Чтение онлайн

— Неужели вы думайте, что МакКлайф – моя судьба? — удивляется Ракель.

— Все возможно.

— Не смешите меня, тетя Алисия. Ради бога!

— А если у тебя появится такая возможность, потом можешь привести его ко мне и своему дедушке и познакомить его с нами. Мы посмотрим на этого красавчика, побеседуем с ним и решим, хорошая ли он для тебя пара или нет.

— Не вижу смысла.

— Уж мы-то думаем трезво. Без обиды в сердце и одержимости любовью. Мы будем твоим мозгом и оценим твой выбор, когда ты наконец-то приведешь к нам своего возлюбленного.

— Я приведу, не переживайте.

— Дай бог, это случится в ближайшее время.

— Послушайте, тетушка… — Ракель мягко берет Алисию за руку. — Я понимаю ваше желание побывать на моей свадьбе и подержать на руках моих детей. Но прошу вас, не торопите меня. Я не хочу выходить замуж против своего желания. Сейчас я к этому не готова.

— Когда ты влюбишься, то обязательно захочешь выйти замуж, — уверяет Алисия. — Ты сейчас так говоришь, потому что в твоей жизни нет мужчины. Но когда он появится, все будет иначе.

— Я не хочу однажды пожалеть о том, что послушалась вас и решила выйти замуж против своего желания для того, чтобы порадовать вас и успокоить ваше сердце.

— Уверена, что потом ты еще скажешь мне и своему дедушку « спасибо » за то, что мы поторапливаем тебя.

— Тетя Алисия…

— Вот упустишь время – останешься совсем одна и никому не нужная. Будешь в подушку плакать и страдать от одиночества, завидуя своим подружкам, которые в отличие от тебя будут замужем за хороших мужчин и воспитывать детей.

— Я никогда не говорила, что не хочу выходить замуж и рожать детей. Просто я хочу немного подождать и пока что пожить для себя.

— Замуж надо выходить, пока ты молодая, а вокруг тебя вьются мужчины.

— Но ведь я и так молодая! Мне всего двадцать три года.

— Да, но знаешь, как неумолимо бежит время! Казалось бы, еще недавно мне было всего двадцать лет. А только моргнула глазами – мне уже сорок семь! И я не буду молодеть. Я буду стареть .

— Выйти замуж можно в любом возрасте – хоть в сорок лет. Возраст не должен быть преградой счастью, независимо от того, когда вы его нашли.

— Нет, милая, в сорок лет ты уже никому не будешь нужна. Мужчины всегда стремятся найти себе девушек помоложе.

— Сейчас уже совсем другое время. Не то, что было в то время, когда вам было двадцать. Любовь может зародиться в любом возрасте. У нее нет никаких возрастных рамок. Никогда не поздно впустить в свое сердце кого-то, кто заставляет вас чувствовать себя счастливым каждый день.

— Время, может, и меняется. Но увы, природу уже никак не изменишь. Повышенное внимание получают только молоденькие девочки.

— Вы так не хотите, чтобы я осталась одна, потому что сами не смогли построить свое счастье? — неуверенно спрашивает Ракель.

— Я? — округляет глаза Алисия.

— Вы ведь так и не встретили мужчину и не вышли замуж. И в глубине души переживайте из-за этого и не хотите, чтобы со мной произошло то же самое.

— Нет, девочка, ты ошибаешься, — загадочно улыбается Алисия. — Мужчина у меня был . И я даже вышла за него замуж.

— Правда? — округляет глаза Ракель. — Вы были замужем?

— Да, была. Причем я вышла замуж тогда, когда уже давно поставила на себе крест. Когда мне казалось, что я уже никогда не смогу создать свою семью.

— Надо же! — оживается Ракель и подгибает одну ногу под себя. — А вы никогда об этом не рассказывали! Я и не знала, что вы, оказывается, были замужем.

— Должна признаться, я немного удивлена, что ты никогда не спрашивала о том, почему у меня сейчас фамилия Миддлтон.

— Я думала, вы поменяли ее для того, чтобы покончить со старой жизнью.

— Отчасти, верно. Но на самом деле это фамилия моего мужа, которую я взяла после нашей свадьбы.

— Господи, но когда вы успели? Когда успели выйти замуж?

— Четырнадцать лет назад. Я встретила его в апреле двух тысячного года. Мне тогда было тридцать три года.

Алисия призадумывается на несколько секунд, вспоминая что-то из своей молодости.

— Довольно поздно… — задумчиво произносит Алисия. — На тот момент у меня уже не было мыслей о свадьбе, и я была готова прожить свою жизнь без мужа и детей. Но так уж получилось, что я познакомилась с одним очень хорошим мужчиной и вскоре полюбила его.

— В апреле двухтысячного года? — слегка хмурится Ракель. — Значит, это случилось после того как вас выпустили из тюрьмы?

— Да, милая. Это произошло спустя два года после того как я отсидела в тюрьме за убийство и была оправдана.

— И что это был за мужчина?

— Его звали Доминик… Доминик Миддлтон… Он был всего на пару лет постарше меня. Выглядел не прямо-таки писаным красавцем с обложки какого-нибудь журнала, как, например, тот же Терренс МакКлайф. Но мне он показался очень симпатичным. Стройный, подтянутый… Со светло-русыми волосами. К тому же, у него были невероятно добрые глаза. Было видно, что это человек с чистой душой и большим сердцем.

— А где вы с ним познакомились?

— Мы познакомились в гипермаркете, когда я пошла купить пакет молока.

— В гипермаркете?

— Да, представляешь. — Алисия бросает скромную улыбку. — Я тогда была в ужасе от того, что у касс были огромные очереди. И захотела пойти именно туда, где стоял Доминик, у которого была целая куча покупок. Но заметив, что у меня был всего один пакет с молоком, он пропустил меня вперед. Я поначалу отказывалась и говорила, что никуда не спешу, но этот мужчина настоял и встал за мной.

Восемнадцатое апреля двухтысячного года.

Алисия подходит к кассе для того, чтобы оплатить одну единственную покупку – пакет молока, который она держит в руках, находясь в небольшом гипермаркете, в котором сейчас не так уж много народу и играет приятная на слух, совсем не раздражающая музыка. Выбирает ту, к которой очередь менее большая. И сразу же видит, что впереди нее стоит высокий молодой мужчина с короткими светло-русыми волосами с целой тележкой покупок: от разнообразной еды и бытовой химии до канцелярии и еще чего-то.