Чтение онлайн

Чуть позже зашел Рональд Кеннеди и очень обрадовался, узнав, что Джули собирается установить телефон.

— Отлично! Значит, я могу позвонить вам, когда мне захочется.

— Только не в рабочие часы, — со смехом предупредила Джули.

Рональд неодобрительно покачал головой:

— Рабочие часы! Можно подумать, вы продавщица или кто-то в этом роде. Хотите сказать, если на вас нашло вдохновение и слова так и льются, вы бросите работу только потому, что часы показывают шесть?

— Конечно нет. Но я пришла к выводу, что минуты настоящего вдохновения очень редки. И если в конце концов я нахожу слова, лучше всего выражающие мысли и чувства моих героев, то, поработав над сюжетом и темой в течение шести часов, я имею право на отдых, не говоря уж о смене занятий.

— Это потому, что вы заставляете себя работать.

Но Джули покачала головой:

— Чтобы писать, нужны мозг, руки и сердце. Не меньше.

Рональд рассмеялся:

— Знаете, мне трудно представить вас писательницей. Вы такая практичная натура.

— Правда? Сегодня вы второй человек, который мне это говорит. Будто нельзя писать и быть практичной.

Выражение лица Рональда изменилось.

— И кто же этот первый? Я его знаю?

Джули вздохнула:

— Скотт Монро.

— А-а… Значит, он по-прежнему к вам заглядывает. Вам достанется от Валери.

Щеки Джули вспыхнули.

— Не надо говорить о том, чего нет. Он принес мне анкету на получение дотации на благоустройство жилья, вот и все.

— Вы уверены?

— Конечно!

Рональд усмехнулся и обнял ее за плечи:

— Ладно, не сердитесь. Мужчина имеет право ревновать, не так ли?

— Не говорите глупостей, Рон. — Джули мягко отстранилась, позволив его руке долю секунды полежать на ее плече. Она не хотела, чтобы у него создалось впечатление, что он ей неприятен, но она чувствовала себя слишком усталой даже для невинного флирта.

Но Рональд все равно обиделся:

— В чем дело? Я вас не съем.

— Простите. Просто я очень устала.

— Еще бы. Не хотите устроить себе выходной? Настоящий выходной. Работая по семь дней в неделю, вы совершенно изнуряете себя. Кроме того, писатель не должен жить в уединении. Ему надо выходить в свет, встречаться с людьми, чтобы всегда иметь материал для работы.

Джули улыбнулась:

— Выход в свет может быть отличным оправданием, чтобы не работать. Сейчас у меня достаточно материала вот здесь. — Она коснулась своей головы. — Но вы правы, мне действительно надо время от времени устраивать себе выходные. В понедельник я поеду в город. Хочу договориться в почтовом управлении насчет телефона.

— Хорошо, давайте тогда пообедаем вместе или, еще лучше, поужинаем, — предложил Рон с обворожительной улыбкой.

Джули поблагодарила его. Если бы не Скотт Монро, она, пожалуй, могла бы полюбить его. Но в ее мыслях постоянно присутствовал Скотт, Скотт стоял у нее перед глазами. Он был более яркой личностью, чем Рональд, возможно потому, что в нем было больше твердости, внутренней силы.

Джули понравился день, проведенный в городе. Рыночные прилавки были завалены весенними цветами: первыми нарциссами, цинерариями всевозможных окрасок — темно-алых, белых с красной каемкой, голубых, розовых с белыми сердцевинками, вазами с алыми и желтыми крокусами и гордыми цикламенами. Было бы неплохо обзавестись оранжереей, когда появятся деньги, подумала Джули. Выращивать красивые цветы в горшках, цветы для сада…

Чтобы почитать за обедом, она купила местную газету и на второй странице обнаружила статью Рона, о которой говорил Скотт. Сначала она показалась Джули довольно разумной, но потом девушка вынуждена была согласиться со Скоттом — «напыщенная и бессмысленная». В статье Рона довольно красиво, но в самых общих словах рассказывалось о каком-то местном поэте, жившем в XVIII веке. В этот день исполнялось двести лет со дня его рождения. И Джули подумала: актуальность темы и привязка к месту — единственное, что способствовало появлению этой статьи. Она надеялась, что Рон не станет спрашивать ее мнения.

Договорившись об установке телефона, Джули заглянула в большой антикварный магазин. Она с интересом разглядывала красивые фарфоровые вещички, когда почувствовала, что кто-то задел ее.

Она оглянулась и увидела Валери Андерсон. Джули поздоровалась с ней. Валери не ответила и уставилась на нее с такой враждебностью, словно она была ее личным врагом. Джули повернулась, чтобы уйти, и тут Валери нарушила молчание:

— Вы девушка из старого коттеджа?

— Верно. Меня зовут Джули Саймондс.

Валери осмотрела ее с ног до головы — от прошлогоднего твидового пальто до перчаток и «практичных» туфель.

— Ах да, Саймондс. — рассеянно пробормотала Валери. — Я слышала о вас от моего жениха.

— Мы пару раз встречались, — напомнила Джули.

— Правда? Не припоминаю. Я знаю, Скотт, то есть мистер Монро, пытается вам помочь. Ему вас жалко. Он очень добрый, всегда помогает хромым собакам и всяким несчастным. Не все это ценят, конечно.

Джули было неприятно, что ее сравнивают с хромой собакой и всякими несчастными, и она внутренне поморщилась, представив, что Скотт видит в ней какое-то жалкое создание. Но не ответить на вызов она не могла.

— Уверяю вас, мисс Андерсон, я одна из тех, кто ценит его помощь, очень ценит.

— Не сомневаюсь в этом, — процедила Валери. — Беда лишь в том, что такой девушке, как вы, легко неправильно истолковать его интерес. Скотт может быть таким обворожительным и таким заботливым… Но он не понимает, какой разрушительный эффект это способно оказать на впечатлительные натуры. Он будет очень смущен, если ему придется… Впрочем, я уверена, вы девушка благоразумная.

Это было уже слишком.

Джули поняла, что больше не желает ничего слышать.

— Не волнуйтесь, мисс Андерсон. По крайней мере, из-за меня. Я и не думала смущать мистера Монро. Как и любого другого мужчину, — добавила она и быстро ушла.

Значит, Скотт действительно помолвлен с Валери. Джули трудно было в это поверить, но она сказала себе, что должна смириться. Возможно, у Валери есть какие-то скрытые достоинства — за что-то ведь Скотт ее полюбил? Может, Валери и права, что предупредила ее. Скотт умел быть обворожительным, и это могло иметь губительные последствия для женщины. Он был настоящим мужчиной, такого будет уважать любая женщина, восхищаться им, благоговеть перед ним, страстно любить.