Чтение онлайн

— Ты слишком легко распоряжаешься тем, чем не владеешь, — буркнула колдунья, вытирая рукой слезы в грустных серых глазах графини, — ты воплотилась не по своей воле, и не в твоей власти прерывать жизнь.

— А кто же еще имеет право на мою жизнь? — удивленно спросила Виолетта, она даже забыла, что плачет.

— Та суть, которая послала тебя сюда, бог, если так тебе будет понятнее, она тебя и заберет отсюда. В положенное согласно твоей судьбе время

— Так вот, пусть и поскорее забирает, — прошептала графиня сиплым голоском и угрожающе добавила, — если он меня не полюбит.

— Может, и полюбит, — задумчиво пробормотала Флорина.

— Вот, вот, — радостно подхватила графиня.

— А может, и нет! — неожиданно холодно отрезала колдунья и достала расшитую маленькую сумочку, затянутую цветной ниткой. Из этого мешочка Флорина вынула несколько цветных камушков и, перемешав их в руке, раскрыла ладонь. Графиня заворожено посмотрела на них.

— Так и есть! — воскликнула Флорина так, что графиня вздрогнула, — тут есть третья особа!

— Да, — тихо призналась Виолетта.

— Вот она! — колдунья брезгливо вынула из горсти продолговатый камушек красного цвета, — рыжая красавица! Да еще с зелеными глазами! У нее оч-чень большая сила на твоего мужа. Я вижу, ты встала на пути двух любящих сердец. Похоже, они богами предназначены друг для друга.

Виолетта опустила голову и затихла.

— Так что же, я не имею права на простое женское счастье?

— Возможно, что и нет, — лицо Флорины было печально-напряженным, — ты и так в этом воплощении имеешь очень много: и богатство, и положение в обществе, и прекрасную дочь, и уважение мужа…

— Ты знаешь, что женщине ничего не надо, если нет главного.

— О, это неправда! Не обманывай сама себя, — глаза колдуньи блеснули недобрым огоньком, — это тебе сейчас, как глупому ребенку, так кажется. А отними у тебя хоть что-нибудь — ну, дочь, например, что ты запоешь?

Испугавшись, Виолетта при упоминании о Магали вздрогнула.

— Вот видишь, — продолжала Флорина, — а нищета? Ты бы только попробовала хлебнуть нищеты! Такое воплощение у тебя, дорогая. Все души должны пройти через различные воплощения: в одном — ты имеешь любовь, в другом — здоровье и богатство…

— Это все языческая чушь, у души одно воплощение, — Виолетта судорожно сжала в кулак распятие, висевшее у нее на груди.

— Так зачем же ты обращаешься ко мне? — колдунья надменно встала, — прикажи лучше изжарить меня на костре…может, тогда тебе твой Иисус поможет?

— Прости меня, — пробормотала графиня, — наш бог тоже творил чудеса, только вот его распяли. Я думаю, и ваши верования имеют право на существование, потому и вызвала тебя.

— Ладно. Смотри, что у нас получается с этим колдовством. В нем участвуют четыре человека…

— Почему четыре? — Перебила ее графиня.

— Ты и твой муж Аксель — это понятно. Его рыжая красавица тоже попадет в наши сети. Так как она любит его, то ее сила прибавится к его. На другой стороне останемся только мы с тобой.

— Ты тоже?

— А то как же! Вся эта магия ложится и на меня. Конечно, я не так сильно связана с Акселем, как ты. Но богам наши земные связи безразличны. Вняв моему ритуалу, силой моей души они наложат связь, а потом уж нам здесь разбираться, как она повернется.

— Я не совсем понимаю…

— Вот что, милая, — вздохнула Флорина, — откажись ты от своей затеи. Скорее всего, пострадаешь больше всего ты сама. Слишком уж ты слаба. Про себя я уже не говорю. Смирись со своей судьбой — роль матери тоже достойная доля. Пусть твой муж и любит другую, но ведь он не изменяет те6е — я это ясно вижу. Ну, так и проживете — мирно, без любовной страсти…

Виолетта встала и, холодно освободившись от объятий гостьи, отошла в сторону двери.

— Я все равно сделаю это, — уверенно сказала она, стоя спиной к Флорине, — даже если ты откажешься — я найду другую.

Флорина подошла к женщине сзади и обняла ее за плечи.

— Хорошо, — тяжело вздохнула она, — твоя воля. Я сделаю, что ты просишь. Как раз и время приближается подходящее… День наивысшего солнцестояния, вот мы и направим всю его мощь на наше дело…

Флорина взяла свою котомку, явно намереваясь уйти. Виолетта почувствовала, что не хочет, чтобы женщина оставила ее одну. От Флорины исходила теплая и мудрая энергия, которой несчастной так не хватало.

— Послезавтра, до рассвета, смотри не опоздай, я буду ждать тебя на холме Фора Монтэ, — сказала колдунья уже в дверях, — Будь одна, одень новую холщевую рубаху и возьми одну золотую вещь, принадлежащую твоему мужу, можно что-нибудь мелкое.

— Это тебе в оплату?

Флорина повернулась и презрительно улыбнулась.

— Мне твои деньги не нужны, графиня. Если я буду корчится в судорогах или меня разобьет паралич от их могучей любви — ты мне заплатишь за это? Или ты хочешь, чтобы ритуал не подействовал?

Виолетта обескуражено молчала.

— Гони в шею всех этих колдунов и магов, которые берут деньги! До встречи.

И Флорина исчезла за дверью. Служанка, было, бросилась провожать ее, но колдуньи не нашла. Так же и стража не заметила, как женщина покинула замок.

Холм Фора Монтэ находился в семнадцати милях от замка Силекс, и Виолетте пришлось выехать заранее. Сопровождение было оставлено у основания пологой горы, и графиня побрела еловыми перелесками, ступая босыми ногами по иссушенной ветром траве. Как и приказала колдунья, Виолетта надела длинную холщевую рубашку до пят и сняла обувь. Кроме рубашки, на женщине ничего не было, и прохладный утренний ветер обдувал ее тело со всех сторон, вздымая грубую ткань, как парус. В руке графиня сжимала маленькую золотую заколку, которую нашла в вещах мужа. Вещь была явно скандинавского происхождения и, как припоминала Виолетта, это было украшение, когда-то принадлежавшее матери Акселя.

Заросли расступились, и женщина вышла на открытое пространство магического холма. За вчерашний день помощница графини в привороте, ее служанка, которая растила Виолетту с детства, наговорила испуганной графине много сказок и легенд, связанных с этим местом силы. Издавна оно использовалось колдуньями для своих месс и ритуалов. Во времена язычества здесь располагался большой храм их главному богу. Из поросших колючей травой неровностей торчали полуразрушенные остатки вытесанных из черного гранита огромных каменных блоков. Вход в подземелье, прикрытый массивной квадратной плитой, был почти завален землей. Виолетта осмотрелась. Снизу холм казался простым возвышением. Но с его вершины было видно, что Фора Монтэ доминирует над всей окружающей холм местностью. Виолетте даже показалось, что слева в туманной дымке поблескивали воды Атлантики, хотя до океана было около семидесяти миль. Без труда графиня угадала и контуры своего родного замка. В розовое предрассветное небо из труб Силекса уже устремились струйки дыма — это пекари развели очаги.