Чтение онлайн

– До трусов…– вставила девушка.

– Почему?– грустно смотря на нее, спросил парень на стуле.

– Я так хочу!– капризно сказала девушка. Парень согласно закивал.

– А ты уверен, что это детская игра?– спросил высокий рослый, похожий на медведя брюнет.

– Конечно, я же тамадой на детских праздниках работал!

– А можно я буду судьей?– заверещал парень с пирсингом в брови.

– Ладно,– снисходительно сказал парень, слезая со стула,– я тоже буду играть!

– Ты опоздал, слишком поздно…

Он поспешно отошел от двери в гостиную, в которую кинулся Ярик.

– Мать твою за ногу!– выругался парень, смотря на бабушку в халате, спящую с бутылкой коньяка, скопище полуголых лежащих на полу мужчин и одетую Аньку в обнимку с одним из них,– Вот…херня.

…Наши дни…

К тому времени как ребята закончили свой рассказ о том, что было вчера, я сидела за столом схватившись руками за голову и совсем не потому, что мне было жутко плохо или потому что меня мучало жесткое похмелье, нет, я задумалась о вечном.

– Что, стыдно тебе за свои 'ночные похождения'?– спросил Сэнсей таким тоном, будто сам вчера всю ночь тихо спал, пуская слюни на подушку и обнимая игрушечного Тэдди, пока я нехорошая отрывалась. Сразу захотелось напомнить, кто с балкона ящик коньяка притащил. Ярик тоже с интересом смотрел на меня, подперев щеку рукой. Всем своим видом парни показывали, что они ждут, что я вот-вот раскаюсь, исповедаюсь во всех своих грехах и убегу в туалет оплакивать запятнанную репутацию и утерянную честь, нет, не физиологическую.

Но я лишь с усмешкой посмотрела на друзей и вопросительно приподняла брови:

– Мне? За что?

Сэнсей подавился.

– Ну…как…– не нашелся ненаглядный дружок с ответом,– А что тогда сидишь голову повесив?

– Да вот думаю…Как его все-таки звали Саша или Миша?

Парни возмущенно засопели. Ну как девы целомудренные, честное пионерское. Ну не стыдно мне, правильно говорят стыдно, когда видно, а я между прочим, одна, не считая Надежды Сергеевны, вчера, точнее сегодня, не разделась, так что сами пусть стыдятся и краснеют. Я же ничего такого криминального не делала! Пила… пили все, тем более начала совсем не я! Целовалась… Если бы там была не одна девушка, то бишь я, и опять соседка не в счет, резвились бы все, готова поспорить.

Так что, зачем мучить себя понапрасну, рефлектировать, я шикарна, а эти 'монахи' пусть обламываются.

И я, не обращая внимания на тарахтение бухтящих пенсионеров, хотя после сегодняшней ночи и выкрутасов Надежды Сергевны у меня язык не повернется назвать всех старичков бухтящими и занудными. Увольте! Так вот, я спокойно пила чай, не замечая укоризненных взглядов 'монахов'. К чертям их!

– Ну и шо замавшали?– прошамкала я, наслаждаясь воистину божественным вкусом результата кулинарного таланта Ярика. На лице было блаженная улыбка. О этот вкус завораживает и убивает мою волю! После таких блинов я согласна отдаться ему в вечное рабство, лишь бы кормил, кулинар непризнанный!

>Ярик посмотрел на меня и, видимо, впечатлился умиротворением и довольством на моем лице, так как закрыл руками глаза и тихо засмеялся.

– Анна, вы неподражаемы!

Я скромно потупила взор и легонько пожала плечами. Отрицать не буду, себя я люблю, холю, лелею и уважаю.

– Я знаю, я– совершенство.

Не знаю, чем эта фраза вызвала у парней взрыв смеха, но видимо когда мы вместе мы только и делаем что смеемся, видимо это все смесь наших ферамонов дает такую реакцию. Эх, почему не учила я химию в школе…или это биология?

Мы сидели за столом и пили чаек с печенюшками. Эти скоты заставили меня поднять свой царский зад и топать за печеньем до ближайшего шкафчика. Чем вызвали мое бурное недовольство и получили по подзатыльнику. Ничего, будут знать, как заставлять даму напрягаться!

– Ань, ну ты же хозяюшка, ты должна быть гостеприимной и заботится о гостях!– попытался наставить меня на путь истинный Сэнсей.

– Вот именно, я хозяйка квартиры, а не карлик подневольный! Если тебе так хочется гостеприимства, сам и организовывай, хозяюшка, блин!– бурчала я, но печенье притащила.

Все сразу накинулись на угощенье, и на время наступила идиллия.

Я набивала рот печенюхами, парни уже наелись и теперь просто болтали о всякой своей, мужицкой ерунде. Я их с любопытством рассматривала. Надо же, как различаются, светловолосый кареглазый Ярик с мягкой, но какой-то, задорной что ли, внешностью, сидит, мило улыбается, что-то рассказывает, оживленно жестикулируя, и играя лицом, актер, ни дать ни взять.

И Сэнсей весь такой черноволосый голубоглазый, темный эльф. Вспомнилось мне, давнее увлечение фэнтези. Серьезно что-то кивает и залечивает Ярику. С виду серьезный, а в компании друзей дите дитем. Я умильно заулыбалаnbsp;-Да, к вам…

сь как мамочка со стажем. Какой-то я сентиментальной становлюсь, облондиниваюсь, виnbsp;

&димо.

Взгляд метнулся к хромированному блестящему чайнику, в котором отражалась я.

Мда… я и ванильная блонди, похоже это все карма. Повнимательнее рассмотрела искаженное чайником свое отражение, которое выглядело как клякса. Как я дожила до жизни такой?

Нет, я похорошела, точнее, просто стала женственнее и милее, но это не я. Я– это девчонка с темными всегда взъерошенными волосами и ненакрашенным фэйсом, хотя этот вариант мне тоже нравится, да и не только мне. Блонди за день себе столько поклонников нарыла, сколько Аньке даже не снилось.

Я еще раз взглянула на кляксо-амебу и поднялась со стула. А что рассиживаться? Если я с собой такое вот сотворила, надо хоть оправдать, так сказать, затраты. Надо себе парня искать, пока ради этого лицо подтягивать не пришлось, а то годы летят, а я все философствую.

– Так, господа,– я хлопнула руками по столу,– руки в ноги и по домам.

Парни отвлеклись от своего супермегаважного разговора и уставились на меня.

– Что?– спросил Сэнсей.

– По домам, говорю.

– Меня тоже выгонишь?– спросил друг недовольно.

Я сделала вид, что раздумываю.

– Нууу, ты здесь живешь. Так что выгнать тебя, я думаю, будет проблематично.

– А меня?– спросил Ярик и сделал умильные глаза кота из Шрека. Чего это он?

Я задумчиво почесала качан. В принципе, он мне не мешает. К тому же эти блинчики… я его навеки!

– Ладно, ты тоже можешь остаться,– милостиво разрешила я,– Но ты тихо сидишь в его,– я показала пальцем на Сэнсея,– комнате.

– Всегда?

Я снова задумалась.

– Пока я тебя не позову. Все! Всем спасибо, всем свободны. Кыш в комнату!