Чтение онлайн

Поскольку моя забота всё равно не будет оценена по достоинству, я отбросил это желание и закончил отпирать дверь.

Войдя в здание, я проверил здание на наличие угрозы, прежде чем включить свет и впустить Атлас внутрь. Пока что мы были только вдвоем, поскольку мастерская открывалась только через час.

Обучение Атлас официально закончилось, и сегодня она впервые работает одна. Мастерская будет открыта только до полудня, а это значит, что день будет довольно спокойным.

Я уже направился к лестнице, чтобы побыть наедине с собой в своем кабинете и собраться с мыслями, когда услышал её тихий голос у себя за спиной.

— Оуэн.

— Что? — ответил я, не замедляя шага и не оглядываясь. Я не мог позволить ей увидеть, как мне нравится слышать звук своего имени на её губах. Только мама называла меня Оуэном, но Атлас, безусловно, превзошла её.

— Как ты нашел меня прошлой ночью?

— Это мой город, Атлас. Я знал, что так поздно ходит только один автобус, который отвезет тебя обратно в мотель.

— Но как ты узнал, что я остановилась в мотеле?

Я сделал паузу, а затем пробормотал:

— Черт.

Против своей воли я повернулся к ней лицом. Сейчас было не время рассказывать, что я преследовал её симпатичную задницу при каждом удобном случае. Иногда я даже спал в соседней с ней комнате, просто чтобы убедиться, что никто её не трахнет.

— Позволь повториться. Это мой город, — высокомерно заявил я. — Я мало чего не знаю.

Атлас оглядела меня с ног до головы, но никак не прокомментировала моё заявление.

— А Саванна?

Я вздохнул.

— А что с ней, Атлас?

Мне показалось интересным, что она задает двадцать один вопрос о стерве после того, как прошлой ночью заявила, что у меня нет с ней ни единого шанса.

— Я не видела её в машине, когда ты меня высадил.

В моей голове пронеслось несколько вариантов ответа, прежде чем я решил, что Атлас не может получить все. Она не может прогнать меня и одновременно держать на поводке.

— О чем ты меня спрашиваешь? — я прикинулся дурачком. — Пошел ли я домой и трахнул её после того, как оставил тебя прошлой ночью?

— Да, — тут же зашипела она.

Мой член любопытно дернулся, услышав ревность в её тоне, поэтому я выдержал её взгляд, поднеся руку к своей эрекции и сжав её в джинсах. Я давал понять, что ничего не происходит.

Атлас держала эту киску на замке.

Казалось, только один из нас помнил об этом. Я смотрел, как она опускает взгляд и останавливает его на моем члене, растущем у бедра.

— Почему?

Её взгляд вернулся к моему, и она виновато вздрогнула.

— А?

— Почему это важно? — повторил я. Я впился зубами в нижнюю губу и опустил веки, прислонившись плечом к стене и глядя на неё через всю комнату. — Ты не хочешь меня, помнишь?

— Да, помню, — сказала она немного слишком быстро. Я смотрел, как она глубоко вдыхает, а затем медленно выдыхает. — Это важно, потому что я знаю, что ты всё ещё хочешь трахнуть меня, и я не слишком горда, чтобы признать — тебе это удастся, — она расправила плечи, чтобы казаться выше и непреклоннее. — Я не смогу быть с тобой, если ты будешь с ней.

Я покачал головой, глядя на неё.

— Детка, зачем ты играешь со мной в игры?

— Я не играю, — защищаясь, ответила она.

— Играешь.

Нечасто мне приходилось напоминать себе о её возрасте, но сейчас был один из таких случаев. Ей было девятнадцать, а мне тридцать пять, и начали появляться сомнения, не свихнулся ли я, решив, что могу отбросить все правила ради неё.

— Мне просто нужно знать, действительно ли я для тебя важна или же просто вызов.

— Ты начала уже понимать.

Моё признание повисло в воздухе между нами, а затем зависло над нашими головами, словно острый топор, готовый ударить при первом же неверном шаге.

— Я не трахал Саванну прошлой ночью. Она пыталась трахнуть меня, но мне было не до этого, поэтому я выкинул её задницу на обочину и оставил её там, чтобы найти тебя.

Как и Атлас, я не был слишком горд, признавшись, что затаил дыхание, ожидая, в какую ещё более глубокую яму заведет меня моя откровенность.

Её губы несколько раз дрогнули и сжались, прежде чем остановиться на звуке «О».

Я оттолкнулся от стены, готовый закончить этот разговор, поскольку он ни к чему не приводил.

— Что-нибудь ещё, Атлас?

Она сморщила нос, прежде чем отвести взгляд.

— Нет. Можешь идти.

У меня был соблазн придушить её за то, что она отмахнулась от меня, как от умалишенного, но вместо этого я пошел наверх, в свой кабинет.

Дав себе несколько дней на раздумья, я решил принять предложение Гарри и купить автомойку, но сначала необходимо провести полную проверку, поэтому я быстро напечатал письмо своему юристу и бухгалтеру и сообщил им, что нужно срочно переговорить с ними. Я позвонил бы подрядчику и инспектору, которые помогли нам восстановить старую фабрику, как только Пэрис сможет просмотреть финансовые отчеты и дать свое согласие.

Мой телефон завибрировал в кармане, я достал его и увидел, что у меня новое сообщение в инстаграме. Так как Атлас не собиралась трахаться со мной, я нажал на сообщение из вредности и тут же пожалел об этом, как только увидел все сообщения, которые Саванна отправила мне вчера вечером и сегодня утром.

3:19 утра.

Савви Джи: ты реально выгнал меня из своей машины преследуя эту сучку

Савви Джи: маленькая сисястая шлюшка выглядет на двеннадцать и она даже не такая уж кросивая

Видеозвонок в 3:26 утра.

Видеозвонок закончился в 3:27 утра.

Савви Джи: Теперь я тебе званю

Савви Джи: Роуди

Савви Джи: РОУДИ!!!!!

Савви Джи: найди себе кого-нибудь ещё иди нахуй с меня хватет

8:44 утра.

Савви Джи: Я трахоюсь лучще чем она…

Приходилось перечитывать некоторые её сообщения дважды — Сав отказывалась использовать знаки препинания и писала так, будто бросила школу в третьем классе, чтобы выставить свою задницу на всеобщее обозрение.

Я был последним человеком, который осуждал, как выживают другие, но Саванна была ребенком с трастовым фондом из пригорода с доктором и адвокатом в качестве родителей. Всё, что она делала, было для того, чтобы выглядеть достойно, включая траханье со мной.

Такие женщины, как Сав, на первом вдохе называли меня «токсичным», а на втором — набрасывались своими кисками. Раньше деньги были самой желанной валютой в мире, но теперь, в эпоху социальных сетей, это было влияние. Люди лгали, обманывали и воровали ради чего-то, что даже не было реальным или осязаемым. В один день всё было на месте, а на следующий — исчезало.