Чтение онлайн

В это время в зал влетела трехлетняя Анастасия. Рыжие кудри развевались во все стороны, зеленые глаза блестели. Она споткнулась о подол своего длинного шелкового платья и упала на скользком паркете. Детский рев мгновенно разрядил обстановку.

– Вот она, будущая королева! – Степан Олегович подскочил к «внучке» и поднял ее на руки. Его спутница криво улыбнулась: у нее имелись свои планы на деньги любовника.

– Итак! Распечатывай конверт, дорогая!

Саша вскрыла конверт, достала сложенный вдвое листок, развернула его, сначала прочла про себя, а потом объявила:

– Пол ребенка – мужской!

Тут же раздались громкие аплодисменты и звон бокалов. «Отец» кинулся первым целовать Сашу. Он замер рядом и разглядывал ее, пока звучали поздравления. Саша, рассеянно кивая гостям, чувствовала, что этот человек неотрывно, пристально смотрит на нее. Потом он наклонился к ней и тихо, но зловеще сказал:

– А ты очень изменилась!

– Да, папуля, – как можно беспечнее отозвалась она, – женщины меняются во время беременности.

– Мы остановились в гостинице, ты не будешь возражать?

– Нет, я понимаю. Это твоя новая пассия?

– Откуда такой цинизм, доченька?

И тут Саше пришлось собрать всю свою волю в кулак.

– От тебя, папочка! – Скрывая отвращение, она еще раз поцеловала этого чужого холеного мужчину. – Но утром мы вас ждем на завтрак!

– Нет, не надо! Мы придем на чашечку чая, часов в двенадцать.

…Наконец гости разошлись. Юрий отправился провожать тестя, а Саша, добравшись до спальни, в изнеможении опустилась на кровать. Сердце по-прежнему стучало часто и сильно, и ребенок беспокойно шевелился в животе. Саша принялась прокручивать в голове события прошедшего вечера, как тут в дверь постучали.

– Выпей. Это поможет тебе расслабиться. – На пороге с подносом в руках стояла Лена. Она уже приучила Сашу пить на ночь «молочный» чай с медом. – Присядь на кушетку, я сделаю тебе массаж ножек.

– Спасибо, Леночка! – Саша вытянула отекшие ноги. – Ты думаешь, он ничего не заподозрил?

– Не знаю, – озабоченно проговорила Лена. – Пару раз мне казалось: все сорвалось, что-то он почувствовал. Не будем ничего предполагать, время покажет.

Конечно, эти слова не могли успокоить Сашу. Она со страхом готовилась к бессонной ночи, но едва легла в постель, как сон одолел ее.

…Это было судьбоносное утро. Саша проснулась от детского смеха. Анастасия играла с пуделем Авоном и заливисто хохотала. Накинув халат, Саша выглянула в коридор. Но смех уже доносился с первого этажа. Она приняла душ. Тщательно уложила волосы, которые отросли до плеч, надела сарафан с белой блузкой (когда-то Юрий сказал, что белый цвет был любимым у той Саши). Постояла у шкатулки с украшениями и нехотя надела не свои бриллианты.

Степан Олегович, сцепив руки за спиной, задумчиво мерил шагами столовую.

– Доброе утро, папа!

– Здравствуй, доченька! Как поздно ты завтракаешь.

– Вчера устала очень. А почему ты один?

– Она еще спит. Соня, такая же, как ты.

Стол был накрыт белоснежной скатертью. Голубые чашки из тончайшего фарфора ждали, пока их наполнят кофе. Золотистый мед стоял в хрустальном бочонке.

– Вам яйцо всмятку? Как всегда? – Лена хотела выручить подругу.

Степан Олегович не ответил. Его внимание было приковано к рукам Саши.

– Оставьте нас одних! – вдруг властно приказал он.

Юрий на завтрак еще не спустился. Прислуга бесшумно исчезла. В столовой повисла удушающая тишина.

– Кто ты? – вдруг спросил Степан Олегович, пронзительно взглянув на женщину.

– Я? – беспомощно пролепетала она. – Саша.

– Нет. Моя дочь никогда не ходила без маникюра после того, как прищемила ноготь на безымянном пальце.

Саша, побледнев, посмотрела на свои дрожащие руки.

– Вот так нелепо проколоться… – почти беззвучно произнесла она, в то время как Степан Олегович, синея, вдруг начал сползать со стула.

Он покрылся потом и стал ловить воздух ртом. Саша, будучи медсестрой и проработав столько лет в реанимации, сразу поняла: это конец. Она бросилась было к нему, но, сделав только шаг, почувствовала резкую, горячую боль внизу живота и схватилась за него. Все происходило как в замедленной съемке. В это время в столовую, весело насвистывая, вошел Юрий.

– Вот и я… Что случилось? Саша? Степан Олегович?

Саша, сцепив от боли зубы, ползком подобралась к лежащему возле стола мужчине и взяла его безжизненную руку, проверяя пульс.

– Все. Он умер. – Она подняла к Юрию залитое слезами лицо. – Мы его убили.

– Что ты несешь? При чем тут мы? – зло зашептал Юрий. – Или… Ты… Что ты ему подсыпала?

– Я? Ничего! Он увидел мои ногти без маникюра и сказал, что у Саши был перебит ноготь… короче, он все понял, и у него сердце… не выдержало.

Юрий вытер сложенным носовым платком пот со лба.

– Я не знаю, что теперь будет… – с тревогой проговорил он. – Надо позвать прислугу. Елена! Дарья! Где вы все, черт побери! Степан Олегович умер!

Прислуга сбежалась мгновенно. Все молчали и только переглядывались.

– Надо вызвать «Скорую» и полицию. – Лена взяла себя в руки первая. – Пойди, Сашенька, приляг. На тебе лица нет.

Слезы текли по щекам Саши, ее всю трясло. Она пыталась что-то сказать, но, всхлипывая, глотая слезы, не могла членораздельно ничего произнести.

– Уведите ее, Юрий Андреевич! – Лена с пониманием ситуации посмотрела на него.

Юрий отвел Сашу в спальню, уложил на кровать.

– Конечно, жаль, что все так случилось! Но, знаешь, никто не виноват! У Степана Олеговича давно были проблемы с сердцем, только он лечиться не хотел. Не вини себя. Теперь мы оба баснословно богаты! И… каждый пойдет своей дорогой! – Он дотронулся до ее дрожащей, холодной руки. – Спасибо тебе, Саша!

Он вышел и прикрыл дверь. Саша слышала, как подъехала полиция и «Скорая», но не могла пошевелиться. В какой-то момент ей показалось, что ребенок тоже не шевелится. Она обхватила живот двумя руками и прислушалась. Ощутив легкое движение внутри, Саша успокоилась.