Чтение онлайн

— Но ты выглядишь высокомерным, ты ведешь себя… — Она замолчала, пожав плечами с безнадежной покорностью.

— Как? — спросил он, разводя руками. — Как? Как твой отец?

— Вот именно! — Она посмотрела снова ему в лицо. — Ты ведешь себя так, как будто знаешь ответы на все вопросы. Что мне надлежит делать, а что нет…

— Так вот оно что! О, мне следовало догадаться. Знаешь, я тебе скажу кое-что, Джейми. Я совершенно не похож на твоего отца. Ни малейшего сходства. Мне он не симпатичен. И я очень сожалею, что мы его встретили и он каким-то дурацким образом дал тебе понять, что я ему нравлюсь. Это не так. Он меня даже не знает. И… — Эдвард наклонился к ней. Его глаза горели неистово и страстно. — Что касается ответов на все вопросы, у меня их нет. Я в таком же замешательстве, как и ты, с той разницей… — тяжело дыша, он перешел на шепот, — что я знаю, что мы любим друг друга и так или иначе, но будем счастливы!

Джейми покачала головой, у нее подрагивали губы.

— Ты не понял. Мне не надо такого счастья, потому что я не могу переносить, когда я несчастлива. Не могу. Не могу больше. Мне нужно, чтобы все было просто, обыкновенно, поддавалось контролю, как это было раньше.

Наклонившись, она подняла свою сумку и прижала ее к груди.

— Эдвард, завтра ты улетаешь. Я… я думаю, что это к лучшему. У нас обоих будет время, чтобы подумать, сориентироваться. Ты можешь целиком посвятить себя бизнесу, а я рисованию. Это будет хорошо для нас обоих.

— Только не для меня.

Его глаза были влажными, мученическими.

Джейми смотрела в сторону.

— Да, это будет хорошо. И мы поговорим, когда ты вернешься. Ты увидишь… — Поднырнув под его руку, она начала спускаться по лестнице. — Увидишь, так лучше, — донесся ее голос с площадки пятого этажа.

Подождав в кафе на углу, пока Эдвард выйдет из подъезда и уйдет, Джейми отодвинула нетронутую чашку кофе, вернулась в студию и сняла телефон со стены.

Она сидела неподвижно, держа телефон на коленях и глядя в стену. Тысячи мыслей крутились у нее в голове, разбитый калейдоскоп, фокус которого невозможно было настроить. Ей хотелось одного — спать. Это было единственное, чем она занималась три прошедших дня.

На мольберте стояло полотно с контуром натюрморта… а вокруг, заполняя каждую клеточку пространства, были выполненные в карандаше наброски мужского лица, смуглого, красивого, знакомого лица.

Вскрикнув, Джейми запустила в картину туфлей, и все сооружение рухнуло на пол. Тогда она бросилась на постель и укрылась с головой одеялом.

Целый день Джейми пряталась от себя самой, от всего мира, от кого-то, кто постучал ей в дверь с возгласом: «Доставка!» Она не доверяла никому, а уж особенно себе самой. Она знала, что не способна сейчас принять никакого, даже самого незначительного решения. Она чувствовала себя измученной и опустошенной. В то же самое время ей казалось, что она снова переживает свое детство, самую ужасную его пору и не в состоянии хоть что-то изменить.

Необходимость заставит ее очнуться. Судьба вмешается.

Постепенно, шаг за шагом, так и происходило.

Началось с обыкновенного похода в магазин. Ей пришлось отправиться туда, потому что кончилось молоко, кончился кофе, а хлеб покрылся зеленой плесенью. Помимо этого все, что она пыталась рисовать, было настолько отвратительно, что она не могла смотреть на свои творения. Так что поход в бакалейную лавку казался спасением.

Вернувшись меньше чем через час, она застала на лестнице поджидавшего ее соседа Кента. Не дожидаясь, пока она поднимется на их этаж, он крикнул ей вниз:

— Джейми? Эй ты? Поднимайся скорей! У меня сюрприз для тебя.

Отлично. Джейми тяжело вздохнула, пиная каждую ступеньку последнего лестничного марша. Только этого не хватало!

Она нашла его около своей двери с охапкой роз в руках. Это были розовые розы.

— И это еще не все, — тараторил он, охваченный возбуждением. — Посмотри, сколько их в комнате! Трудно поверить, что во всем мире наберется такое количество роз. И все розовые! Ты когда-нибудь видела такое количество роскошных розовых роз?

Джейми лишь молча покачала головой, приняв охапку роз и пройдя в комнату, чтобы забрать остальные.

— Просто фантастические цветы! От какого-то поклонника наверняка, Джейми.

Она погрузила лицо в розовое душистое море и вдохнула.

Кент продолжал тарахтеть.

— Надо было видеть мальчишку-разносчика. Парень поднял весь этот груз на шестой этаж и чуть не отдал Богу душу. Я как раз спускался вниз за почтой и видел его. Он тяжело опустился у твоей двери, стучал и ругался. Он сказал, что вчера поднимался сюда с этими розами, потом спускался с ними, и будь он проклят, если ему придется тащить их снова обратно. Я сказал, что буду рад помочь… Оставь их, я хочу сказать, не носи! — Он засмеялся, очень довольный той ролью, которую сыграл в этом деле. Потом нахмурился. — Надеюсь, это было правильно?

Джейми собралась с мыслями и вежливо ответила:

— О, да. Спасибо, Кент. Это было очень любезно с твоей стороны.

— Всегда готов. Можешь рассчитывать на меня, твоего любезного соседа…

— Спасибо, Кент. Пока.

— Послушай, хочешь я занесу цветы к тебе? И твои продукты?

Джейми покраснела.

— Конечно. Спасибо.

Он вошел за ней, держа розы и озираясь в поисках места для них. Джейми видела, как он оглядел полупустую комнату, беспорядок в углу, где было подобие кухни, сваленные полотна, старенький диван, который был почти единственной ее мебелью. Особенно похвалиться было нечем.

Их взгляды встретились, и Кент усмехнулся.

— Ты как цыганка, вроде меня, а? Не пускаешь корней.

Он повернулся, прежде чем смог заметить, как по лицу Джейми разлилась боль. Положив розы на стол, он направился к двери.

— Увидимся. И запомни, если что-нибудь нужно, только постучи!

— Да. Спасибо, — пролепетала она.

У нее кружилась голова и дрожали колени. Если бы ей было свойственно это, она бы упала в обморок. Вместо этого Джейми прижала розы к груди и проглотила слезы. Справившись с собой, она достала из шкафа старый стеклянный кувшин и поставила в него букет. Маленький запечатанный конверт, приложенный к букету, упал на пол.

Дрожащими пальцами Джейми подняла конверт за уголок и извлекла из него крошечную белую карточку.

Сзади на карточке значился номер его телефона в Амстердаме.

Джейми попятилась и остановилась, только наткнувшись на диван. Она села, держа карточку в руке, пытаясь разобраться в своих чувствах. Это было равносильно тому, чтобы стараться развязать огромный узел, в котором переплелись тысячи нитей: отец, детство, ее отношение к родителям, к себе, вопросы, которые задавал Эдвард, всегда задавал, настойчиво задавал. «И что ему не живется без меня?» — в голос заплакала она.