Чтение онлайн

– Можно, Николай Алексеевич, освоить производство платформ на Коломенском паровозостроительном заводе. Подготовка потребуется совсем небольшая. Нужны буквально день-два.

– Хорошо. Сегодня в тринадцать часов представьте проект постановления Совнаркома.

Положив телефонную трубку, я обратился к Н. Э. Носовскому.

– Времени в обрез. Нужно срочно подготовить проект постановления Совнаркома об организации производства зенитных платформ на Коломенском заводе и проект решения Совета по эвакуации по "Арсеналу".

Я продиктовал Носовскому основные пункты этих документов, о которых говорил Вознесенский. Носовский поднялся, чтобы уйти, но я задержал его.

– Еще один вопрос надо решить. Попробуем включить в постановление правительства пункт об установке трехсот 37-мм зенитных пушек на автомашины. Подождите минутку.

Нужно было согласовать вопрос о зенитках с Н.Д.Яковлевым. Предварительный разговор об этом у нас с ним был, н теперь, когда я позвонил ему, Николай Дмитриевич сразу же поддержал предложение включить такой пункт в постановление. В тот же день оно было принято правительством.

Когда Носовский ушел, я связался по телефону с директором "Арсенала" Г. П. Шардиным, напомнил ему о порядке принятия решений об эвакуации и предупредил о сроках перебазирования и начала выпуска продукции на новом месте.

– Эшелоны спланируйте так, чтобы обеспечивался последовательный и быстрый монтаж оборудования. С прибытием последнего эшелона должен начаться выпуск продукции. Немедленно отправьте на место группу опытных и энергичных специалистов для конкретного согласования вопросов, связанных с размещением оборудования и людей. Указания по принятию и размещению "Арсенала" были даны и директору базового завода Д. И. Фирсову. Для оказания помощи в организации эвакуации в Киев отправился старший инженер главного артиллерийского управления наркомата Петр Иванович Калинушкин. Высокоподготовленный специалист, хороший организатор, он в последующем вырос до начальника отдела оборонной промышленности Госплана.

Эвакуация завода проводилась организованно, под руководством штаба во главе с директором. Штаб разработал график демонтажа оборудования, определил очередность и последовательность отправки цехов и оборудования. 29 июня из Киева ушел первый эшелон, а 14 августа - последний, 36-й. Всего было отправлено 1100 вагонов. Вместе с оборудованием эвакуировались 2500 рабочих, инженерно-технических работников и служащих. Все материальные ценности были вывезены полностью.

Г. П. Шардин уехал с последним эшелоном. Но так как "Арсенал" слился с базовым заводом, его откомандировали в Пермь, на машиностроительный завод в районе Мотовилихи, начальником цеха. Оттуда Шардин добровольцем ушел на фронт. В 1943 году мы разыскали Григория Павловича и отозвали с фронта. Он стал директором одного из крупных заводов вооружения.

Осенью 1941 года я побывал на заводе, где помимо киевского "Арсенала" разместились еще два предприятия. В механосборочном цехе, куда мы пришли с группой товарищей, нас встретил начальник цеха С. В. Гусовский - молодой, лет двадцати пяти, инженер. Он производил впечатление человека вдумчивого, обстоятельного. Я попросил рассказать о жизни цеха, его нуждах и заботах.

– Здесь мы уже три месяца, - сказал Гусовский.
– Наш эшелон пришел из Киева за шесть с половиной суток. На седьмые сутки сразу же взялись за установку оборудования.

– Как устанавливали?

– Вручную. Перекатывали и передвигали с помощью ломов и труб. Работали днем и ночью. Первый пролет цеха начал работать через трое суток.

– Да, тут они геройски сработали, - подтвердил директор завода.

– Познакомьте меня с лучшим рабочим, товарищ Гусовский, - попросил я.

– С лучшим?
– смущенно переспросил начальник цеха.
– Так у нас цех очень большой - 1200 человек. Все работают старательно. Трудно кого-нибудь выделить.

