Чтение онлайн

— Вперед! — отдаю команду нашему небольшому отряду, и танк Ло, вскапывая гусеницами грунт, устремляется вниз с холма. Наш с Шелой броневик тоже на месте не стоит. Продолжая вести огонь, мы начинаем быстро сокращать дистанцию. Задача у нас предельно понятная — зажать глав коалиции в огневом мешке и не дать им сбежать, а заодно максимально их деморализовать, чтобы были сговорчивее. Естественно, при этом неплохо бы ещё и не позволить многочисленным войскам противника нас уничтожить.

Враг начинает оправляться от шока, и делает это как-то подозрительно быстро. Пока не происходит ничего по-настоящему критичного, но в нас уже стреляют с разных сторон. Впрочем, этот огонь выглядит хаотичным и почти неприцельным, однако дистанция быстро сокращается, и в бой вступают всё новые подразделения противника.

Вдобавок к этому выясняется, что не все танки бритов уничтожены. Два из них оказались для нас в мертвой зоне, скрывшись за корпусами подбитых машин, а теперь немного проехали вперед, развернули башни и отработали по нам из пушек. Попадание, правда, только одно, но пять процентов ресурса щита танку Ло оно сносит.

Пока я отвлекаюсь на уничтожение одного из танков противника, второй успевает выстрелить по нашему броневику из пушки кибов. Это намного опаснее, чем попадание из земного танкового орудия, но Шела активно маневрирует, и стрелок бритов промахивается, а второго шанса Ло ему уже не дает. Модифицированный снаряд пробивает защитное поле и врезается в лобовую бронеплиту башни. Пробития нет, но удар настолько силен, что башню срывает с погона и отбрасывает в сторону.

Это был последний танк бритов. Нам очень повезло, что мы застали их врасплох, иначе с ними пришлось бы долго возиться, и они почти наверняка смогли бы связать нас боем, дав лидерам вражеской коалиции шанс сбежать.

Несмотря на творившийся вокруг ад, Генрих Пятнадцатый быстро понял, что непосредственно по трибуне неизвестный противник не стреляет. Взрывы звучали впереди, справа и слева. Иногда снаряды били и в городскую стену позади трибуны. Везде, куда доставал взгляд, гибли его люди вместе с солдатами союзников, однако убить его самого и остальных лидеров коалиции никто пока не пытался.

Генрих бросил взгляд на лорда Уилсона и Сигизмунда Четвертого. Оба явно находились в шоке и не знали, что предпринять. Телохранители сгрудились вокруг них, прикрыв своих господ силовыми щитами, и ждали приказов, которые им никто не отдавал. Князя Михая вообще видно не было. Судя по всему, он спрятался под столом.

— Ваше величество, нужно срочно уходить! — Перекрикивая грохот взрывов, прокричал в ухо Генриху начальник личной охраны.

— Куда?! — зарычал в ответ король. — Гаяз, ты что, не видишь, что творится? Трибуна — единственное относительно безопасное место, куда враг почему-то не стреляет. Если попробуем уйти — немедленно попадем под огонь.

— У нас хорошие щиты, мы вас прикроем!

— Уверен, что это поможет? — всё больше разъярялся Генрих. — Видел, что стало с танками?! Ты хоть понимаешь, кто нас атакует?

— Это бронегруппа барона Белова! — неожиданно вынырнул из-под стола князь Михай, прокричав это сообщение срывающимся голосом. — Он связался со мной через мой конструкт. Требует на связь Вас, ваше величество, или его величество Сигизмунда Четвертого.

— Да пошел он… — с ненавистью глядя на две плюющиеся огнем и быстро приближающиеся боевые машины противника, ответил Генрих. — Гаяз, их так мало, а у нас тут целая армия. Даю тебе любые полномочия. Сделай так, чтобы они сдохли, и станешь бароном. А если захватишь Белова живым, будешь графом, слово короля!

