Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Не вижу смысла что-то говорить, — неуверенно произносит Фредерик.
— Что?
— Ты все слышала.
— Так это правда? Мои родители мертвы?
— Да, Ракель, — кивает Фредерик. — К сожалению, твоих мамы с папой больше нет.
— Нет…
— Они уснули и больше никогда не проснутся.
Не веря своим ушам, Ракель качает головой и тихонько шмыгает носом.
— Нет… — слегка дрожащим голосом произносит Ракель. — Этого не может быть…
— Однако это правда, — спокойно говорит Фредерик.
— Но почему? Почему мои мама и папа погибли?
— Просто с ними произошел… Один нехороший случай…
— Но что именно?
— Прости, внучка, но я не могу об этом рассказать. Тебе еще рано знать такие вещи.
— Я в это не верю… — начинает тихонько плакать Ракель. — Не верю…
— Я понимал, что рано или поздно ты все узнаешь. Но страшно боялся говорить тебе правду. Боялся твоей реакции.
— Значит, ты собрался скрывать это до бесконечности?
— Нет, конечно! Просто я…
— Ты все знал… Все знал, но ничего мне не сказал!
— Это было для меня очень непросто.
— А молчать, значит, было проще? — срывается на крик Ракель. — Было лучше рассказывать мне всякие сказки и лгать, что мои мама с папой куда-то уехали?
— Дорогая, я все тебе объясню, — спокойно говорит Фредерик.
— Не нужно мне ничего объяснять! — со слезами вскрикивает Ракель. — Я все знаю!
— Тише-тише, солнышко, не надо кричать.
— Как ты мог?
Ракель резко отстраняется от Фредерика и начинает нервно метаться по комнате, довольно тяжело дыша, вцепившись руками в свои волосы и едва сдерживая свои слезы.
— Как ты мог скрыть от меня то, что мои родители хотели развестись и погибли? — громко возмущается Ракель, не сдерживая свои эмоции и горько рыдая.
— Я все понимаю, — мягко произносит Фредерик.
— Ты врал мне! Врал все это время!
— Это было для твоего же блага!
— Для моего же блага? То есть, ты считаешь, что врать – хорошо?
— Нет, но иногда бывают ситуации, когда лучше соврать.
— Не могу поверить… Не могу поверить!
— Дорогая, прошу тебя, успокойся, — мягко пытается успокоить свою внучку Фредерик. — Я сейчас все тебе объясню.
— И сколько ты от меня это скрывал? — громко недоумевает Ракель. — Сколько времени ты врал мне? Сколько времени рассказывал все эти сказки?
— Твои мама с папой погибли в конце февраля. А в начале марта мы с твоими дедушкой, бабушкой и тетей проводили их в последний путь.
— Ах вот оно что… Значит, поэтому ты на целый день отправил меня к соседке?
— Никто даже не думал брать тебя с собой на похороны. Ты еще очень мала для этого.
— Неужели… Неужели бабушка Тиффани, дедушка Тимоти и тетя Алисия, тоже все знали? И молчали?
— Мы думали над тем, как сказать тебе об этом. Не знали, как дать понять, что твоя жизнь будет немного другой.
— Неужели было так трудно сказать мне правду вместе того, чтобы лгать?
— Не каждому взрослому легко пережить чью-то смерть, а ребенку – тем более тяжело.
— Теперь я понимаю, почему вы так не хотели, чтобы я звонила им. Я столько раз умоляла вас разрешить мне позвонить маме с папой, но вы отказывались.
— Прости, Ракель…
— Прости? — громко, удивленно произносит Ракель. — Это все, что ты хочешь мне сказать?
— Ракель, внученька, послушай…
Фредерик мягко берет Ракель за руки, едва сдерживая желание заплакать, но стараясь изо всех сил держаться и как-то успокоить Ракель и все ей объяснить.
— Никто не говорил тебе правду, потому что мы не хотели травмировать тебя, — с жалостью во взгляде оправдывается Фредерик. — Мы боялись, что такие новости будут для тебя шокирующими. И не знали, как правильно сообщать такие вещи.
— Но ты ведь спокойно говорил мне про мою бабушку Розеллу, — напоминает Ракель. — Хотя она тоже мертва!
— Твоя бабушка умерла задолго до твоего рождения, когда твой папа еще был совсем маленьким.
— И от него ты тоже скрывал ее смерть?
— Нет, он сразу об этом узнал.
— Тогда почему я узнаю об этом только сейчас? — громко недоумевает Ракель, довольно тяжело дыша, и издает тихий всхлип. — Почему вы все лгали мне?
— Клянусь, мы с твоими дедушкой, тетей и бабушкой хотели сказать тебе всю правду и даже не думали скрывать такое. Но нам нужно было время. Время, чтобы как-то подготовиться.
— Но вместе этого вы выбрали ложь! Захотели нагло лгать мне!
— Говорю же, мы просто не хотели травмировать тебя.
— Не хотели травмировать меня? — со слезами на глазах удивляется Ракель. — Неужели вы думали, что если я буду считать, что раньше у нас все было хорошо, то жила бы спокойно и беззаботно?
— Нет, но…
— А что насчет развода? Почему мама с папой хотели развестись?