Влюбленный призрак
Шрифт:
Все предсказания Галины исполнялись со скрупулезной точностью. Осталось неисполненным только одно пророчество: «Когда он уйдет, все только начнется». Оно совершенно не вписывалось в мою заново обретенную прежнюю жизнь, а потому не хотелось гадать, что могло бы означать столь тревожное предвиденье.
Галина вдруг уставилась в одну точку, словно впала в прострацию.
– Ты здесь для того, чтобы я показала тебе это… – пробормотала она и вскочила, перевернув стул.
Женщина принялась водить пальцем по корешкам томов, стоявших на стеллаже. Пару минут спустя она резко вытащила с полки какой-то мистический роман в мягкой обложке, пролистала страницы и что-то отчеркнула ногтем.
Книга легла передо мной.
«Бойся человека со шрамом!»
По спине побежали мурашки.
Следом бухнулся глянцевый журнал, раскрытый на статье с подчеркнутыми строками. Сведя воедино слова, я получила полную бессмыслицу:
«Сначала возьми красный цвет, отсчитай пятнадцать, выбери шесть сверху, потом смотри справа».
Следующее похожее на ребус пророчество сложилось уже из нескольких фраз в разных книгах:
«Время будет на исходе, когда часы пойдут вспять».
Неизвестные отправители слали вселяющие страх весточки, и у меня не было возможности задать уточняющие вопросы или записать подсказки на бумажку. Книги ложились передо мной на стол с удивительной скоростью, стопка росла. Многие слова вылетали из головы, стоило мне их прочесть.
«Ты уже пришла в логово зверя!»
«Скоро зверь настигнет тебя!»
Грозные предупреждения холодили кровь:
«Берегись!»
«Покойница!»
– Довольно!!! – Я с силой хлопнула ладонью по столу, и прорицательница на одно пугающее мгновение застыла на месте с широко распахнутыми остекленелыми глазами и раскрытым томом в руках. Потом она встряхнулась, как кошка, приходя в себя, и с удивлением уставилась на сваленные в кучу книги.
– Судя по твоему бледному лицу, в отличие от меня, ты знаешь, о чем именно говорили пророчества, – сдержанным тоном резюмировала Галина и захлопнула толстый роман. От старых пожелтевших страниц поднялась пыль.
– Вы сказали, что мое кольцо проклято, – произнесла я. – Чисто гипотетически: если моей жизни будет угрожать смертельная опасность, то я снова начну видеть всякую чертовщину? Будет ли это означать, что проклятье действует?
– Даже гипотетически не знаю, – честно призналась Галина.
«Скоро зверь тебя настигнет! Берегись, покойница!»
Похоже, история не закончилась, а снова набирала обороты. Какие еще несчастья навлечет на мою голову колдовское кольцо?!
Рано поутру в трубке мобильного телефона я услышала тихий, вкрадчивый голос следователя Рыжкова.
– Вениамин Кондратьевич, вы всегда звоните во время завтрака, чтобы испортить людям аппетит на весь день? – проворчала я. – Полагаете, что лучшая диета – ничего не есть с утра до вечера?
К счастью, Аня еще не поднялась, иначе мне бы пришлось ответить на три сотни неприятных вопросов о том, что именно я задолжала полиции.
– Зоя Валерьевна, я пропущу дерзость мимо ушей, потому что хочу попросить о встрече, – пояснил цель звонка собеседник.
– Высылайте повестку, – наученная горьким опытом, предложила я, – а я пока позабочусь об адвокате.
– Зоя Валерьевна… – вдруг голос следователя зазвучал еще тише и, к моему удивлению, в нем появились просительные нотки. – Зоя, я прошу о неофициальной встрече. Мне нужны ваши особые способности.
Он выделил слово «особые».
– Я не могу!
– Буду ждать вас к десяти, – заключил следователь, давая понять, что полиции не стоит отказывать в мелких услугах.
– Тогда я приеду к часу, – поправила я, – во время обеденного перерыва.
Когда он отключился, я с тяжелым вздохом прислонила горящий лоб к холодной крышке стола. В голове не было ни одной дельной мысли, как выкрутиться из скользкой ситуации. Похоже, мне предстояло импровизировать, и впервые я пожалела о том, что Алексей исчез. Глядишь, подмигнул бы в нужный момент…
В час дня возле проходной Следственного управления творилась неразбериха. Въезд на территорию оккупировали телевизионщики с камерами, а на дороге выстроилась длинная очередь из фургонов с эмблемами всех центральных каналов. Оставив за спиной замерзших от долгого ожидания журналистов, я получила на проходной пропуск и попала на заснеженный двор, отгороженный от внешнего мира высокой кирпичной стеной.
Мне навстречу из дверей в компании трех типов в дорогих пальто вышла Софья Городецкая, прятавшая глаза за большими солнцезащитными очками. Избежать встречи было невозможно, оставалось лишь просто поздороваться:
– Здравствуйте, Софья.
Она вздернула подбородок, отчего длинные светлые волосы упали на лицо, и ничего не ответила. Нисколько не расстроившись, я попыталась пройти мимо, но известная модель цепко схватила меня за локоть:
– Теперь ты, я надеюсь, рада?
– Простите? – учитывая, что на высоченных шпильках ее рост становился равен росту баскетболиста, пришлось задрать голову.
– Софья Николаевна! – всполошились адвокаты. – Вас снимают!
– Наплевать на камеры! – цыкнула она на них и снова обратилась ко мне:
– Ты хотела, чтобы его нашли. Ты добилась, и что? Надеюсь, ты рада, потому что все остальные несчастны.
– А до того, как Алексея нашли, вы были счастливы? – стараясь подавить досаду, уточнила я и осторожно освободила руку. – Не стоит опрометчиво дразнить журналистов.
– Ты мне грозишь? – изумилась модель.
Я только пожала плечами…
Зайдя в здание, я шумно выдохнула и схватилась за сердце. От напряжения даже коленки тряслись. Прежде чем подняться на нужный этаж, я перевела дух.
В кабинете следователя Рыжкова ничего не изменилось: те же столы, заваленные папками, открытый, совершенно пустой сейф, тюремный вид за окном, грязная пепельница и графин с желтым листочком вместо крышки. Скорее всего, воду в нем не меняли с моего последнего посещения.
Следователь вытащил из стола пачку с сигаретами, сунул одну в рот, и тут его взгляд уткнулся в крупный «антитабачный» значок, нарочито пришпиленный мною на лацкан пиджака. С кислой миной он покосился в мое суровое лицо, потом спрятал папиросу обратно в пачку.