Влюблённый социопат
Шрифт:
– На ходу придумал?
– Попытаться стоило, – лукаво подтвердил Нейл, тоже смотря в окно. – Кажется, дождь заканчивается.
Глава 4. Соседская кошка
За спиной звонко брякнул дверной колокольчик, и на Лию тут же устремили свои взгляды две пары глаз: Юна сидела в центре зала за столом, глубоко склонившись над листами с таблицами; а у стеллажей на первом этаже застыла коренастая девушка с коротко стриженными волосами.
Интерес посетительницы быстро сник, и она снова переключилась на книгу, что держала в руках, в то время как добродушно улыбающаяся работница лавки поспешила разгрести стол от бумаг.
– Привет, – Лиа отодвинула соседний от Юны стул и устало плюхнулась на него.
– Я уже думала, что ты и сегодня не придёшь.
– Да как-то закрутилось. Мама таскала по магазинам – надо было пополнить гардероб тёплыми вещами. Вчера просто не осталось сил доползти сюда.
– Весело время провела за шопингом?
– Я выгляжу счастливым человеком? – с явным изумлением усмехнулась Лиа, едва удержав себя, чтобы не излиться тем, через какие трудности ей пришлось пройти за последние два дня.
Кейла из той категории женщин, что имела в ассортименте под пятьдесят пар туфель и гардеробную, что посоревновалась бы в запасах с мелкими бутиками. И как только ей выпадал шанс пройтись вместе с дочерью по магазинам, она не упускала своего. Вот и в этот раз заставила перемерить горы одежды, в том числе и той, к которой у Лии никогда не потянулась бы рука. Конечно, она могла отказать матери, но тогда рисковала стать виновницей грандиозной истерики. Поэтому ничего не оставалось, кроме как сжать посильнее зубы и ходить безвольным телёнком за Кейлой по бесконечным кругам ада.
Облокотившись на спинку стула, Лиа покосилась из-за плеча на другую посетительницу, продолжающую разглядывать старинный фолиант. И девушка, словно почувствовав на спине взгляд, круто развернулась и ответно впилась в неё зелёными глазами, выглядывающими из-за круглых стёкол очков.
На мгновение Лиа растерялась, подумав, что незнакомка возмущена и идёт разбираться, но, остановившись возле их столика, она протянула Юне книгу и бросила хриплым низким голосом:
– Я беру.
Настолько насыщенный бас даже у мужчин редко встречался: воздух вокруг будто завибрировал от утробного рыка.
«Что?..» – непонимающе уставилась на неё Лиа, пытаясь разглядеть в фигуре мужские или женские признаки. Однако в городке у молодёжи особой популярностью пользовалась балахонистая унисекс одежда. Подкрашенные глаза и отсутствие кадыка указывали, что перед ней стояла девушка, но слишком низкий голос и короткая стрижка вносили определённую долю диссонанса. Нейтральное же лицо подходило как парнишке лет шестнадцати, так и девушке за двадцать.
– Во вторник привоз, – буднично оповестила Юна, выдавая сдачу и чек. А когда странный посетитель двинулся к выходу, она кинула ему вдогонку: – Спасибо за покупку, всего доброго.
Дверной колокольчик снова звякнул, и лавка погрузилась в тишину.
– Лицо попроще, – прыснула от смеха Юна. – Это мой постоянный клиент.
– А это он… или она?
– А есть разница? Главное, дорогие книги покупает. И почти моё месячное жалование оплачивает.
– Да нет, никакой, – признала она. – Просто… голос сбил с толку. Не в том плане, что с ним что-то не так – у меня нет предрассудков по тому, как должен выглядеть человек. Скорее это было неожиданно…
– Может, кофе? Я как раз вчера запасы пополняла к твоему приходу, собиралась удивить ароматом и вкусом кенийской арабики. Хотя, наверное, у вас там на каждом углу кофейные салоны, и тебя таким не впечатлить – у нас же довольно сложно достать зёрна этого сорта.
– От кофе я сейчас точно не отказалась бы, – благодарно протянула Лиа. Она подошла к барной стойке и, закинув локти на высокую столешницу, сцепила пальцы в замок и положила на него подбородок. – До гурмана, зависающего по кофейным салонам, мне далеко. Конечно, я люблю свежесваренный кофе, но дома спокойно и быстрорастворимую бурду пью. А вот то, что ты тратишься… мне как-то неловко.
– Не заморачивайся. У меня есть связи в кофейно-чайной сфере. Поэтому, если надо будет что-то редкое достать – обращайся. А кофе и чаем я многих бесплатно угощаю – не стоит беспокоиться на этот счёт.
Кофемашина шумно затарахтела, перемалывая зёрна.
– А где тут у вас раздел с литературой ужасов? Триллерами?
– Везде, – Юна обвела взглядом все стеллажи, попадающие в поле зрения. – У нас магазинчик узкой специализации, популярной литературы, в особенности сентиментальной прозы, женского фэнтези и иронических детективов практически нет. Зато разнообразие альтернативы, ужасов, мистики, триллеров, антиутопий. В общем, мы закупаем всё то, что другие магазины берут для пробы реализации. С букинистикой дела обстоят похожим образом.
– А проблем с бизнесом нет? Сомневаюсь, что подобные жанры пользуются большой популярностью у местных.
– Сейчас у нас век цифровых технологий. Книжные интернет-магазины куда популярнее розничных. В нашу лавку заходят лишь редкие завсегдатаи, благодаря чему тут довольно спокойно. А доход идёт в основном с продаж в интернет-магазине. Но этим занимаются другие сотрудники, я не слишком просвещена в тонкостях.
– Понятно. В таком случае, где мне можно найти Лавкрафта или По? И книги Дэна Симмонса есть в вашем богатейшем ассортименте мистики?
– Классики у нас стоят на втором этаже, на крайнем стеллаже как раз возле лестницы. А Симмонс… надо глянуть в базе данных.
Лиа направилась в указанном направлении, полная решимости сегодня уйти как минимум с парой коллекционных сборников произведений, включающих рассказы: «Ужас Данвича», «Зов Ктулху», «Убийство на улице Морг» и «Преждевременные похороны». Она их не раз читала, выучив практически наизусть. Однако после переезда количество её книг резко уменьшилось и под сокращение попали практически все труды Эдгара Аллана По и Говарда Лавкрафта. С одной стороны, те книги успели растрепаться, да и качество типографии оставляло желать лучшего, она всё равно собиралась присмотреть им на замену издания посолиднее, а с другой – на полях тех книг остались памятные заметки, дорогие её сентиментальному сердцу.
Домашнюю библиотеку пришлось раздавать в хорошие руки и продавать в букинистические магазины за символическую плату. Конечно, если не жёсткий ультиматум со стороны родителей, с указанием, что можно сохранить лишь самые любимые и редкие издания, умещающиеся ровно в одну небольшую коробку – до безобразия смешное количество, – Лиа непременно постаралась бы перевезти все свои многочисленные книжные полки, под которые пришлось бы отдельный контейнер заказывать. Но, впрочем, не всё так трагично, ведь она и с четвертью книг из домашней библиотеки не успела ознакомиться, и вряд ли когда до этого дошли бы руки. Многие из произведений были про ненавистную для неё тему военных времён, доставшиеся в наследство от деда, и сентиментальные любовные романы семнадцатых-девятнадцатых веков, обожаемые покойной бабушкой.