Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Я молчала лишь из-за желания позволить тебе отдохнуть и забыть о том, что ты пережила по вине автора всех тех ужасных сплетен. Дело было не в недоверии – вовсе нет. Это было обычное желание не загружать тебя своими проблемами и позволить провести здесь чудесное время. Да и мои проблемы тебя никак не касаются. Я должна была сама со всем разобраться.
Алисия нервно сглатывает.
— Было непросто улыбаться и делать вид, что у меня все хорошо, — признается Алисия. — Но я старалась ради тебя. Я хотела, чтобы это время стало для тебя хорошим. Чтобы ты не сбежала от одной проблемы к другой. Но увы, у тебя это не получилось. Ибо все напоминало тебе о скандале с клеветой. Да и я подкинула тебе забот…
— Тетя…
— Прости, милая… Прости…
Алисия склоняет голову, с грустью во взгляде рассматривая свои руки, пока Ракель качает головой.
— Не могу поверить… — с жалостью во взгляде тихо произносит Ракель. — Не могу поверить, что вам пришлось пережить такие ужасные вещи…
— Я уже не смогу выбраться из этой бездны просто так, — тяжело вздыхает Алисия. — Потому что уже слишком поздно.
— Господи… Неужели вы по ночам не спали только лишь из-за случая с той девочкой и требованием Элеанор заплатить ей такую крупную сумму денег?
— Не только из-за этого… Я переживала из-за всей этой ситуации. Все это время я боялась за свою жизнь. Боялась, что однажды люди Элеанор Вудхам захотят где-нибудь убить меня. Для меня каждый выход из дома был испытанием для моих нервов. Да и дома было страшно находиться одной.
— Тетя Алисия… — качает головой Ракель.
— А когда ты приехала ко мне в гости, то я начала переживать еще больше.
— Но зачем вы согласились принять меня у себя, если так боялись, что со мной что-то случится?
— Когда твой дедушка рассказал мне, что ты переживала из-за ситуации с клеветой, и пожаловался, как сильно он страдает, мне стало очень жалко тебя. Мое сердце разрывалось на части от того, что я не была рядом и не могла поддержать тебя. Так что мы с мистером Кэмероном поговорили и решили, что тебе стоит переждать бурю у меня дома.
— У вас было полное право отказаться принимать меня.
— Ну… — Алисия загадочно улыбается и присаживается на кровать рядом с Ракель. — Может быть, в глубине души я знала , что ты можешь мне помочь.
— Правда? — удивляется Ракель.
— Ты ведь у нас такая добрая девочка… Ты не можешь оставаться в стороне, когда у твоих близки дел есть проблемы.
— Это правда… — кивает Ракель. — Я не могу быть равнодушной.
— И это очень хорошо. Очень хорошо, что ты так беспокоишься о своих близких. — Алисия с легкой улыбкой мягко гладит Ракель по щеке, заставив девушку скромно улыбнуться. — И несмотря на то, что о тебе пишут в газетах и журналах, я всегда буду гордиться тобой. Ты всегда будешь для меня самой лучшей и самой любимой. И я никогда не поверю никакому типу, который посмеет утверждать, что ты – зазнавшаяся стерва, любящая только себя.
— Вы меня смущайте, тетя, — скромно улыбается Ракель.
— Однако это правда, девочка моя. Уж чего, но я ни за какие деньги не соглашусь отвернуться от тебя. Ни за какие. Пусть мне предложат хоть миллионы фунты стерлингов. Ни за что.
— Здорово, что хоть кто-то находится на моей стороне. — Ракель на секунду переводит взгляд на свои руки. — После всей грязи, что на меня вылил тот человек.
— Кстати, а ты знаешь, что все с ног сбились, пытаясь разыскать тебя? — с загадочной улыбкой интересуется Алисия.
— Знаю.
— Говорят, что о тебе никто ничего не знает. Даже мистер Кэмерон, якобы, сказал, что знает, где ты. Да и твои подружки якобы отказываются говорить с прессой.
— Это так. Они говорят это намеренно.
— То есть?
— Я попросила их так говорить, если к ним пристанут репортеры.
— Надо же… — Алисия хитро улыбается. — И позволь, дорогая моя, узнать, что ты задумала? Почему журналисты вдруг начали писать статьи о том, что ты пропала? Ни единого слова о том, что ты была в аэропорту, села в самолет и улетела в Лондон.
— Все просто, тетя, — с легкой улыбкой на лице пожимает плечами Ракель. — Я попросила дедушку и двух моих близких подружек не говорить о том, где я нахожусь.
— Но почему?
— Просто пока что не хочу, чтобы до меня докопались… Не хочу, чтобы журналисты начали доставать меня своими вопросами или обвинять в том, в чем моей вины нет. Мне… Будет неприятно все это слышать… Я и так постоянно слышу упоминания об этом скандале. По телевизору, на улице, в Интернете… Везде …
— Но ты же не сможешь скрываться вечно.
— Знаю. Но обещаю, что рано или поздно я выйду в свет и прокомментирую эту ситуацию. Только не сейчас. Сейчас я пока что не готова к этому.
— Что касается твоего дедушки, то я в нем уверена на все сто процентов, но вот насчет твоих подруг… — задумчиво говорит Алисия.
— В смысле? — слегка хмурится Ракель.
— Девочки вообще намного болтливее мужчин. Твои подружки запросто могут намекнуть, где ты скрываешься.
— Вы думайте, они и правда могут проболтаться кому-то о том, где я нахожусь? — округляет глаза Ракель.
— Ах, Ракель, никогда не доверяйся человеку, даже если ты знаешь его очень хорошо, — уверенно отвечает Алисия. — Подруги не всегда бывают настоящими. На них не всегда можно положиться.
— Да нет, тетя, что вы такое говорите… — слегка улыбается Ракель, не предавая значения словам Алисии. — В этих девочках у меня нет никаких сомнений. Они никогда не предавали меня. И я точно знаю, что они не подведут и в этот раз. Мы знакомы слишком долго, чтобы сомневаться в их порядочности и преданности.
— Что ж, как знаешь… — пожимает плечами Алисия. — Я все-таки надеюсь , что твои подружки сдержат обещание и не выдадут тебя.
— Не выдадут, тетушка, не беспокойтесь.
— Ну хорошо… — Алисия замолкает на пару секунд и скромно улыбается. — Кстати, а ты все еще общаешься с Наталией? С девочкой, с которой ты дружила в школьные года. Ну такая… Э-э-э… Очень красивая блондиночка… Ты говорила, что все парни в школе были от нее без ума и влюблялись в эту девочку с первого взгляда.