Чтение онлайн

— Ну расскажи!

— Этот отморозок представлял меня голой, лежащей на кровати и связанной!

— Ух ты! — округляет глаза Наталия.

— Ты представляешь! Представляешь, как себя вел этот наглец!

— М-м-м… Лежать обнаженной перед самим Терренсом МакКлайфом…

— Ты в своем уме? — сильно хмурится Ракель. — Неужели тебе это понравилось бы?

— Мне бы понравилось все, что сделал бы этот сексуальный горячий мужчина.

— Господи, Рочестер, да ты точно ненормальная! Раз тебе нравится ТАКОЕ!

— Боже, к тебе прикоснулось само совершенство! А ты еще нос воротишь! Да ты радоваться должна, что этот красавчик бегает за тобой.

— Больше не будет бегать.

— Представляю, как все косо смотрели на тебя, пока ты строила из себя Снежную Королеву.

— Мне плевать, как на меня смотрели. Плевать, что думали те девки, которых МакКлайф соблазнял прямо у меня на глазах.

— М-м-м, а ты, я так понимаю, заревновала ?

— Что? — широко распахивает глаза Ракель. — С ума сошла что ли? Какая, черт возьми, ревность?

— Эй, а ты сама случайно не проверяла его реакцию с помощью флирта с другими мужчинами?

— Проверяла. Этот придурок постоянно выражал свое недовольство и чуть не прибил их всех. Особенно фотографа, который не жалел для меня комплиментов.

— М-м-м, смотри-ка, а этот красавчик приревновал , — загадочно улыбается Наталия.

— Я ему не подружка, чтобы ревновать меня к кому-либо. Он не имеет никакого права запрещать мне общаться с мужчинами и флиртовать с ними.

— Ну знаешь, дорогая моя, раз мужчина тебя ревнует, значит, это уже сигнал того, что ты ему неравнодушна.

— Ох, боже мой… — Ракель устало стонет. — Я сто раз пожалела, что вообще согласилась работать с этим человеком. Что не поговорила с Сереной. Надо было лишь отказаться от работы, либо требовать себе другого партнера. Но нет! Я, дура, нарвалась на неприятности!

— Но теперь уже поздно сожалеть, — отмечает Наталия. — Уже очень скоро фотографии с тобой и Терренсом появятся в журнале.

— К сожалению…

— А-а-а, я уже представляю, как обрадуются ваши поклонники, увидев вас вместе на одной фотографии.

— Не дай бог, меня заставят подписывать журнал с нашей фотографией на обложке.

— Конечно, заставят! Ведь на ней будут две легенды! Два кумира молодежи!

— Из нас кумир молодежи только один – это я.

— Ну не скажи! Терренс далеко не безызвестный парень, который использует возможность поработать с тобой как шанс пропиариться. У него есть своя фан-база. Очень даже большая.

— Этот человек еще и смеет мне угрожать! Мол, сделает все, чтобы разрушить мою карьеру.

— Перестань, Ракель, что ты такое говоришь!

— Я серьезно, Наталия. МакКлайф заявил, что я еще пожалею о том, что перешла ему дорогу.

— Нет, подружка, этого не будет.

— А вдруг он все-таки не врал? Что ли через несколько дней я проснусь и узнаю, что обо мне где-нибудь написали ужасные вещи? Что если МакКлайф и правда решит унизить меня перед всем миром?

— Зачем ему это?

— Не знаю. Но честно говоря, меня это начинает беспокоить.

— Ракель…

— Если моя карьера будет разрушена, то для это будет катастрофой. Я буду до конца своих дней винить себя в том, что не отказалась от работы с этим человеком.

— Успокойся, дорогая, никто не будет рушить твою карьеру. Тем более Терренс.

— Господи, ну почему это произошло именно со мной? — Ракель тяжело вздыхает. — Работала себе спокойно: снималась для журналов и рекламы, участвовала в модных показах, ездила по всему миру, давала интервью… А тут все в моей жизни перевернулось с ног на голову.

— Не думай об этом, милая, — мягко советует Наталия, погладив плечо Ракель. — Все будет хорошо.

— А если нет?

— Перестань, Кэмерон, нашла из-за чего переживать!

— Я слышала, что он крикнул мне вслед. И не удивлюсь, если Терренс действительно исполнит свои угрозы.

— Даже если он реально это сказал, это могло быть сделано со зла.

— Со зла или нет, но я почему-то не думаю, что он будет бросать такие слова на ветер.

— Подружка, прошу тебя, успокойся и перестань думать об этом, — мягко просит Наталия. — Все будет хорошо, я в этом уверена!

— А если нет?

— Никто не будет ничего писать про тебя во всяких газетенках, журнальчиках или Интернете. А Терренс не станет делать что-то, чтобы разрушить твою карьеру.

— Не дай бог, люди поверят ему. Потому что не факт, что я смогу доказать людям, что меня оклеветали. Даже если я потребую прекратить все это или вообще решу подать на него в суд и потребовать моральный ущерб, ничего не изменится.

— Господи, Кэмерон, да что ты так разнервничалась?

— Я не прощу этого подонка, если моя карьера будет разрушена по моей вине. Не прощу.

— Успокойся, ничего не случится. Ему это не нужно.

— Этот козел вполне может отомстить мне за типа оскорбленную честь.

— Ох… — Наталия резко выдыхает и пару секунд с грустью во взгляде смотрит на Ракель. — Слушай, Кэмерон, давай лучше сменим тему разговора. Я не хочу, чтобы ты постоянно думала об этом и портила себе настроение. А иначе у тебя точно крыша поедет из-за переживаний о том, что не стоит того.

— Я не могу не думать об этом, Наталия, — с грустью во взгляде качает головой Ракель. — Если этот человек выполнит свои угрозы, то я могу потерять все, чего добивалась все эти годы. А я не хочу этого. Карьера имеет для меня огромное значение.

— Все будет хорошо.

— Я не хочу быть опозоренной на весь город. А то и на весь мир. Из-за одного единственного человека, которого оскорбило то, что я ему отказала.

— Ты не будешь опозорена, — уверенно возражает Наталия. — Терренс ничего тебе не сделает.

— Я начинаю все больше бояться, подруга.

— Я понимаю. Но почему-то ты так сильно не расстраивалась, когда тебя критиковали в самом начале. Ты плевала на всех и шла дальше с гордо поднятой головой. Почему ты не можешь сделать то же самое?