Чтение онлайн

– Ты где был? – не сдерживая слез, произнес шериф.

– Я копал могилу всю ночь. Вы достали ее? – достаточно холодным голосом, пробормотал пастор.

– Да, нашли. А еще, я вчера задержал ублюдка который это сделал. Это был сын, миссис Мартсон, которая является твоей прихожанкой. Представляешь, он просто сидел и пил чай со своей матерью – очень удивленно и держа своего друга за плечи, рассказывал Дэйв.

– Я не удивлен. А теперь можно я похороню свою жену, – как бы немного оттолкнув приятеля, ответил Альфред, и направился в сторону своего дома.

– Да, конечно, прости, – произнес шериф, и пошагал следом.

Пастор же, бросив лопату во дворе, быстрым шагом заскочил в дом, пробыв там несколько минут, он вышел и окинув слегка обезумевшим взглядом все свое владение, он увидел висящее после стирки покрывало, то самое, которое несколько дней назад они всей семьей брали на пикник и стелили на землю. Далее, схватив его и подобрав лопату с земли, святой отец молча вышел за пределы своего двора и подошел к совсем обгоревшему телу своей жены. На лице священника, в тот момент абсолютно не было ни одной эмоции, он просто на секунду замер, а затем завернув ее в тот самый кусок ткани, закинул тело погибшей девушки себе на плечо и с лопатою в руках направился в сторону откуда пришел. В этот момент все те кто там присутствовал, а собралось уже не мало людей, просто с диким ужасом наблюдали за происходящим, но не могли и проронить даже слова. И лишь друг семьи осмелился что-то сказать.

– Альфред, постой! Я пойду с тобой!

Пастор же, остановился, услышав голос Дэйва и немного повернувшись сказал. – Прости, но я сам должен это сделать!

– Хорошо. А еще, сегодня вечером мы будем казнить убийцу, Мэри, через повешенье, на центральной площади, – добавил шериф, смотря на друга.

Святой отец, в ответ, лишь взглянул на Дэйва, своими абсолютно стеклянными глазами и развернувшись, ушел туда, куда направлялся ранее. Пройдя несколько километров и выйдя за пределы города, пастор приблизился к вырытой им этой ночью, достаточно глубокой яме, что находилась в открытом поле. Затем положив свою жену рядом с могилой, он присел на окраины ямы и свесив ноги в нее, начал говорить.

– Милая, я знаю, что ты меня сейчас слышишь. И очень надеюсь, на то, что ты обрела тот покой, который заслужила. Но, я очень хочу сказать тебе, о том, что совершенно не смогу без тебя. Я не смогу, – вытирая слезу своей грязной рукой и слегка всхлипывая от горя, продолжал мужчина. – Я абсолютно не знаю, что мне теперь делать. Прости, что я не уберег тебя. Слышишь! Прости! И знай, я тебя люблю и буду любить вечно!

Закончив свои слова, Альфред больше не мог сдерживаться от боли и упав лицом, на холодные ноги своей любимой, что были завернуты в ткань, начал громко кричать на всю округу, кричал он так, что буквально спустя несколько минут почувствовал острую боль, в своем горле и после которой совершенно сорвал свой голос. А затем, пролежав рядом с телом своей жены несколько часов, святой отец аккуратно спустил его в могилу и сначала он не хотел вылазить оттуда, но потом, вспомнил о своей дочери, совсем еще маленькой Хлое, которая в тот момент находилась у своей бабушки. Это собственно и предало ему сил, поэтому выбравшись оттуда, пастор совершенно обессиленными руками закидал землей, последний пристанище, его единственной и любимой жены, Мэри. А после, посидев еще около полу часа, он отправился к своей дочери.

Прошагав все расстояние и подойдя к двери, Альфред достаточно негромко постучал правой рукой, в дверную раму и тут же услышал топот направленный в его сторону. И буквально через мгновение, дверь открыла младшая сестра его жены, еще совсем молодая девушка Мисти, которая со слезами на глазах, смотрела на совсем грязного и отчаянного мужчину, а после бросилась ему на плечи и заревела громким ревом, которого ранее не видел этот дом. Постояв на пороге несколько минут, они прошли во внутрь и там святой отец, увидел свою маленькую дочь, которая совсем ничего не понимая, просто игралась с куклами, которые ранее ей, изготовила ее, мама. А рядом с девочкой, на полу сидела ее бабушка и по ней было видно, как сильно она сдерживает свои слезы, только для того чтобы не расстраивать свою внучку.

– Ты что-нибудь ел, за последние сутки? – встав на ноги, спросила опечаленная женщина.

