Чтение онлайн

– По крайней мере, ты мог сказать мне, в чем дело, – выпалила она и отбросила его руку.

– Сколько тебе было лет? Пятнадцать. Что же я должен был тебе сказать? Понимаешь, Лейни, говорят, что мы с тобой…

Даже сейчас он не договорил. Он терял голову, оттого что не знал, как себя вести. Мысленно выругавшись, он открыл дверцу и вышел из машины.

– Не обращай внимания.

Он успел пройти несколько шагов вперед по мосту, как вдруг услышал:

– Подожди.

Колли остановился и обернулся. Она сидела за рулем, красная от смущения.

– Си-Кей – просто знакомый, – поспешно сказала она.

Колли негромко фыркнул.

– Да-да, конечно.

– Он часто заходит в «Магнолию».

– К тебе.

Едва заметная улыбка Лейни была для Колли знаком согласия.

– Я провожу там почти все выходные.

Он не знал, содержался ли в ее словах какой-то намек.

И вдруг ему открылись ее истинные, глубинные намерения, и тогда у него перехватило дыхание.

– Лейни…

– Колли, месяц назад мне исполнилось восемнадцать. – Он хотел тут же что-то возразить, но Лейни остановила его, взглянув ему в глаза. Боже, она удивительна! – Какого еще возраста я должна достигнуть?

Голос плохо слушался Колли, когда он заговорил:

– Торн ненавидит меня.

– А я – нет. – Она уже не смотрела на него. Двигатель джипа опять заработал. – Но больше ты от меня этого не услышишь, если ничего не предпримешь.

– Нет, погоди, Лейни!..

Если она и услышала его отчаянный возглас, то не подала вида. Джип развернулся, уехал, и Колли остался один на мосту.

Он не спал эту ночь, и следующую, и следующую после следующей. Даже изнурительная работа в поле не помогала. Он все еще видел ее, видел, как она прильнула к тому мальчишке, как открылась ее загорелая шея, как ее грудь коснулась его руки.

Уиллис не представлял себе, какой опасности себя подвергал, когда обнимал Лейни. К ней не должен прикасаться ни один мужчина, кроме него, Колли. На месте Уиллиса должен был быть он. И она не отвергнет его. Она отдаст ему себя, целиком, без остатка. Все – ему.

Он обещал кое-что ее матери и сдержал слово. Но ведь Дебора сказала «когда-нибудь». Может, это «когда-нибудь» уже наступило? Если Лейни может гулять с другими, почему ей нельзя принадлежать ему?

Теперь он мог думать только о поездке в город и новой встрече с ней. Лишь два обстоятельства удерживали его на ферме: собственная неуверенность и посадки на плантации. В конце концов, после долгих лет ожидания он вступил в ту роль, для которой готовил его Дьявол. В результате болезни Торна на плечи Колли легли все обязанности управляющего, и он должен был находиться в полях от рассвета до заката, не имея свободной минуты.

Но одна мысль неотступно преследовала его: они с Лейни могут быть вместе.

Безумие. Она – дочь заботливых родителей Джона и Деборы Торн. Она надевает белое платьице и идет в воскресную школу, а потом возвращается в «Магнолию», гостиницу с вековой солидной репутацией.

Он – фактический сирота, внук Дьявола Ролинса.

И все же перед его глазами стояла картина: губы Лейни тянутся к его губам.

И бились в голове ее слова: «Если ничего не предпримешь…»

– Это ты, Лейни?

Джон показался на веранде. Десять дней он провел в постели, мучаясь от воспаления легких. Сейчас он был бледен, и седина на висках сделалась гораздо заметнее.

– Да, папа. Тебе уже лучше?

