Внук Чингиз КАНа
Шрифт:
Владислав познакомился с сестричками, и они уже наигрались, нарассказывали друг другу разные школьные истории. Наелись всяких всякостей, топтались по вагону туда-сюда, скакали на стоянках и ели мороженое в шоколадной глазури.
А спортсмены устали привлекать к себе внимание строптивых надменных попутчиц. Девушки держали марку института благородных девиц, только косили на парней взгляды, поправляли прически, гляделись в зеркальце и, улыбаясь, перешептывались.
У парней гитара переходила из рук в руки, расточая страстные любовные, лирические, блатовитые песни. Все напрасно. Девицы знакомиться не желали.
В пятое плацкартное купе зашла скучающая троица: Анечка, Ниночка и Влад. Сели рядом с папой Александром Ивановичем и стали разглядывать девушек.
Студентки сидели напротив и тоже с интересом рассматривали детей – ведь это будущий учебно-педагогический контингент все-таки.
«А вы правда будущие учительницы?», – спросила Анечка.
«Да, мы будущие учителя начальных классов», – с гордостью ответила студентка Анжела.
«Нет, вы не похожи на учительниц, вот у нас Галина Гавриловна – это да!» – как-то непонятно выразила свою эмоцию девочка.
«Только «Галина Гавриловна» говорить трудно и неприкольно, поэтому ее все Гаврилой Горилловной зовут: и быстро, и смешно», – пояснила свою позицию Анечка.
«А зачем вы учителям прозвища даете?» – с легким возмущением спросила Снежана.
Александр Иванович вступился: «Девушки, поверьте, у многих из ваших подруг будут прозвища, и вы сами дадите к этому повод». С этим утверждением Анжела и Снежана были не согласны, но предусмотрительно промолчали.
Десять пар глаз и ушей волейболистов следили за дискуссией студенток с детьми.
«А давайте лучше с вами поиграем, – предложила Анечка, – в нашу школьную игру для третьего класса».
«Конечно, конечно, давай сыграем», – не могла же будущая учительница Анжела Эдуардовна не согласиться, как раз это шанс показать над девочкой свое превосходство.
Ну что ж, сама полезла в капкан, который готовила ей эта безобидная на вид третьеклашка. Анечка расчертила на листке бумаги квадрат, который поделила на четыре части, нарисовала какие-то знаки и предупредила студентку, что тугодумы в эту игру не играют и надо быстро отвечать на детские вопросы. А вопросов всего четыре.
Анжела расслабилась, какие чудесные глазки у этой девочки, как старательно, высунув язычок, выводила она свои символы и рисунки. Анечка задавала вопросы, Анжела отвечала быстро, не задумываясь, а девочка в квадратике делала какие-то пометки: стрелочки, крестики, точки…
«Тест закончен», – улыбаясь, как лисенок, довольно заключила Анечка. У Ниночки тоже по-озорному блестели глазки.
«Какой тест? – удивилась Анжела. – Мы же играли».
«Нет, это был тест на дурость, – Анечка посмотрела в глаза испытуемой и заключила, – вы – полудура, но вам еще повезло, чаще полные дуры попадаются».
«Как это – полудура?» – мысленно с негодованием удивилась студентка, и ей совсем не льстило, что она не полная дура.
Ее подруга Снежана улыбалась, можно сказать, хихикала, хотя было видно, что она ничего не понимает. Парни-спортсмены тихонько посмеивались, ждали объяснений.
«Вот посмотрите, – начала рассуждать Анечка, – вопросов четыре, вы правильно ответили мне только на два, поэтому вы – дура наполовину».
«Объясни», – потребовали Анжела и Снежана.
Волейболисты предвкушали радостную месть.
«Здесь вы сказали, что электричка, мною нарисованная, движется вот в эту сторону – видите вашу стрелку?» – Аня превращалась в строгого экзаменатора.
«Так почему же в эту сторону ?»– потребовала ответ девочка.
«Потому что дым из трубы идет по законам физики – в сторону, противоположную движению», – выдохнув, отчиталась студентка.
«А вот и нет, у электрички нет трубы, как у паровоза, электричка стоит на месте. Так что минус один балл», – сурово оценила ответ Аня.
«А вот в этом вопросе я просила выбрать, в каком из трех мест вы похороните раненого солдата», – Аня продолжала разбор теста.
«Вот в этом, где крестик», – указала пальцем Анжела.
«А разве раненого солдата хоронят? Его в госпитале лечить надо, – Анечка вынесла вердикт. – Два неверных ответа из четырех, и вы – полудура».
Такое фиаско! Анжела на парней не смотрела, стыдно, надо же… так прилюдно вляпаться.
«Я в такие игры не играю, это у них в третьем классе мальчишки озорные, а мы во втором с девочками по-простому играем», – Ниночка смущенно опустила глазки, потом посмотрела на старшую сестрицу. Взгляд ее говорил: «Мне так стыдно за тебя…»
Вот уж действительно: две сестры – две планеты, такие разные.
«А вы как играете?» – тут включилась будущая Снежана Денисовна, маленькая второклассница не вызывала опасений.
«Это просто. Я вам буду рассказывать про какие-либо события, а вы меня для уточнения спрашивайте «А как?» – Ниночка вкратце разъяснила суть игры и попросила Снежану протянуть ладонь левой руки.
Напряглась в ожидании сестрица Анечка, напряглись в ожидании чуда юноши-спортсмены, они болели за эту маленькую девчушку.
«Шла по улице девочка», – начала игру Нина.
«А как?» – спросила Снежана.
«Вот так», – Нина двумя пальчиками левой руки изобразила шаги по ладошке студентки.
«Навстречу девочке шел мальчик», – продолжила школьница.
«А как?» – снова по правилам игры спросила Снежана.
«Вот так», – и Ниночка двумя пальчиками сделала привычные шаги по подставленной ладошке.
Снежана смотрела на эту девочку, которая играла спокойно, с кажущимся равнодушием, тем самым гипнотизируя жертву. Девушка еще не знала о том, что жертвой была она сама. Игра продолжалась, будет кульминация, будет развязка.
«Тут мальчик девочку поцеловал», – произнесла Нина.
«А как?» – поинтересовалась студентка.
«Вот так», – Нина громко чмокнула губами.
Все улыбнулись, надо же – детские эмоции, детские чувства.
«Девочка мальчику ответила», – скромно сообщила Нина.
«А как?» – привычно уточнила Снежана.
«А вот так!» – громко, звонко утвердила Ниночка и со всего размаха дала такого ляпаса по левой щеке Снежаны, что студентки, сидевшие рядом, ударились головами.
Звонкий смех двух сестриц залил пространство плацкартного вагона, смеялся Влад. Улыбались Хоттабыч и Александр Иванович, спортсмены держались за животики.