Внутреннии? огонь
Шрифт:
– Да ну тебя! Я вот в Германии познакомился с хорошей девушкой, ей 15 и ее зовут Изольда…
– А ты видимо Тристаном[2] представился?!
– Я Ником назвался, так она называла меня Клаус! Клаус!!!
– Ой, забавно, можно и я тебя буду так звать, Клауси-мауси?
– Не смей! – брат в шутку полез ко мне драться и мы затеяли небольшую потасовку.
Именно в момент, когда Ник сидел на мне верхом и пытался все-таки дать мне в глаз, в дверях показалась чета Лавлесс.
Мар моментально кинулась к нам и тоже уселась на меня:
– Лошадка! – пропищала она.
– Сам же приучил, теперь катай, – Мэтт только бровь поднял.
Лиза вздохнула:
– Детский сад!
Я заметил, что вид у сестры был очень уставший:
– Как ты, солнышко? – обратился к ней.
– Все отлично! – и удалилась на кухню.
Мэтью посмотрел на нас:
– Она просто действительно устала, и спинка болит. Вы тут заканчивайте трюки на лошади и через 20 минут будем ужинать.
За 5 минут до нашего застолья появилась Майя, быстро чмокнула меня в щеку. Я был удивлен, ее красивые светлые волосы были … розовыми.
Лиза увидела мой взгляд:
– Я ей тоже говорила, что это безумие…
– Лайза, ну так модно, в Европе все носят такой цвет, а что у нас сегодня на ужин?
– Жаркое, брокколи и салат.
– Я буду только салат!
– Майя, – вмешался я, – ты очень стройная, зачем тебе этот спортзал в таком возрасте, и еще диеты?
– Алекс, тебе надо проверить зрение, – рассердилась она, – я не в одни джинсы не влажу.
– – Так может ты просто выросла? – вступил Мэтт.
– Ой, всё! Я мыть руки, не приставайте.
Моя семья очень шумная и громкая, за это я их и люблю и благодарен своим мамам, что с детства позволяли нам общаться. Всё-таки Алекс Айскра, мой отец, был их лучшим другом.
Наступила пятница и вечером нам с Энджи, которая нарядилась принцессой-снежинкой, ее образ иначе не обзовешь, белое короткое платье состояло из нескольких слоев блестящей бахромы, предстояло пойти в театр.
Меня же она заставила одеться в серый костюм с белой сорочкой, и это в 40-градусную жару! Хоть от галстука я откараскался.
– Мы приличные репортеры, а не оборванцы из желтой прессы, чижик, – так она меня замотивировала.
Ох, балет, если честно, ну совсем не мое. Я засыпаю при первых же движениях, но тут я смотрел так, что думал, глаза выпадут.
А еще она… Даже голова закружилась от ее красоты. Я смотрел в объектив и не мог оторвать взгляда от движений Мэгги. Только вспышка иногда выводила меня из моего ступора.
На приёме в честь премьеры она была уже другая. Такая маленькая и скромная она излучала, наверное, одному мне видимое сияние. Кукольное личико раскраснелось от комплиментов, которые лились на нее сплошным потоком. Я не мог не сфотографировать ее такой.
Но горе мне, она меня заметила! И уже шла в мою сторону.
– Мистер Валетта, что Вы тут делаете? – голос был грозен.
– Выполняю редакционное задание, миссис Эндервуд, добрый вечер, кстати!
– А мне кажется, Вы меня преследуете, – последние слоги она пропела.
– Когда кажется, необходимо осенять себя крестом, – ответил я.
– А Вы еще в Бога верите?
– Я верю в судьбу, Маргарет! Может нам суждено было тут увидеться…
– Вы настолько молоды, что верите в сказки, Алекс!
– Хватит мне пенять моим возрастом, он же не помешал Вам переспать со мной! – прошептал я. – Должно быть стыдно за свою несдержанность!
– Ах, ты ж.. – Мэг разозлилась, – мелкий гад!
– Мелкая тут только Вы, миссис Эндервуд, – мне стало смешно, – а мой рост – 1 метр 86 сантиметров, эта Вам на ходули нужно стать, чтобы дотянуться хотя бы до моих губ!
– Сильно нужно, тянуться к Вашим губам!
– Я же вижу, – я шел ва-банк, – Вы меня снова хотите!
– Слушай, ты такой наглый, и хочу я исключительно своего мужа.
– Кстати, где он?, – мне было интересно. – Не хотите нас познакомить?
– С легкостью, – взгляд был решительным, но все же она немного смутилась.
– Бернард, – она позвала высокого седого мужчину с шрамом на переносице, – хочу представить тебе будущую звезду журналистики, знакомься, Алекс Валетта. Он проводил у нас фотосессию два дня назад.
Мужчина протянул мне руку, которую я с опаской пожал. Не всегда знакомишься с мужем своей случайной, или неслучайной, любовницы. Ощущение острое!
Потом он приобнял Мэг за плечи и увел вглубь зала.
Захотелось завыть. Она стала моей однажды, а теперь – не моя.
Тут ко мне подошла Энджи и протянула стакан с виски:
– Работа закончена! Можем немного расслабится!
______
[1] немецкое название колбасок для обжарки на сковороде или на гриле или запекания.
[2] легендарные персонажи средневековых рыцарских романов.
8.
Мэгги
Что за человек?! Еще с мужем заставил познакомить. И что ему это дало? Увидел соперника? Встал с ним лицо к лицу?
Даже интересно, что и не поморщился. Не выдал себя. Вот у мальчонки выдержка!
Я была рада его видеть. Рада… Да я готова кинуться ему на шею от преизбытка чувств! Я глупая, глупая Мэг! И что тебе до Алекса! Было и было! Даже какая-то пикантность в этом есть! Внукам не расскажешь, но запомнишь надолго.
Удовольствие от супружеской измены? Есть такое. Но наш брак – это неудачная попытка для Бернарда выпендриться, а для меня – найти точку опоры. Вот и все. Сейчас наш семейный психолог бы умер на месте! То, за что он получает 480 долларов в час, я определила за 3 секунды. Шах и мат современной психотерапии!
Сейчас я стояла рядом с мужем и искала Алекса взглядом. Он же не ушел? Очень на это рассчитываю… Просто, боюсь, что если Берни все-таки заставит меня бросить танец, я и не увижу Эй Джея больше, не будет повода!