Чтение онлайн

В 1859 году граф Игнатьев был послан в Пекин, где возникли недоразумения из-за отказа китайского правительства признавать Айгунский договор. В Китае он вновь проявил высокие дипломатические способности. Сначала для достижения соглашения граф применил силовой метод, предъявив китайскому правительству ультиматум. Когда это не подействовало, Николай Павлович решил действовать более искусно, используя потенциал других государств. Отправляясь якобы в Россию, он, вопреки распоряжению богдыхана, требовавшего возвращения русского посла через Монголию, пробрался к океанскому побережью. При этом Игнатьев смог пройти через расположение всей китайской армии! Добравшись до побережья Тихого океана, Игнатьев вступил в контакт с русской эскадрой в Тихом океане. Затем, выступив в качестве посредника, он искусно воспользовался ходом переговоров между китайцами и англо-французами, оказав при этом услуги и тем, и другим. Китайское правительство в знак признательности за быстрое удаление союзнических войск из страны заключило и немедленно ратифицировало 2 ноября 1860 г. Пекинский договор, по которому Россия получила левый берег по рекам Амура и Уссури. За столь успешную миссию граф был награжден в 1861 г. званием генерал-адъютанта. Кроме того, за свои неординарные способности он был назначен директором Азиатского департамента Министерства иностранных дел. Николаю Павловичу было всего 29 лет.

На своем посту граф Игнатьев выступал за активную внешнюю политику России на Востоке, что встречало противодействие министра иностранных дел князя Горчакова, считавшего главным европейское направление внешней политики. В 1864-м Николай Павлович Игнатьев был назначен Чрезвычайным и Полномочным Послом в Турцию.

Николай Павлович Игнатьев, не обращавший внимания даже на свежесть собственного военного мундира, считал необходимым, чтобы поднять престиж России, выстроить для посольства дворец. России, мыслит он, нужны проливы, нужен, как когда-то Олегу, "щит на вратах Царьграда"... Это человек кипучей энергии, большого дипломатического ума, страстной убежденности в своих целях. Он с редкостным упорством и темпераментом пытался, несмотря на сопротивление западных держав, с одной стороны, и министра иностранных дел князя Горчакова, поддержанного самим царем, - с другой, обеспечить полную самостоятельность русской политики на Босфоре, в Герцеговине и Болгарии, укрепить роль России как крупной европейской державы. Им оставлены интереснейшие докладные записки, заключающие в себе ряд весьма поучительных мыслей и советов, касающихся дипломатической деятельности. Игнатьеву принадлежит формула: "Выход из внутреннего моря, каковым представляется для нас Черное море, не может быть приравнен к праву входа в него судов неприбрежных государств". На своей службе Игнатьев пускал в ход довольно необычные для других дипломатов уловки.

В это время все балканские страны были буквально наэлектризованы. Назревал балканский кризис, который начался восстанием 1875 года в Боснии и Герцеговине, за ним последовала сербо-турецкая война. Болгария к тому времени тоже была охвачена национально-освободительной борьбой, которая вылилась в восстание болгарского народа в апреле 1876 года и затем в русско-турецкую войну 1877-1878 гг. Игнатьев прежде всего задумывался об интересах народа, а не о государственном престиже и стратегических планах. Именно граф Игнатьев заключил Сан-Стефанский мирный договор 1878 г.
– предварительный мирный договор, завершивший русско-турецкую войну. По этому договору Болгария становилась самостоятельным княжеством, хотя и зависимым от Турции (соглашение о суверенитете Болгарии Россия подпишет с турками только в 1909-м). Турция обещала установить в ряде балканских государств самоуправление, провести реформы, облегчающие положение христиан в Армении, передать России территории, отторгнутые по Парижскому мирному договору 1856 г., а также ряд важных городов в Закавказье, в том числе Карс, уничтожить все свои крепости и военные суда на Дунае, выплатить контрибуцию, отмечает праправнучка Николая Павловича Ольга Чевская.