– Я в порядке. Доктор говорит, что мне уже можно выходить из дома. Я, наверное, позвоню Альберту и скажу, что на следующей неделе выйду на работу. Послушай, дочка, я очень люблю твою мать, но, если она еще раз вставит мне в рот градусник, я укушу ее за палец. – Он криво усмехнулся. – Я соскучился по запаху земли. Мне будет полезно попотеть. – Он облокотился на перила и устремил свой взор на двор. Как раз за домом Торнов находился тупик, которым заканчивалась Мартин-Холлоу-роуд. На деревьях уже появились молодые зеленые листья. – Кстати, звонил Уэй, приглашал тебя на карнавал. Я сказал ему, что ты сегодня утром осталась со мной и не пошла в церковь, так что тебе было бы полезно погулять. Он за тобой заедет.

Несколько секунд Лейни молчала, потом кивнула:

– Хорошо.

– Что такое? Тебе не хочется идти? – Отец был удивлен.

– Просто я задумалась.

– О чем?

Лейни заставила себя засмеяться.

– Ничего особенного. А ты вправду собрался на работу?

Мама незаметно подошла к ним сзади.

– Он думает, он здоров как бык, – улыбнулась она. – Не знаю, что ему не сидится дома. Или он считает, что Ролинс сунет ферму в карман и уедет за тридевять земель? Джон, никуда твоя любимая ферма не денется.

Джон сразу помрачнел.

– Ты даже не догадываешься, что может случиться.

Дебора отошла в сторону, видимо, не желая продолжать этот разговор, но вдруг остановилась, переменив решение.

– Давай говорить начистоту, – сказала она. – Если бы Альберт хотел поручить управление фермой Колли, он бы так и поступил. Но он не хуже тебя знает, что сейчас Колли со всем не справится. И конюшня, и полевые работы – одному человеку это не по силам.

– Я разбираюсь в людях, – мрачно возразил Торн. – Каждому хочется, чтобы на его земле хозяйничали его отпрыски. К тому же я старею, а Колли молод и силен, как сто чертей.

– Но у тебя есть опыт, а Колли слишком занят с лошадьми. Да он скорее всего и не захочет брать на себя новую обузу.

– Он хочет. У него аппетиты ого-го. Мне бы хотелось еще некоторое время не подпускать его к управлению фермой, если это только возможно. – Он сошел с веранды. – Мне надо пройтись. Лейни, солнышко, составишь компанию старику? Позволь мне хоть чуть-чуть побыть на месте тех парней, что крутятся возле тебя.

Лейни изобразила улыбку.

– Конечно, папа.

А что еще могла она сказать? Что ей плохо, оттого что она чуть ли не бросилась в объятия маленького колдуна, а он ее отверг? Что она уже не уверена, любит он ее или нет? Что она долгие годы жила в уверенности, что он ждет ее и тоскует по ней так же сильно, как и она по нему?

Нет, папа ее не поймет.

Колли Ролинс не гулял с девушками, в отличие от всех остальных неженатых обитателей Спрингса мужского пола моложе тридцати лет, которые по воскресеньям фланировали по центральной улице или околачивались поблизости от «Магнолии». До этого воскресенья он даже не знал, что такое времяпрепровождение является в Спрингсе обыкновенным.

Шли ежегодные празднества, посвященные фестивалю народной медицины. Этот фестиваль считался законной гордостью Городского клуба Индиан-Спрингс. Когда Колли появился в городе и смешался с толпой, никто не обратил на него особого внимания.

Ему не хотелось думать, зачем он оказался здесь. Он просто глазел по сторонам, стараясь держаться в тени домов и вековых деревьев, и размышлял, не стоит ли пройти немного дальше в сторону «Магнолии», откуда доносились звуки музыки.

В «Магнолию» нельзя, зато можно побродить поблизости.

«Если ничего не предпримешь», – сказала она. И что, скажите на милость, он должен предпринять?

А Лейни стояла под навесом возле «Магнолии». Празднество было в разгаре. Оркестр «блюграс» [5] наяривал «Дядю Пена». На длинных столах под деревьями стояли тарелки с нарезанным арбузом и бокалами лимонада. Люди веселились от души, а Лейни чувствовала себя такой одинокой, что ей хотелось плакать.