесс решила отказаться от дальнейших встреч с этой леди. К счастью, она так и не получила приглашения продолжить знакомство.
Опустив чулок на колени, Тесс сплела пальцы и крепко сжала их. Ей вдруг ужасно захотелось снова вернуться на Таити. Там у нее была настоящая подруга по имени Майна, с черными смеющимися глазами и отважной душой. Они вместе взбирались на покрытые зеленью, окутанные туманом горы, плавали в лагунах и заплывали на свой ос – тровок, где устраивали привал, резвились и смеялись весело. При этом они питались пойманной рыбой, а когда кончался запас пресной воды, возвращались в город Папеэте.
В те далекие дни Тесс чувствовала себя беззаботной девчонкой, но с тех пор прошло пять лет. Это были годы, полные испытаний. Повзрослев, она переняла от отца способность восхищаться природой и выработала под его руководством привычку соблюдать порядок и мыслить логически. Постепенно Тесс взяла на себя бытовые заботы во время их путешествий – то, что отец делал с неохотой и не всегда хорошо. Благодаря Тесс они никогда не испытывали нехватки соли, сахара или стеклянных банок для коллекций.
На веранде послышались шаги. Тесс подняла голову, но тут же снова опустила ее и, пытаясь успокоить учащенное сердцебиение, начала втыкать иголку в чулок, пока не осознала, что в иголке нет нитки.
Никто из джентльменов так и не появился. МиссисТейлор и миссис Камбелл продолжали болтать. Чувствуя разочарование, Тесс вертела чулок, размышляя, что бы сказать капитану Фросту, если он все-таки войдет. Мысли о капитане мучили ее, и она презирала себя за то, что не могла отделаться от них.
Наконец Тесс в отчаянии бросила чулок на колени; она была крайне недовольна собой.
Находившиеся рядом с ней женщины удивленно посмотрели на нее, и Тесс, покраснев, попыталась найти оправдание своему поступку. Она поспешно взяла со стола Библию и оживленно спросила:
– Хотите, я почитаю вам?
Миссис Тейлор смущенно улыбнулась:
– Извини, дорогая, кажется, мы совсем заболтались. Пожалуй, почитай. Миссис Камбелл, что вы посоветуете выбрать?
Тесс зажгла масляную лампу на столе и нашла в книге место, рекомендованное миссис Камбелл; затем глубоко вздохнула, собралась с мыслями и начала читать.