Чтение онлайн

— Ты помнишь Марину Дмитриевну?

Демьян вновь взглянул на показавшуюся ему знакомой женщину.

Ну конечно!

Его педиатр, а он ведь ее забыл практически. Они вроде дружили с матерью, не слишком близко, но все же.

— Рад вас снова видеть, — произнес он довольно холодно и снова посмотрел на парня, что стоял в стороне и обнимал его Дарину.

Смутная догадка промелькнула в его голове. Присмотревшись, Демьян не мог не заметить сходства между парнем и женщиной, что, впрочем, взбесило его еще больше.

Не дожидаясь, пока его представят, парень выпустил Дарю из объятий и, шагнув в сторону едва державшего себя в руках Демьяна, протянул тому руку.

— Никита, можно просто Кит, — проговорил он вполне доброжелательно.

— Демьян, — машинально пожав руку парня, представился Дема, но выпускать ее из своей не спешил.

Удерживая ладонь Кита в своей, он сжал ее сильнее, чем было нужно, и удовлетворенно улыбнулся краешком рта. Взгляд мужчины был направлен на побелевшую Дарину.

«Боишься? За него? Правильно, бойся. Потому что никто не смеет тебя касаться, никто в целом мире».

— Думаю, пора садиться за стол, — скопившееся вокруг, звенящее напряжение, разрядил вовремя заговоривший отец.

Демьян в свою очередь отпустил Кита, отметив про себя, что в общем-то парень неплохо держался, несмотря на причинённую ему боль. А больно ему было, Дема в этом не сомневался.

Собравшись за столом, гости принялись бурно обсуждать события последних дней, кто-то обращался к Демьяну, кто-то беседовал с его родителями. Деме по большому счету было все равно, отвечал он скорее на автопилоте, практически не вслушиваясь в разговор за столом. Он, конечно, был рад и благодарен друзьям и родным, но сейчас его интересовала лишь Дарина, сидевшая напротив него, по правую сторону от Дари устроился Кит.

Вскоре, поднявшись с места и заставив остальных замолчать, слово взял Михаил Борисович, — муж Марины Дмитриевны и отец Никиты. С мужчиной Демьян познакомился уже за столом. Так уж вышло, что Михаил являлся главным врачом роддома, в котором вот уже много лет работала мать Демы. Демьян в пол-уха слушал мужчину, тот в свою очередь говорил о своей отставке и поздравлял Василису Владимировну с назначением на пост. Демьян даже улыбнулся, будучи горд за мать, все-таки она это заслужила и заслужила собственным непосильным трудом, но, когда речь зашла об отношениях сына Михаила и Дарьки, у Демьяна просто не хватило терпения держать язык за зубами. Со звоном отложив в сторону приборы, Демьян привлек к себе всеобщее внимание.

— А не рановато им в любовь играть? — заметил он холодно, да таким тоном, что всем вокруг стало не уютно.

— Дем, ну ты чего, — вклинилась Лизка, стервотина такая, она-то прекрасно знала, чего это он. — Прекрасный возраст для первой влюбленности.

— Да? И как далеко зашла ваша влюбленность, так называемая? — обратился Демьян к сладкой парочке, сидящей напротив.

Кит, нужно отдать ему должное, на провокацию со стороны старшего брата своей девушки не повелся, а вот Дарина, Дарина сверлила Демьяна таким ненавидящим взглядом, что будь у нее способность испепелять одной лишь мыслью, от Демьяна бы осталась лишь горстка пепла.

— Я не думаю, что тебя это касается, — спокойно ответил Кит, не отводя взгляда.

Смелый пацан, только выбрал себе не ту.

— Касается, раз уж речь идет о моей сестре, — справедливо заметил Демьян. — Тебе учиться нужно, а не о парнях думать.

— Мне уже девятнадцать, и я сама решу, что мне делать, — ядовито прошипела девушка, сжимая в руке вилку.

— Решалка еще не выросла, — отрезал Дема.

Он понимал прекрасно, что его понесло, но не мог, просто не мог молча наблюдать за тем, как его девочку практически сватают другому. Родители выбор Дарины явно одобряли и Демьяну было понятно почему.

— Чем ты занимаешься? — спросил Демьян, обращаясь к Киту.

— На врача учусь, — ничуть не тушуясь ответил Кит, глядя Демьяну в глаза.

— На врача значит. Курс какой?

— Четвертый.

— Значит еще два года, — произнес Демьян. — И как ты собираешься содержать семью, если она, — Дема кивнул на Дарю, — не дай Бог забеременеет?

Со стороны послышался смешок. Матвей едва сдерживался, чтобы не расхохотаться, за что поймал гневный взгляд жены. Кир в свою очередь отложил приборы и закатил глаза. Кто-то поперхнулся, услышав слова Демьяна, остальные были просто в шоке и во всю глазели на троицу.

— Демьян, прекращай, ты…

— А что я, пап? Если ни у кого из вас подобных вопросов не возникло, это не значит, что они не возникнут у меня. Здесь все взрослые люди и должны понимать, что от секса рождаются дети!

В себя Демьяна привел протяжной скрип и последовавший за ним грохот. Не выдержав, Дарина буквально подскочила со своего места и сорвалась прочь. Следом за ней было ринулся Кит, но застыл, услышав утробный рык Демьяна.

— Оставь, — велел Демьян и, отбросив на стол салфетку, поднялся с места и направился в сторону лестницы, по которой только что взбежала девушка.

Девочки, не забывайте, пожалуйста, про звездочку, как-то грустно от такой низкой активности)

«Ненавижу, как же я его ненавижу, да как смеет он, кто вообще ему дал право?»

В слезах и едва замечая дорогу перед собой, Дарина взбежала по лестнице, споткнувшись на последней ступеньке и практически клюнув носом, она едва удержалась на ногах. Она не помнила, как пронеслась по коридору, не помнила, как влетела в свою комнату, очнулась только, когда кто-то очень сильный не дал ей захлопнуть дверь. Демьян во всей красе стоял в проходе, выставив руку, а потом он сделал шаг внутрь, вынуждая Дарину отойти в сторону и запер за собой дверь, точно также, как сегодня днем в ее собственной квартире.

— Убирайся, проваливай туда, откуда пришел, — прокричала Дарина, набросившись с кулаками на брата. — Ты мне никто, ясно, никто, ненавижу тебя!!

Она продолжала кричать, как ошалелая, пока Демьян держал хрупкое тело в объятиях, прижимая к себе, не позволяя вырваться. Дарина не понимала, за что он так с ней? Он ведь опозорил ее перед всеми этими людьми. Перед семьей, друзьями! Как он мог позволить себе подобное? После всего, после того как бросил ее, уехал! А теперь значит что? Беспокоится о ее непорочности?

Да кто он вообще такой, чтобы вмешиваться в настолько личное. Она не обязана перед ним отчитываться, она ничего ему не должна. Это он ей задолжал, задолжал море слез, которые она по нему выплакала, кучу потраченных нервов и мертвых клеток. Пока он жил себе там, в Европе, она умирала здесь, без него. А теперь, когда у нее все наладилось, когда она справилась и начала жить, он вернулся и рушит все, словно слон в посудной лавке.

— Как ты мог? Зачем? — она всхлипнула, уткнувшись носом в широкую грудь брата, вдыхая его аромат. Она никогда в этом не признается, никогда не скажет этого вслух, но, черт, как же Даря по нему скучала. Ругала себя, отчитывала за глупость, а все равно скучала.