Чтение онлайн

— Нам пора, но я думаю, что мы с тобой еще увидимся, — произнес он и подмигнул Серёге.

— А теперь, ребята, у нас к вам будет еще одна просьба, вы бы не могли высыпать свой виноград в эти две раздельные корзины, стоящие в кузове? — попросил Рори. — Приносим свои извинения, что своим появлением нарушили ваш график.

Попрощавшись с Дэ Хеном и Серёгой, они уселись в электрогрузовичок и снова исчезли из сети, как будто их там никогда и не было.

Смотря вслед уезжающему электрокару, Дэ Хен с Серёгой даже не обменивались мыслями.

— Ну и что это за херня такая была? — наконец произнес Серёга.

— Не знаю, но скинь-ка мне свой плейлист, пожалуйста, раз такой уважаемый человек тебя по плечу похлопал, значит, это должно быть действительно круто!

— Я вообще не об этом! Как ты думаешь, почему в них нет встроенной Инессы? Я представлял людей «элиты» вообще другими, думал, они чуть ли не летают благодаря Инессе, а они не то что летать не умеют, а говорят и думают по старинке.

— Ты вообще нормальный? Прям тоже удивляешь меня сегодня целый день! Как с луны свалился! Вся технологическая элита общается, училась и учит своих детей по старинке. У них там вообще не расслабишься, их даже книжки читать в натуралочку заставляют. Все очень аскетично!

— Почему? — удивился Серёга.

— Да хрен их знает, тебе не все равно? Ты бы вот так смог, без Инессы, в наше время жить? Я нет. Наверное, за час бы чокнулся.

Серёга вспомнил свое утреннее состояние, поежился.

— Ладно, лови плейлист, и пошли работать, Берта, видимо, сегодня уже не вернется, давай наберем корзины и сами поедем в Шато.

Закончив к двум часам дня работу и вернувшись домой, Серёга никак не мог успокоить свои тревожные чувства. Он переоделся в беговую одежду, попросил Инессу поставить что-нибудь пожестче из панк-электророка и побежал. Бежал долго, сосредоточившись на своем дыхании и музыке, как вдруг музыка исчезла.

«Да блядь, что это опять со мной происходит?!» — выругавшись, он в первый раз за много лет почувствовал не только раздражение, но и злость, то чувство, которое у него давным-давно было атрофировано. Вспоминая утреннюю ломку от пустоты в голове, взбешенный, он понесся вперед изо всех сил, не разбирая дороги, не обращая внимания на предупреждающие таблички с красными восклицательными знаками, да и какого черта на них смотреть, там все равно было написано по-французски, а без Инессы прочитать их он не мог.

Так, задыхаясь от жажды, с грохочущим на всю голову сердцем он залетел в какой-то маленький городишко и, обессиленный, рухнул ничком вниз, прямо на брусчатку площади. «Пить, как же хочется пить», — застряла единственная мысль в голове.

Вокруг него начали собираться люди, самое интересное, сквозь стук сердца в ушах он слышал их голоса, но ничего не мог разобрать.

«Пить, пить», — попробовал он еще раз хоть до кого-то достучаться. Ответа не было.

Подняв голову, он понял, почему его никто не слышит. Отключенный от Инессы, он ухитрился забежать в резервацию.

Люди, стоявшие вокруг, говорили, как те двое из «элиты», произнося слова ртом, только не на английском, а на французском языке.

— П…п… пить! — попытался прохрипеть на русском Серёга и показал трясущимся пальцем на открытый рот.

Народа вокруг него собиралось все больше. Наконец кто-то прибежал с деревянным ковшом, наполненным водой, и подал ему. Никогда в жизни он не пил такой вкусной воды! Обливаясь, давясь большими глотками, он чувствовал, как она просачивается внутрь, оживляет и наполняет обессиленное тело жизнью. Выпив всю воду, он постарался встать с колен, ноги его не слушались, какие-то люди помогли подняться.

— Спасибо, — прохрипел он по-русски. — А, мерси, — вспомнил он известное с детства слово.

К нему подошел седобородый пожилой человек.

— Добрый вечер. Меня зовут Поль Моро, я бывший профессор лингвистики Лионского университета, — представился он на русском языке.

— Здравствуйте, меня зовут Сергей Ушаков, — выдавил из себя Серёга.

— Месье Серж, нам всем очень интересно, кто же вы такой?

— Я сборщик винограда, работаю в Романе-Конти, — проговорил своим плохо слушающимся языком Серёга.

Вокруг него все зашушукались, что-то обсуждая.

— Ох, как интересно! Тогда вы должны быть чипированы, каким же тогда образом вас занесло к нам? Вы же понимаете, что находитесь на территории резервации?

— Ну, теперь понимаю, — промямлил он. — А пока бежал, не очень понимал.

Место, куда он попал, действительно отличалось от современной Европы: в окошках вместо яркого света начинали поблескивать тусклые свечи, фонтан, находящийся в центре площади, видно было, что давно уже не функционирует, а в нем из дырки просто бежит вода, куда-то делись идеально подстриженные газоны, вместо них трава торчала клоками, выгрызенная никогда ранее не виданными им животными, козами, которые тут ходили на привязи. Что было очень странно.

— Вас что, ваш этот робот не предупреждал? Или у вас в голове что-то сломалось? — наседал профессор.

«Бля, что сказать, что сказать-то? — начали мелькать мысли в голове у Серёги, но самостоятельно, без Инессы, быстро соображать и сразу найти решение не получалось. — Да хрен с ними, скажу правду, что они со мной сделают?»

— Она отключилась, — пророкотал Серёга.

У профессора медленно отъехала вниз челюсть.

— Как отключилась? Сама? Вы ее каким-то образом отключили, или она вырубилась у всех, кто там находится? — понесся поток вопросов от профессора, как только тот смог подобрать свою челюсть обратно.

— Не знаю! — честно признался Серёга. — Я сегодня проснулся около шести утра и понял, что в моей голове ничего не загружается, мне было очень хреново несколько часов. Потом все заработало, и жизнь заново стала осмысленной.

После этих Серёгиных слов профессор не удержался и хмыкнул.

— Простите, Серж, это я о своем, — попытался извиниться профессор, — прошу вас, продолжайте.

— Ну, потом мы с напарником пошли на работу, там к нам сегодня еще двое из технологической элиты прилетали. Эти двое нас каким-то прибором измеряли. Потом уехали, а я, когда закончил работу, решил побегать, развеяться от утреннего кошмара, вот развеялся, опять ни хера не работает. И как мне дальше быть? Узнают, в лабораторию на исследование заберут, откуда мне знать, вернут меня обратно или вовсе на опыты отправят.

Профессор перевел всем присутствующим Серёгин рассказ, при упоминании о технологической элите народ охнул и опять возбужденно зашушукался.

— Сколько лет вы живете с этим роботом в голове? — спросил профессор.

— Как и все нормальные люди, с 2027 года.

— А вы уверены, что нормальные? Ох, Серж, простите мою несдержанность, я просто все больше и больше удивляюсь вашей персоне. Понимаете, — немного замявшись, продолжил профессор. — Все люди, которым был внедрен чип, при попытке вынуть его или как-то иначе самостоятельно отключить в течение нескольких часов сходили с ума, а вот вы, каким-то чудесным образом отключенный от системы с утра, так с ума и не сошли, да еще и под вечер к нам ухитрились прибежать. На людей не бросаетесь, на себе волосы не рвете, говорите, конечно, отвратительно, но это все из-за долгого отсутствия речевой практики.