Чтение онлайн

Вам весело со всеми этими сновидческими штуками? Надеюсь, да, поскольку это все, на что они годятся. Мы просто лепим куличи из грязи и крушим песочные замки, так почему бы не порадоваться этому. Можно так никогда и не смириться с видимостью, как не смиряемся мы со снами, воспоминаниями и чувствами. В конце концов все, что нам остается — это принять тот факт, что царство сновидения такое, какое оно есть, пусть даже оно не такое.

Если ты пойдешь к одному из своих приятелей-ученых и сообщишь ему, что посадка на Луне была мистификацией, он высмеет тебя, но основываясь на чем? Просидел ли он несколько месяцев, изучая факты? Исследовал ли он свидетельства обеих сторон? Подверг ли он себя суровому эмоциональному очищению, чтобы подготовиться к вынесению непредвзятого вердикта? Провел ли он исследование своего метода, которое выдержало бы всеобъемлющую экспертную проверку? Нет. Да поразмышлял ли он хоть минутку? Разумеется, нет, он просто женат на своем повествовании, как и все остальное стадо. Но чокнутый конспиролог для него — ты. Конечно, он поглумится над твоей тупостью, но не потому что он рациональный Спок для твоего кретина МакКоя [персонажи вселенной Стартрек — Прим. перев.], как ему хотелось бы верить, а потому что он дитя с закрытыми глазками, завернутое в пеленки защищающего свою догму стада, из которого ты дезертировал. Твой ученый приятель — не человек широких взглядов, не исследователь, радующийся новой информации, им движет не любопытство или удивление. Он просто еще одна корова.

Вот почему я люблю подчеркивать, что возраст по развитию куда показательнее физического возраста. Стоит определить реальный возраст человека, и он покажется тебе простым и понятным, как взаправдашнее дитя. Это вполне применимо ко всем, так что если человек не излучает какую-то необычную отстраненность, можно смело предположить, что он застрял в предпубертатной стадии развития. Способность точно определять настоящий возраст людей приносит удовольствие, но не надо думать, что их ограничитель внутреннего возраста является изъяном, как может показаться. Взрослые попросту не такие потешные, так что единственный способ извлечь веселье из сновидения — ограничивать людей во взрослении.

А теперь попробуй посмотреть на своего окопавшегося ученого друга как на аспект самого себя. Смотри, как машинально ты реагируешь на вещи, которые, возможно, заслуживают большего внимания. Нет, ты должен всматриваться не в сами эти вещи, а в свою машинальную реакцию. Если ты хочешь совершить путешествие, то должен встать и двигаться и делать это с открытыми глазами и всматриваясь. Смотрение и видение — вот к чему все сводится, а вовсе не к уровню понимания или состоянию сознания или глубине сострадания. Если ты просто хочешь быть доволен, тогда все равно, но если ты хочешь пробудиться, ты должен открыть глаза.

Я — тот, кому, вероятно, не следует позволять пересекать бойкую улицу без присмотра, — поверг в прах три великие империи мысли — науку, религию и философию, приложив для этого не больше усилий, чем потребовало бы таяние снежинки. Это не отражение моей грандиозности (как и ее недостатка), но подлинный показатель поразительной наготы наших идиотов-имперцев. Здесь, в нашей Стране Сновидческих Чудес, кроличья нора — это реальность, а твердая почва — иллюзия. Я-Есть/Сознание — это знание, а все остальное — верование. Мы путаем описание и понимание, но то, что понято не до конца, — не понято вообще, и ничто не может быть полностью понято, потому что ничто, включая знание, — не реально. Спроси своего ученого друга, из чего сделана материя, или что такое время или жизнь или пространство, и смотри, какие он выделывает коленца. И кто тут теперь чокнутый конспиролог? Секрет царства сна — не вглядываться, но ты можешь, если захочешь: следует всего лишь открыть глаза.

^ ^ ^

— Миф о творении, который содержит в себе все остальные, — говорю я Мэгги, — это миф о том, что творение не миф. Стоит только принять творение как факт, и вот ты уже заплутала в чаще.

