Чтение онлайн

Он поймал кисть прежде, чем та успела испачкать свинцовыми белилами дубовые половицы галереи. Джованни уже хотел успокоить Кресси, сказав, что отец вряд ли заметил что-то подозрительное, однако, поймав пристальный взгляд лорда Армстронга, тут же передумал. За последние недели он стал считать человека, которого встречал лишь один раз, невежественным клоуном. Но он забыл о непреложном факте, что лорд Армстронг самый уважаемый дипломат в Англии, если не во всей Европе. Подобные люди добиваются успеха, если обладают острой наблюдательностью и способностью верно оценивать ситуацию. Судя по выражению лица лорда Армстронга, именно эти качества подсказали ему, что здесь что-то не так. К неудовлетворению Джованни, лорд смотрел не на сыновей, а на Кресси, глазами почти такого же оттенка, что и у нее, только выцветшими.

— Почему мне не сказали, что ты оставила классную комнату?

— Будет тебе, отец. Ты ведь не любишь, когда тебя беспокоят домашними мелочами. Я думала, ты меня похвалишь за это. Я ведь сделала удачный выбор, мне легко учить братьев, а Джованни — синьору ди Маттео — в то же время писать.

Кресси раскраснелась, но хранила удивительное спокойствие. В действительности казалось, будто она наслаждалась этим мгновением. Джованни сдержал улыбку и чуть поклонился.

— Леди Крессида весьма изобретательна, — заметил он.

Лорд Армстронг прищурился. Он был явно озадачен, но, к счастью, находился в плену мнения, будто дочь не испытывает никаких желаний, а на нее никто не позарится. Так что не догадался об истинной причине своих подозрений, не соизволил удостоить Джованни ответного поклона и уставился на полотно.

— Гмм.

— Синьор ди Маттео значительно продвинулся вперед. Как ты думаешь, отец?

— Однако большая часть полотна еще пуста.

— Да, но он закончил писать лица и большую часть рук. Эти важные детали занимают значительное время. Он точно схватил их внешность, ты согласен? — Кресси настойчиво гнула свою линию.

— Да, получилось неплохо, — неохотно согласился лорд Армстронг. — Но я не ждал бы ничего иного за гонорар, который он требует. — Поверхностно оглядев полотно, лорд Армстронг отвернулся, не обращая внимания на просьбу каждого из сыновей признать, что именно его художник изобразил лучше всего. Он не выносил, когда его хватали за одежду, и, небрежно отмахиваясь от сыновей и похлопывая их, обратился к Джованни: — Я надеялся вернуться сюда, когда портрет будет завершен, но это уже невозможно. Я должен отправиться в Россию по важным государственным делам.

Как всегда, упоминая о своем долге, этот дипломат выпячивал грудь. Джованни подумал, что лорд Армстронг распустил бы перья, если бы они у него были. Однако художник ничего не ответил и даже не притворился, будто это известие впечатлило его, хотя, по обыкновению, он потакал тщеславию своих клиентов.

— Я распоряжусь, чтобы мой управляющий оплатил вам половину гонорара, когда портрет будет завершен, — продолжил лорд Армстронг. — Как вы понимаете, остальную часть вы получите после того, как я вернусь и засвидетельствую о своей готовности принять вашу работу.

Джованни скорее почувствовал, нежели расслышал возражение Кресси. Он прервал ее резким кивком, взял покрывало, накрыл мольберт и начал собирать кисти.

— Что это, по-вашему, означает? — резко спросил его светлость.

— Вы платите мне половину гонорара, я оставляю вам наполовину законченную картину. Когда вы вернетесь и будете готовы принять мою работу, я закончу ее. А пока мне здесь больше делать нечего.

— Вы только послушайте! Но ведь это неразумно.

Джованни пожал плечами. Он заметил, что Кресси, стоявшая напротив него, зажимает рот рукой. Она понимала, Джованни берет отца на пушку. Его удивило, что она так хорошо разбирается в нем. Художник продолжал собираться.

— Вы ведете себя не очень профессионально, — возразил лорд Армстронг.

— Мы договорились об условиях оплаты заказа. Кстати, я узнал, что вы… как это вы выразились… воспользовались связями, чтобы создать прецедент.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду.

— Сэр Гарет Макеллрой — мой следующий клиент. Он уведомил, что уступит вам свою очередь в моем расписании. Мне известно, что ему как можно скорее хотелось написать портрет жены, которая болеет чахоткой. Отсюда я могу сделать вывод, что он оказал вам значительную услугу. — Джованни соизволил чуть улыбнуться. — Но если вы хотите приостановить нашу сделку, думаю, сэр Гарет испытает чувство благодарности и облегчения.

Лорд Армстронг пришел в замешательство и притворился, будто смотрит на часы.

— Я не могу напрасно тратить время, торгуясь о картине. Ладно, Крессида распорядится, чтобы вам выплатили всю сумму, когда портрет будет готов.

— Разве это не компетенция леди Армстронг?

Его светлость прищурил глаза, почти уверенный в том, что ему не оказывают должного уважения, правда не поняв, каким образом. Лорд со щелчком закрыл крышку золотых часов и положил их в карман.

— У жены более серьезные заботы. А вот моя дочь может заняться этим. Поэтому я и принял такое решение. — Он повернулся к Кресси. — Я оставил перечень того, что ты должна сделать во время моего отсутствия, но упомяну только два пункта. Первый — сэр Гилберт. Ты убедишь мачеху в том, чтобы она позволила ему навещать себя. Все эти разговоры о повивальных бабках сущие глупости. Второй — Корделия. За время моего отсутствия твоя тетя София, естественно, имеет право согласиться на любое уместное предложение руки. Она знает мои предпочтения.

— Отец, а как же предпочтения самой Корделии?

— Корделия предпочтет кандидатуру того, кого тетя предложит ей. Твоя сестра понимает свой долг. София лучше всех разбирается в том, как выдать девушку замуж. — Лорд Армстронг совершенно забыл о неравном браке, от вступления в который она не сумела отговорить Кассандру. — Ты оставишь сестру в покое и воздержишься — воздержишься! — от вмешательства в ее дела. Крессида, ты слышишь меня?

— Слышу, отец. Но к чему гак опасаться моего влияния на Корделию, если ты уверен, что она знает свой долг.

— Дерзость молодых людей — черта, с которой нельзя мириться. Женщине твоего возраста она совершенно неуместна. Крессида, я должен прощаться, ибо мне надо провести остаток дня с мальчиками. Я уеду еще до ужина. Можешь написать мне о том, как будет чувствовать себя моя жена, когда наступит время родов.

Небрежно кивнув Джованни, он удалился вместе с ликующими сыновьями.

— Могу спорить, что не пройдет и часа, как их ангельское общество надоест ему, и он позовет меня забрать своих чад, — Кресси посмотрела вслед отцу.

— Надеюсь, вы сделаете так, что отец вас не найдет, ведь он так бесцеремонно отмахнулся от вас, — сказал Джованни и сухо рассмеялся.

— Не только от меня. Он не проявил должной вежливости и к вам.

— Не извиняйтесь за него. Меня его внимание особенно не интересует. — Джованни подтвердил свою мысль, щелкнув пальцами. Кресси подумала, что это чисто итальянский жест. Он начал убирать кисти.

— Вы не собираетесь завершить этот портрет?

— Кажется, у меня пропало настроение писать.