Чтение онлайн

– Но лошадей в конюшню они не сдавали?

Айберделл покачала головой, заставив взметнуться свои свободные серебристые волосы.

– Кто-нибудь ещё снимал у тебя стойло с тех пор, как я отправился в Невервинтер?

– Сейчас середина зимы, - напомнила она.
– Путешественников мало, к сожалению. Кроме тебя и отряда Доннолы за последние двадцать дней у меня был всего один клиент.

– Вы будете держать меня в ожидании, прекрасная госпожа?

– Немногое способно доставить мне большее удовольствие, - ответила она на его флирт.

– А если я стану умолять?

– А варить ты будешь?
– лукаво спросила она, поскольку Айберделл не раз заставала Реджиса за работой с переносной алхимической лабораторией, которую он хранил в своей бездонной сумке.

– Масло дневного света?
– отозвался он, упомянув снадобье, которое готовил несколько раз. Если окунуть небольшой предмет в масло дневного света, тот начинал сиять, как яркий фонарь на срок, зависящий от качества ингредиентов. Более того, предмет не тускнел, пока не исчерпает весь заряд, и его можно было прикрыть простой тканью и держать в резерве.

– Ну, мне не слишком нравится брать в амбар факел или фонарь...

– Именно поэтому я и оставляю здесь Рамблбелли, - сказал Реджис.
– Ну, и из-за красоты конюха.

Она подмигнула ему.

– Ладно, масло дневного света, - согласился он.
– Большую партию, обещаю.

– Отлично. Единственный клиент, крупный мужчина. Был похож на северянина, с длинными золотистыми волосами. Сначала я решила, что он утгардец, но варваром он не был. Из Глубоководья, хорошо воспитан, в дорогой одежде, которую пытался скрыть под потрёпанным плащом.

– Имя.

– Да, уверена, имя у него было.

– Прошу вас, мадам — скажите мне.

– Бревиндон из дома Маргастер.

– С делами в Невервинтере?

– Не думаю, что он входил в город. Нет, всего несколько дней назад он отправился на север.

Реджис кивнул, затем взял тонкую руку Айберделл и нежно поцеловал её.

– Могу я уговорить вас на обед? После того, как навещу Рамблбелли, конечно.

– И после того, как сваришь мне масло дневного света?

Он кивнул.

– И смоешь с себя вонь после работы?
– спросила она, широко улыбнувшись.
– Если не хочешь обедать в сарае, конечно же.

– Я обедал в местах и похуже, уверяю вас.

– Почему ты считаешь, что меня это удивит?
– спросила Айберделл и исчезла в недрах дома.

Реджис на несколько секунд задумался, почему он всегда улыбается после встречи с Айберделл. Что за ценное — и очаровательное — дополнение к сети дома Тополино.

Но пошёл он не к своему пони, а прямиком в сарай, где достал из волшебной сумки мешок с колбами, змеевиками, хитро сложенным столом, весами, мерными ложками и крупной шкатулкой с порошками и травами. Ему не потребовалось много времени, чтобы собрать свою переносную алхимическую лабораторию. Реджис практически сразу приступил к варке, на одном краю стола готовя масло дневного света, а на другом принявшись варить куда более сложную и требующую больше времени на приготовление субстанцию.

И даже пока варились эти зелья, умелый полурослик вплотную взялся за работу над снадобьем собственного изобретения, которое он назвал кишкобоем. Зелье фактически усиливало действие любой выпивки до уровня знаменитого дварфийского кишкодёра — но без мерзкого вкуса последнего.

Использование кишкобоя в сочетании с фиолетовым зельем — волшебным чудом, позволяющим ему читать мысли того, с кем он разговаривал — оказалось весьма эффективным.

К тому времени, как Айберделл вошла в сарай с его, и, что удивительно — её ужином, все зелья, кроме фиолетового, были готовы. Они разделили трапезу и приятный разговор, углубившийся в тему алхимии, когда Реджис встал, наполовину прикончив свою порцию, чтобы добавить в фиолетовое зелье розоватый порошок.

– Дай угадаю, - сказала эльфийка.
– Любовное зелье, из-за которого я буду падать в обморок всякий раз, как тебя вижу, чтобы ты мог этим воспользоваться.

– Милая госпожа!
– драматично воскликнул Реджис.
– Прекрасная госпожа, вы должны знать, что я женат на леди Донноле. Увы, если бы мы встретились раньше...

– Я хочу сказать, что ты выторгуешь лучшую сделку, пока я буду хихикать и хлопать глазами - засмеявшись, сказала Айберделл, и Реджис засмеялся тоже.

Он вернулся и присел на сено рядом с эльфийкой.

– Я не стал бы пользоваться преимуществом над вами, друг мой, - серьёзно сказал он.

– Я бы тебе не позволила, - подмигнув, отозвалась девушка.
– Но другие? Что может сделать Реджис с тем, кого считает не таким очаровательным?

– О, разумеется, я заставлю некоторых слепых глупцов рассказать мне то, о чём они должны молчать.

– Если бы ты не мог такого провернуть, я бы в тебе разочаровалась.

Реджис с любопытством взглянул на собеседницу.

– Я же часть вашей банды, да? Твой успех — мой успех, и скорее всего — моя безопасность, - сказала та.

Эти слова до глубины души поразили Реджиса, вызвав в нём новое уважение к этой эльфийской женщине и напомнив, что у его действий есть последствия, касающиеся не только его шкуры.

– Ты действительно часть нашей банды. Очень важная часть, миледи, - он был рад увидеть, как она покраснела от его слов.
– Это не любовное зелье. Оно позволяет мне читать чужие мысли и видеть правду за чужими словами. У меня достаточно ингредиентов на несколько порций. Я оставлю тебе немного.

– На случай, если Бревиндон Маргастер вернётся?

– Да, и просто на твои нужды, - сказал ей Реджис.
– И если ты когда-нибудь посчитаешь нужным использовать его на мне, то найдёшь лишь дружбу за моей улыбкой.

– Зачем мне тратить такое ценное зелье на то, что я и так уже знаю?
– спросила она.

Этой ночью в общем зале таверны «Плавник» было шумно и полным-полно разодетых дворян из Невервинтера и Глубоководья, а также немало шумных дварфов во главе с Бронкином Каменной Шахтой, который взобрался на стол и распевал песню о возвращении своего клана в великую крепость Терновый Оплот.

Сразу за дверью обвалившейся башни, где располагалось заведение, Реджис остановился и прислушался, пытаясь услышать какие-нибудь намёки в этой песне, но увы — она звучала точно так же, как и любая другая дварфийская баллада, полная тёмных, холодных залов, твёрдого камня, убийства гоблинов и сверкающих драгоценных камней. Когда Бронкин, к которому присоединились остальные, затянул второй куплет, юркий полурослик проскользнул в дверь.

На Реджиса устремилось множество взглядов — неудивительно, учитывая его берет и одежду, а также оружие — и на несколько мгновений таверна затихла, но шум сразу же возобновился.