И хотя условия договора были пересмотрены на Берлинском конгрессе 1878-го, граф Игнатьев вошел в историю как автор договора, завершившего освобождение Болгарии, и поэтому почитается в Болгарии как национальный герой, рассказала Калина Канева, болгарский журналист и историк, всю жизнь изучавшая жизнь и деятельность Николая Петровича Игнатьева.

Дальнейшая карьера дипломата продолжалась уже только в России. 1 марта 1881 г. и последовавшие за ним события сильно изменили судьбу Игнатьева. 6 марта Победоносцев, чье влияние на политику резко возросло, напомнил новому императору Александру III об Игнатьеве, обладавшем, с точки зрения Победоносцева, "доброй славой" в народе и имевшем "здоровые инстинкты и русскую душу". В действительности Победоносцев скептически относился к Игнатьеву, но лучших людей, по мнению обер-прокурора Синода, просто не было. К 12 марта Игнатьев уже подготовил программу нового царствования. Он занимал ряд высоких постов: член Государственного совета, министр государственных имуществ, министр внутренних дел. Многие историки склонны считать, что Игнатьев планировал стать министром иностранных дел. Он был глубоко обижен результатами Берлинского конгресса 1878 г. и теми обвинениями, которые возлагались на него в России за конечные итоги русско-турецкой войны. В ноябре 1881 г. в газетах "Новое время" и "Русь" появились большие статьи, в которых доказывалось, что развитие нигилизма в России есть прямое следствие невзятия Константинополя русскими войсками в 1878 г. Желание графа пересмотреть итоги Берлинского конгресса было широко известно, он и не скрывал этого. Многие современники опасались, что в случае возвращения к дипломатической деятельности "Игнатьев непременно вовлек бы нас в войну".

В 1883 был избран председателем Общества для содействия развитию русской промышленности и торговли; с 1888-го - председатель Славянского благотворительного общества. Благодаря стараниям Игнатьева в Болгарии появился пантеон погибших в битве при Шипке, отмечает болгарский историк Калина Канева...

В 1883 году Николай Павлович получил собственноручную записку Александра III: "Я пришел к убеждению, что вместе мы служить России не можем. Александр". Так бросались в России энергичными людьми в то самое время, когда Победоносцев, хватаясь за свою лысую голову, восклицал: "Людей нет!". Одни болгары не забыли Николая Павловича. Ежегодно русофильские партии в Болгарии посылали к нему тайных делегатов в его усадьбу Круподерницы Киевской губернии, и, как ни странно, король Фердинанд - личный его враг позволил "произвести" себя в цари в тот год, когда Николая Павловича не стало. В октябре 1902 г., будучи в Болгарии, где его именем - "Графа Игнатьева" - назвали в Софии улицу и школу, Николай Павлович сказал: "...Мой идеал был и есть свободная Болгария. Я мечтал об этом еще с 1862 г. и в душе я благодарен, что смог увидеть его осуществленным. Мое сердце принадлежит болгарам, и я желаю болгарскому народу процветания..."

Перу Николая Игнатьева принадлежит ряд известных научных работ: "Сравнение походов в Италию принца Евгения Савойского в 1706 г. и Бонапарта в 1800 г.", "Взгляд на постепенное изменение образа действий русских против турок" и другие. По словам праправнучки дипломата Ольги Чевской, деятельность Игнатьева в Болгарии не раскрыла полностью его талантов...

Сергей Юльевич Витте (17.6.1849-28.2.1915) родился в Тифлисе в семье крупного провинциального чиновника и получил типично дворянское, домашнее воспитание. В 1866-1870 годах Витте обучается на физико-математическом факультете Новороссийского университета. Не сделав карьеры в научно-педагогическом мире, он поступает на службу в управление государственной Одесской железной дороги. В 1880 году С.Ю. Витте стал начальником эксплуатации Юго-Западной железной дороги, а затем и управляющим этими дорогами. В данный период он заключил ряд выгодных соглашений с правлениями австрийской, германской, румынской пограничных железных дорог, за что был награжден орденом Прусской Короны. Получив отставку с государственной службы, Витте успешно работал в частных компаниях, что способствовало его формированию как чиновника и финансиста. В мае 1889 года он был назначен директором департамента железных дорог при министерстве финансов. Хорошее отношение Александра III помогло ему быстро выдвинуться на высокие правительственные посты. В 1892 году С.Ю. Витте уже министр финансов и оказывает большое влияние на внутреннюю и внешнюю политику русского правительства. Он содействовал развитию капитализма в России и пытался сочетать этот процесс с укреплением царской монархии. Министру финансов неоднократно приходилось вести переговоры с иностранными представителями, заключать важные договоры и соглашения.