– Тогда покажите того, кто вам больше всех по душе, - засмеялся я.

Начальник цеха подвел меня к токарю, который как раз обрабатывал казенник. Тот назвал себя: Григорий Яковлевич Царик.

– Как работается, товарищ Царик?

– Хорошо, товарищ нарком.

– Как выполняете норму?

– На 600 процентов.

– Каждый день?

– Да, каждый день.

– А брак бывает часто?

– Нет, брака не бывает совсем.

– Устаете?

– Всякое бывает.

Г. Я. Царик был токарем высшей квалификации, одним из настоящих мастеров своего дела. Ему поручали изготовлять самые ответственные детали.

– Ну а как устроились с жильем после эвакуации?

– Можно сказать, неплохо, товарищ нарком. Время военное.

– И все же?

– Да есть у нас в хате у хозяев лежанка и деревянные нары. Две дочки спят на лежанке, а мы с женой Верой Митрофановной - на нарах. Свою "комнату" отгородили простыней. Ведь кроме нас в хате живут еще две семьи. Хозяева добрые, живем дружно. Так что ничего. Главное - скорей бы фашистов разбить!

Мы пошли дальше по цеховому пролету.

– Хорошие у вас люди в цехе, товарищ Гусовский.

– Очень хорошие, товарищ нарком!
– откликнулся начальник цеха. В голосе его прозвучала гордость, и я подумал, что этот молодой инженер, как видно, неплохой командир производства, раз так отзывается о подчиненных. И, как оказалось впоследствии, не ошибся. С Сергеем Владимировичем Гусовским мне пришлось встречаться еще не раз и в годы войны, и после ее окончания. Он вырос в-крупного руководителя производства, стал Героем Социалистического Труда, лауреатом Государственной премии СССР, депутатом Верховного Совета УССР и до последнего дня своей жизни успешно руководил производственным объединением "Завод Арсенал".

Опыт перебазирования "Арсенала", а затем и других наших предприятий мы широко использовали при эвакуации основной массы заводов и учреждений, которая проводилась позднее, в октябре 1941 года. Для решения вопросов, связанных с эвакуацией, в наркомате был создан специальный штаб во главе с В. М Рябиковым.

В соответствии с требованием Совета по эвакуации мы разработали план перебазирования предприятий и учреждений из угрожаемой зоны, заблаговременно довели до заводов предварительные указания. В них определялся порядок организации и проведения эвакуации, демонтажа оборудования, его упаковки, погрузки, перевозки и монтажа. Предусматривались меры по перевозке и обеспечению в пути следования людей, по оборудованию для них вагонов (нары, подножки, бачки для воды, железные печки и т. п.), организации службы в эшелонах. О местонахождении эшелонов ежедневно докладывалось в наркомат. Устанавливалось, что директор эвакуируемого завода может следовать на новую базу только с разрешения наркома, после завершения отправки людей и оборудования. Это требование распространялось и на конструкторские бюро, научно-исследовательские в проектные институты наркомата.

Руководство заводов, намеченных к эвакуации, было обязано представить в наркомат планы эвакуации, провести необходимые подготовительные работы и рекогносцировку новых баз. Заводские планы эвакуация перед их утверждением тщательно изучались в главках и отделах. Особое внимание обращалось на правильность определения количества и типа вагонов (платформ), очередности отправки оборудования и цехов, на расчет времени, нужного для эвакуации и восстановления выпуска продукции на новом месте.

Организованно а четко прошла эвакуация оборонных заводов из Москвы и Подмосковья в дни, когда развернулись ожесточенные сражения на подступах к столице. В начале октября ударным группировкам противника удалось прорвать оборону советских войск. 3 октября был оставлен Орел, а еще через три дня Брянск. Возникла угроза выхода врага к Москве. 7 октября поздно вечером я был приглашен на заседание Совета по эвакуации.