Сопротивление быстро нарастает. Мы лезем в самый гадючник, и на флангах у нас уже войска противника. Быстрее всех реагируют франки. Они явно были готовы к бою, но не знали, откуда последует нападение, поэтому фактор неожиданности всё-таки в какой-то мере сработал. Тем не менее они уже вступили в бой, причем достаточно организованно. Вектор нашего движения понятен, и минометчики противника пытаются ставить перед нами огневую завесу. Приходится маневрировать, поскольку принимать тяжелые мины на силовой щит не слишком разумно — его ресурс не беспределен. И всё же защита постепенно проседает — близкие взрывы и осколки делают свое дело.

Стреляют в нас и из безоткатных орудий. Они сейчас наиболее опасны, и нам приходится отвлекаться на их уничтожение. Опять же, получается это не всегда, поскольку нужно постоянно поддерживать заградительный огонь вокруг трибуны с лидерами вражеской коалиции, чтобы у них даже мыслей не возникало попробовать сбежать.

— Сергей, есть связь! — докладывает Тапар. — Мне удалось установить контакт с конструктом князя Михая.

— Он ничего не решает. Мне нужен Генрих или Сигизмунд!

— Понял, сейчас скажу ему, чтобы обеспечил связь с ними.

— Ло, справа группа морфов, — предупреждает Кан. — У троих боевые жезлы среднего ранга.

— Займусь! — Предупреждаю десантницу и разворачиваю башню к новой цели.

Выпущенного очередью десятка обычных осколочных снарядов хватает, чтобы отбить у противника всякую охоту геройствовать. Добивать вражеских морфов времени нет — нужно двигаться к основной цели.

— Что там Михай? — тороплю Тапара.

— Мямлит какую-то ерунду, — отвечает Тайкун. — Явно тянет время.

— Сергей, ресурс щита семьдесят процентов, — предупреждает Шела.

— У меня шестьдесят пять, — докладывает Ло.

— Ладно, сейчас мы их поторопим, — доворачиваю башню и прохожусь по трибуне щедрой очередью из пулемета, а потом добавляю и пяток снарядов из автоматической пушки. Стандартных, не модифицированных.

Гаяз понимал, что действовать нужно быстро, а значит, использовать регулярные войска у него не получится. Впрочем, армейские подразделения и так уже делали всё, что могли. Силовые поля бронемашин Белова постоянно вспыхивали от попаданий, но пока уверенно держали удары. Тем не менее, каждое такое попадание снижало их ресурс, а Гаяз хорошо знал, что бесконечным он быть не может. Ему следовало срочно помочь артиллеристам и минометчикам, и он знал, как это сделать. Задействовав кольцо связи, Гаяз быстро собрал вокруг себя уцелевших подчиненных — своих бойцов и морфов, изъятых ранним утром из армейских частей по приказу короля.

— Вьен, ты мастер создания призраков, — начал постановку задачи Гаяз. — Возьмешь Жаме и Лавуана, они обеспечат маскировку. Выдвинешься вон к той одинокой иве и создашь иллюзию группы морфов с боевыми жезлами, собирающейся атаковать танк противника с фланга. Я знаю, ты умеешь создавать фантомы, которые не отличит от реальности никакой сканер. Выложись по полной, иначе нам всем крышка.

— Сделаем, герр оберст, — Вьен махнул рукой двоим подчиненным и пригнувшись бегом бросился в указанном Гаязом направлении.

— Остальные со мной, — коротко приказал начальник личной охраны короля, направившись в сторону, противоположную той, куда ушла группа Вьена. — Вебер, Кляйн, Шварц, на вас полог скрытности. Делайте что хотите, хоть три сферы ставьте, одну поверх другой, но мы должны подобраться к врагу как можно ближе. Демир, разбейся в лепешку, но сведи с ума их сканеры. У нас только один шанс, и мы не должны его упустить.

Оставшиеся пятеро были боевыми морфами, и Гаяз разбил их на две группы, стараясь, чтобы в каждой оказались обладатели жезлов, использующих разные стихии. Сам он сжимал в руке конструкт, способный создавать поток инфернального пламени. Увы, для его эффективного применения требовалась дистанция не более трехсот метров, но Гаяз надеялся, что фантомы Вьена смогут в достаточной степени отвлечь противника, и позволят им подобраться к его технике достаточно близко.