С.Ю. Витте во многом определял внешнеэкономическую политику страны. Его слово на межведомственных совещаниях, обсуждающих вопросы внешней политики, было достаточно веским, поскольку исполнение решений нередко зависело от возможностей казны. По инициативе министра было ускорено строительство Сибирской железнодорожной магистрали, имевшей ключевое значение в расширении влияния России в дальневосточном регионе. Он также стремился привлечь иностранный капитал в страну, что облегчалось протекционистским тарифом 1891 года и политическим сближением с Францией. С.Ю. Витте сумел обеспечить принятие выгодных для России таможенных тарифов в торговле с Германией и Австро-Венгрией. Он видел возрастание угрозы со стороны германской империи и прилагал усилия, чтобы улучшить взаимоотношения между двумя странами.

Для С.Ю. Витте приоритетным было дальневосточное направление внешней политики. Он стремился экономическими средствами добиться преобладания России в регионе и выступал за сближение с Китаем. Осознавая опасность со стороны Японии, министр финансов призывал МИД и императора не допустить приобретения империей микадо владений на материке. Он сумел убедить царя добиваться сохранения статус-кво в Китае. Витте организовал русско-французский заем Пекину для выплаты контрибуции Японии. В 1896 году он вел переговоры с Ли Хунчжаном и обеспечил успех при подписании русско-китайского оборонительного союза. В ходе визита Ли Хунчжана в Москву было также заключено соглашение о строительстве КВЖД на территории Маньжурии. В то же время Витте считал необходимым уладить отношения и с Японией, так как Россия еще не была готова к военному конфликту на Дальнем Востоке. Он резко выступал против захвата Порт-Артура, считая, что это вызовет негативную реакцию как со стороны китайского правительства, так и Японии и осложнит отношения с другими державами, проводящими политику экспансии в Китае. Николай II не прислушался к его советам, и вскоре разразилась русско-японская война, закончившаяся для России крайне неудачно.

Тем временем резкие расхождения с Николаем II и безобразовцами привели к отставке Витте с поста министра финансов. В августе 1903 года он был назначен на пост председателя Кабинета министров, и его реальное влияние на деятельность правительства существенно уменьшилось.

15 июля 1904 г. под руководством Витте подписана таможенная конвенция с Германией, действовавшая 12 лет. Витте добился размещения российских займов в Германии. На переговорах немецкие дипломаты отмечали: “Переговоры с русскими идут очень трудно, русские проявляют упорство и хорошую осведомленность, по широте взглядов превосходят многих уважаемых немецких сотрудников”.

После поражения в русско-японской войне 1904-05 гг. Витте возглавлял делегацию, подписавшую Портсмутский мирный договор 1905 г. с Японией. Витте добился отклонения ряда унизительных для России требований и смог уменьшить негативные последствия тяжелейшего военного поражения. Мир в Портсмуте был заключен при посредничестве американского президента Т. Рузвельта (он потребовал от Германии и Франции не выступать на стороне России против Японии. Его усилия по урегулированию конфликта увенчались Нобелевской премией мира 1906 г.).

Портсмутский мирный договор – звездный час Витте-дипломата. Переговоры начались 27 июля 1905 года. Витте оригинально провел переговоры, чем вызвал недовольство профессиональных дипломатов:

– легко пошел на уступки в обсуждавшихся в начале переговоров второстепенных вопросах, не представлявших жизненную важность для интересов России (не стал пользоваться пустячной ошибкой в полномочиях японских дипломатов, пошел на частичные уступки в процедурных вопросах и т.п.), что дало ему возможность проявлять твердость и требовать уступок от японцев по основным пунктам;