— Предупреждать надо, что сейчас будет спойлер.

— Извини.

— А есть миф о творении, который вам нравится больше, чем этот об Адаме и Еве? — спрашивает она, пока собирает свои вещи перед тем, как уйти.

— Есть один, где говорится, что Брахману было скучно и он создал Майю, чтобы она развлекала его. Затем Майя предложила Брахману создать вселенную и усеять ее людьми. Потом она разрезала Брахмана на миллиарды кусочков и спрятала по кусочку в каждом человеке, и с тех пор они играют в прятки: люди пытаются найти Брахмана, а Майя пытается их остановить.

— Здорово! — она какое-то время молчит и смотрит в пространство. — В этом есть какой-нибудь смысл?

— Это правильно, потому что это работает.

— Что ж, — добавляет она, — если не нравится чей-то смысл, возможно, следует приходить со своим.

— Что ж, — говорю я, — возможно, я так и сделаю.

(19) Миф о творении

МИФОЛОГИЯ, сущ. Мифология — совокупность первоначальных верований народа о его происхождении, древнейшей истории, героях, богах и пр., в отличие от достоверных сведений, выдуманных впоследствии. (Амброз Бирс)

Жил-был давным-давно, еще до рождения времен, некий Великий Зритель. Он был не просто великим, он был единственным зрителем.

Великий Зритель мог видеть все и во всех направлениях, от чего он был бы весьма счастлив, будь у него на что смотреть, но во всех направлениях было только Вечное Ничто. Великий Зритель был Чистым Осознанием, однако ему нечего было осознавать.

Это чрезвычайно печалило Великого Зрителя.

^ ^ ^

У Великого Зрителя было два качества, которые казались ему очень хорошими, но на самом деле это были плохие качества. Они были очень плохими, потому что заставляли Великого Зрителя грустить.

Первым из этих двух качеств была Бесконечная Бесконечность. Поскольку Великий Зритель был всем, то не было ничего иного, кроме него, так что он не мог завести друга, с которым можно было бы поиграть, или темного уголка, который можно было бы исследовать.

Вторым из этих двух качеств было Совершенное Совершенство. Поскольку Великий Зритель не был способен на ошибку, не могло случиться ничего примечательного или неожиданного, чтобы он мог испытать Удивление и Восторг.

^ ^ ^

И вот в один прекрасный день Великого Зрителя осенило! (Это стало бы самой первой идеей, если бы существовала такая вещь, как время, но время — просто идея и в действительности все случается одновременно, что не является проблемой, поскольку на самом деле не случается вообще ничего. Можешь себе вообразить, что тебе пришлось бы делать все одновременно? Благодарю тебя, Время!)

«Я Великий Зритель, — подумал он, — но мне нечего зрить. Я Чистое Осознание, но мне нечего осознавать. Есть только я, так что нечего видеть, но, возможно, я мог бы вообразить что-нибудь еще!»

И так родилась Иллюзия Видимости.

^ ^ ^

Свершилось! Великий Зритель сказал: «Да будет Что-нибудь еще», и вот стало Что-то еще! И посмотрел он на это и увидел, что это хорошо. Теперь здесь были и Зритель, и Зримое, и хотя зримое виделось лишь в воображении Великого Зрителя, это было намного лучше, чем ничего.

Разумеется, Ничего Другого не могло быть на самом деле, потому что Великий Зритель был Бесконечной Бесконечностью, но теперь это был сон о Чем-то еще, а у Великого Зрителя была видимость Другого для осознания.

И так родилась Иллюзия Двух.

^ ^ ^

А в другой день Великого Зрителя осенила другая идея. (Ибо чем ему было еще заняться, кроме как весь день сидеть и осенять себя идеями?)

«Дай-ка я воображу целую кучу Чего-нибудь еще, — подумал он, — и больше не буду скучать!»

Итак, Великий Зритель вообразил бесконечную вселенную и наполнил ее всеми видами Чего-нибудь еще, вроде планет, звезд, рек, деревьев и животных. И назвал он это своим Воображаемым Парком.