Вне корпорации
Шрифт:
— Вот именно! — подтвердила Нила. — Прошу вас, уходите.
— Один момент. Сейчас передам кое-что и сразу уйду. — Гектор сделал шагов пять в сторону возвышения и нацелил в потолок небольшое устройство, похожее на ручку. На потолке проступил документ, плотно исписанный юридическими терминами. Через несколько секунд образ растаял. — Ну вот, так сойдет, — язвительно произнес Гектор.
— Что это такое? — шепнул Джастин на ухо Ниле, но Гектор ответил сам, опередив всех:
— Простите, Джастин. Надо было передать вам документы в цифровом виде и лично, но у вас был такой враждебный вид! Вот я и позволил себе действовать публично. Главное, никто не может оспорить тот факт, что вы видели документы. А если вы по какой-то случайности все же не видели их, что ж, уверен, вы все узнаете, когда посмотрите выпуск новостей — включите любой канал.
— Это что, повестка в суд? — спросила мисс Ким.
К Гектору поворачивалось все больше заинтересованных лиц.
— Вот именно, мисс Ким. Да, GCI подает в суд на мистера Корда.
Джастин схватился за перила.
— Молчите! — велела Нила.
Голос подал еще один репортер:
— Дело касается капсулы мистера Корда?
— Нет, мистер Хаддад. Тот иск мы временно отозвали.
Репортер зарделся, приятно удивленный тем, что Гектор знает его имя.
— Тогда в чем же дело? — спросил он.
— Джастин, нам надо идти, — умоляла Нила, хватая его за руку и безуспешно пытаясь увести. Она чувствовала волнение Корда и понимала, что именно этого добивался Гектор и теперь постарается закрепить свой успех. Кроме того, она видела, что Джастин отчаянно пытается сохранить внешнюю невозмутимость. Сегодня его первый выход в свет, Гектору удалось все испортить.
— Хороший вопрос, мистер Хаддад! — сказал Гектор. — Как я уже говорил, капсула мистера Корда нас не интересует, хотя не сомневаюсь, она стоит пару-тройку кредитов. Нет, GCI интересует нечто гораздо более ценное — пай самого мистера Корда. Пай, который навсегда останется у нас.
Гектор дождался, пока все поймут, что он сказал, и наблюдал, как, почти в замедленной съемке, все разворачиваются к Джастину, желая увидеть его реакцию.
Потом словно все черти из ада вырвались на волю.
Омад, ворча, протащил через порог последний ящик и вытер пот со лба. Теперь, после того, как он стал гордым обладателем своего контрольного пакета, потеть ему почти не приходилось.
— Признайся, Джастин, — прохрипел Омад, — почему ты его не прикончил?
— Кого, Самбьянко? — Джастин подтолкнул груду ящиков в угол. — Я не хотел его прикончить, только… вырубить.
— Не пудри мне мозги!
— Послушай, — сказал Джастин, — нас разняли охранники, а остальным пусть займутся адвокаты. Драка случилась больше недели назад. Сейчас я пытаюсь начать новую жизнь в Городе Большого Яблока и наслаждаться будущим!
Омад поставил ящик к своим ногам и крякнул:
— Наслаждаться будущим? Так я тебе и поверил! К твоему сведению, у нас в будущем есть такие штуки, как дроны. Они могли бы и без нас все перетащить. Если уж так необходимо было использовать челтруд… прости, — добавил он, видя, что Джастин не понимает аббревиатуру, — человеческий труд, почему не нанять кого-нибудь? Ты богаче Бога. Может, у вас был такой обычай — если куда-то переезжаешь, друзья должны страдать?
Джастин, смеясь, обернулся к нему:
— Кстати, раз уж ты об этом заговорил… да. Но не только. Мне всегда казалось, что новый дом не станет твоим по-настоящему, если ты лично не внесешь туда вещи и не распакуешь пары коробок.
Омад явно не верил ему. Объяснение Джастина показалось ему совершенно абсурдным, как если бы ему предложили вернуться в шахту.
— И вот еще что, — пропыхтел он, — из чего сделаны все эти коробки — из печенья, что ли?
— Омад, эта штука называется «картон», — ответил Джастин, постучав по коробке носком туфли. — Раньше коробки делали только из него.
— Да ладно, мне все равно. — Омад пожал плечами.
— Ты, наверное, удивишься, — продолжал Джастин, — но мне стоило немалых денег воссоздать настоящие картонные коробки. Может, они даже дороже того, что находится внутри…
Омад широко улыбнулся:
— А что? Может, у тебя там найдутся еще одни часики «Таймекс» для твоего приятеля… который помогал тебе переезжать?
Джастин покачал головой и развел руками:
— Извини…
— Тогда в чем дело? — спросил Омад. — Зачем было трудиться? Ведь у тебя изменяемая квартира, разве ты не рад? Я думал, тебе понравится.
Джастин сел на удобно расположенную груду коробок.
— Нила считает, что физический труд при переезде поможет мне лучше адаптироваться к новой жизни. Возможно, это странно, но мне кажется, она права. Я начинаю жизнь с чистого листа, но такой переезд делает будущее не таким страшным.
— Она умница, твой доктор, — заметил Омад, пожалуй, слишком многозначительно. — Только не верится, что она посоветовала тебе мучить друзей при переезде!
Джастин не ответил.
— Вряд ли, — продолжал Омад. — Что ж, ты вполне можешь возместить мне усилия. Сейчас ты, можно сказать, находишься в центре Вселенной, поэтому я считаю, что у нас немало козырей. А я — так уж вышло — знаю несколько заведений, где можно неплохо расслабиться.
— Может быть, попозже, друг, — сказал Джастин, роясь в карманах и извлекая оттуда клочок бумаги. — Сейчас я думаю кое о чем другом. — Он протянул клочок Омаду.
Омад прочел, что там написано, и недоверчиво посмотрел на Джастина:
— Ты в самом деле предпочитаешь Эмпайр-Стейт-Билдинг ночным клубам и казино?
— Не всегда, Омад, а только сегодня. Мне в самом деле хочется посмотреть Эмпайр-Стейт-Билдинг. Это все равно что навестить старого друга.
Омад смягчился:
— Сейчас угадаю… Это тоже своего рода упражнение?
— Не совсем, но вроде, — искренне ответил Джастин.
Омад поставил ногу на коробку, стоящую рядом, и недоверчиво покачал головой.
— Да, с твоей точки зрения такая экскурсия, наверное, имеет смысл. В конце концов, его строили при тебе.