– Нет, но я не думаю, что хоть кусок сейчас смогу проглотить – ответил ей, пастор пройдя в глубь дома.

– Так, послушай меня. Мы все ее потеряли и нам всем придется жить с этой болью, поэтому перестань убивать себя и посмотри на этого ангелочка, что сидит сейчас на полу, – взяв за руку Альфреда, немного грубо, сказала мачеха, Мэри.

– Я понял, хорошо, попробую поесть, – опустив голову, пробормотал священник и направился на кухню.

Далее они все вместе разместились за столом и принялись есть мясной пирог, который немного ранее приготовила, Мисти.

– Я наверно перееду в наш старый дом, чтобы быть поближе к вам, так как, Хлое нужна бабушка, ну и я боюсь, что сам не справлюсь с ее воспитанием, – прервав молчание, сказал пастор.

– Это хорошая идея, – ответила мама, его покойной жены.

– Согласна, мне тоже это нравится, – также вступив в разговор, добавила молодая девушка.

В этот же момент на центральной площади, полным ходом проходила подготовка к казни, что должна была состояться сегодня после захода солнца. И преступник, который это все совершил, в данную минуту находился в небольшом полицейском участке, который располагался на окраине города. Помещение там было небольшое, так как, преступлений в этом месте почти не происходило и оно больше имело символический характер. Внутри участка было два небольших стола для письменных и иных работ и небольшая железная клетка напротив двери, которая также была временным размещением людей совершивших преступление, так как, их всех, на повозке отвозили в соседний город, где судья выносил решение по их содержанию. За безжалостным убийцей, остался наблюдать сам шериф этого города, который также и распорядился о совершении казни над ним без передачи его под суд.

– Скажи мне, зачем ты это сделал? – подойдя к мужчине в клетке, задал ему вопрос, Дэйв.

– Она была ведьма, мама сказала я все верно сделал! – достаточно громко, ответил он.

– Твоя мать старая сумасшедшая и из-за нее, но при этом твоими руками, ты отнял две жизни – добавил шериф, глядя в глаза преступнику.

– Не смей так говорить о моей матери! Она святая женщина! И вообще, о каких двух жизнях ты говоришь? Сгорела лишь ведьма!

– Не хочу портить тебе сюрприз, но тебя сегодня повесят, – ответил ему, Дэйв и развернувшись направился обратно на стул, на котором сидел ранее.

– Как повесят? – вскочив с деревянной лавки и подбежав к железным прутьям, спросил убийца.

– Вот так, я распорядился и для тебя уже готовят место.

– Нет, меня не могут повесить! Мне мама сказала, что меня отправят в тюрьму! Нет, вы лжете! Так нельзя! Вы не можете этого сделать! – начав очень сильную панику и забившись в угол клетки, кричал преступник.

– Скажу тебе так, я здесь закон и убив мою подругу, ты думал, что я тебя так просто отпущу? Наивный ты идиот, – немного сдерживая смех, толи от злости, толи от жажды мести, произнес начальник полиции, а после добавил. – Ты сдохнешь сегодня на глазах всего города, – встав и подойдя к железным прутьям, сказал шериф и набрав побольше слюны плюнул в сидящего на полу убийцу.

А тот от сильного страха начал мочится под себя и темно-желтая лужа растеклась по всему полу. Дэйв же, посмотрел на это и молча направился обратно к своему столу.

И далее по прошествию еще немного времени, в участок заскочил один из помощников шерифа, по имени Митчел, и обратился к нему.

– Все готово, можем вести его.

– Отлично, а то я уже видеть не могу этот кусок дерьма. Подгоняй повозку, – ответил Дэйв, и взяв ключи от клетки приблизился к двери.

Убийца же, начал очень сильно кричать и буквально залез под лавку, что стояла внутри. Минут двадцать заняло, то чтобы его оттуда достать и поместить на лошадь. Справившись с паникующим мужчиной, шериф медленно повез его в последний путь. В этот момент, на центральной площади собирался весь город, буквально все хотели взглянуть на казнь, которая должна там состояться, так как, в последний раз такое происходило лет тридцать назад, когда старый пекарь задушил своего брата, за мешок муки.

Прибыв на место, несколько человек достали из повозки сопротивляющегося убийцу и подвели к петле, в которую поместили его голову, а также, они рядом поставили небольшой деревянный табурет к которому одним концом была привязана веревка, а второй, в это время находился у помощника шерифа, который должен был в нужный момент потянуть за нее и вырвать опору из-под ног приговоренного мужчины.

На улице на то время уже достаточно стемнело и поэтому вокруг висельницы расставили масляные лампы, которые пусть и не ярко, но освещали весь процесс.