Чтение онлайн

До Волка, кажется, дошло, в каком дерьме группа сейчас очутилась, дискредитируя главу за смешные недели до выпуска. Он спал с лица, дернулся:

— Первый, мы…

— Ты, Ярош, — снисходительно-издевательским тоном поправил Тэпп. — Говори только за себя. Группы сегодня я не увидел. Возможно, увижу ее завтра.

— А группы никогда и не было, Иоданир, — парировал веско Деймос. — Всегда был ты и твои игрушки для реализации амбиций и планов.

— Тогда тем более, Элдор. Царствуй, ты же этого хотел, — Тэпп сделал приглашающий жест рукой, а после развернулся, схватив меня за руку, зашагал к выходу из зала.

— Ага, на обломках, — выдал ехидно Густов за нашими спинами.

Пока натягивали костюмы для вирта, Иоданир молчал, был хмур и задумчив. Я чувствовала его досаду и щиты жесткого контроля, тоже не считала нужным говорить.

Обдумывала идею написать Деймосу или подкараулить его в нашей каморке на техническом этаже и пыталась не беситься от мысли, что и то, и другое больше невозможно. По разным причинам, не только из-за непримиримости Тэппа, но и собственного злобного разочарования.

Увы, эту связь все же придется убить, она приобрела уродливые и мерзкие последствия и может вылиться в настоящий катаклизм. И превращение чего-то хорошего и многообещающего во что-то грозное и страшное случилось даже не сегодня, а давно. И, может быть, сама в этом виновата.

А через полчаса после начала полигонки в вирте пожалела, что вытащила Нира сюда. Гад выпил из меня все соки. Меньшим злом было бы, заверни он мозги одногруппникам. И плевать на последствия!

Я доползла до барьера, означавшего конец полосы препятствий, и села, прижавшись к нему спиной, пытаясь отдышаться. Тэпп опустился рядом через мгновение, дразня, пихнул мое плечо своим.

— Боже, ненавижу тебя, — просипела, проведя рукой по мокрому лбу.

Он напрягся.

— В общем зале я оставил еще троих таких же ненавистников, — рассеянно проговорил.

Все правильно. Когда нет настоящего единения, а есть лишь императив и центр, система распадается, пенясь отвращением. Я это знала, он это знал — мы вместе это знали.

Сочувствие и сожаление пронзили насквозь. Внутри вскипели желчь и слезы. Он потерял то, что созидал долго. Я тоже, хотя меньше корпела.

Сев перед Иоданиром на колени, ласково провела ладонью по его щеке, по лбу, убирая растрепавшиеся пряди волос.

— Я пошутила, прости. Вырвалось на эмоциях, — бормотала утешительно.

Он криво ухмыльнулся:

— Я знаю.

— Если это так важно, ты ведь можешь их снова собрать.

Смотрела ему в лицо, пытаясь определить эмоции, но это было, видимо, выше возможностей вирта.

— Не хочу, — уголок рта презрительно дернулся. — Деймос не только свое просрал, но и мне подгадил. Так что к черту. После того как он запустил в это свои грязные руки, стало тошно и предсказуемо. Если держать его подальше от тебя и отдать, как он выразился, свои игрушки, не только его азарт поубавится, но и количество возможностей ударить. И спасибо, что увела меня оттуда. Вовремя. Густов продвинулся, он как-то сумел подточить мой контроль. Я разберусь. Конец учебы здесь обещает быть интересным и забавным, — ядовито ухмыльнулся, задумавшись.

— Ладно.

Я подалась к нему, успокоенная, прильнула к груди. Все же необычные ощущения от соприкосновений в вирте: вроде плоть, твердая и теплая, хорошо знакомый запах кожи, а вроде проекция, искусственная и чужеродная.

— Давай отключаться, я устала, — попросила, тяжело вздохнув. Нашла ладонь парня, пощекотала кончиками пальцев. Он немедленно поймал мою кисть, а я, подняв голову, потянулась к губам.

Тэпп рассмеялся, останавливая меня за плечи.

— Пять секунд — твое отставание от норматива, Карамелька. И не вздумай меня здесь целовать, чтобы задобрить. Вот это точно будет настоящим извращением.

— Что именно будет извращением? — я зло поджала губы. — Поцелуй или попытка тебя задобрить? Я отключаюсь, Иоданир. Я устала, и у меня сегодня день рождения.

— Еще круг. И все. Раз уж у тебя день рождения, — мягко щелкнул по носу, пристально глядя мне в глаза, завораживая и лаская.

С обреченным стоном я нехотя, тяжело поднялась на ноги.

— И все-таки я тебя ненавижу.

****

Он соблазнил принять душ в его комнате. И не думала отказываться — так сильно интриговал ждущий меня подарок. Так радовал сам факт, что кто-то посчитал нужным преподнести мне на день рождения вещь, а не баллы, за которые можно получить возможность выйти или дополнительное лакомство на ужин.

Когда мне в последний раз дарили вещи? Мама. В ту нашу встречу. Больше семи лет назад.

В мыслях Тэппа видела коробочку лежавшей на кровати, в реальности там оказалось пусто. На тумбочке в специальном хладоконтейнере высился какой-то десерт.

— И где? — я разочарованно обернулась к блокировавшему дверную панель хозяину.

Тот хитро улыбнулся. Было приятно видеть Нира в хорошем настроении. К черту этот день, он почти закончен, можно перечеркнуть, забыть. И сосредоточиться исключительно на нас двоих.

— Терпение, Мия. Ожидание всегда лучше свершившегося.

Я закатила глаза.

— Все в твоем духе. Садист, — и прошла в санблок.

Может, чем быстрее закончу водные процедуры, тем быстрее получу долгожданное?.. На все ушло минут десять, хотя обычно любила долго стоять под душем, погружаясь в свою стихию, подпитываясь энергией, забываясь в ощущении потоков, омывающих тело, — пока контроль не начинал верещать писком, что расход ресурса превысил норму.

Перекрыв воду, сдернула с крючка черно-синее казенное полотенце и, отодвинув панель, шагнула из кабины. Наткнувшись на Тэппа. Хорошо, что пушистый кусок ткани из драйтона прикрывал спереди особенно интересные места, спускаясь примерно до середины бедер. Иначе ситуация была бы на несколько порядков пикантнее.

Влажной рукой убрала настырные локоны, прилипшие к непроизвольно загоревшимся щекам, нахмурилась:

— Что ты здесь делаешь?

Вход в санблок, конечно, не блокировался, да и Тэпп на своей территории, но к такой-то матери все. Не давала ему право подкарауливать, подглядывать…

Румянец, кажется, уже и на грудь пополз.

— Хотел увидеть тебя. Не через мысли.

Он обводил мое лицо, тело, медленным, изучающим взглядом. Темнеющим, ласкающим. В нем горели восхищение и желание. Именно они не просто расслабили меня — заставили загореться в ответ.

Я дерзко усмехнулась:

— А что, если и я хочу увидеть тебя не через мысли?

Вдох. И вот он уже, сделав шаг, стоит передо мной, требовательно и пристально глядя в мои расширившиеся глаза, пугающе напряженный, завораживающий.

— Плохая идея, — произнес предупреждающе.

— Мы не в равном положении. Поэтому или уходи, или…

Не договорила. Тэпп по-мужски слитным и стремительным движением снял тренировочную майку, бросил ее на пол, а я сглотнула, увидев его обнажившийся торс. Как жутко, что он так быстро поддержал игру, которую неосмотрительно и самонадеянно начала. Как жутко тревожит и притягивает…