Чтение онлайн

За опросом последовал медицинский осмотр. Доктор измерила артериальное давление, частоту сердечных сокращений. Я терпеливо выполняла все указания. На вопросы отвечала скорее автоматически, размышляя, что будет, когда она покинет спальню.

— Какой у Вас день менструального цикла? — неожиданно спросила доктор.

«Мы в самом деле будем это обсуждать в его присутствии?», — недовольно подумала. Однако внезапно в голове родилась спасительная идея.

— Первый, — незамедлительно солгала, не моргнув глазом.

Надеялась хоть как-то отсрочить нашу совместную ночь… Момент насилия над моим невинным телом… Опыта в этом деле у меня совсем не было. Никогда не спала с мужчиной. Наивно ждала настоящую любовь, принца на белом коне. Не хочу, чтобы мой первый раз был таким… С ним… Не хочу…

Дамир прищурился и склонил голову набок.

Доктор сделала какие-то записи. Затем оторвалась от бумаг, поднялась и посмотрела на мужа.

— Беспокоиться не о чем, — заключила она. — Мы имеем дело с нервно-рефлекторным обмороком, при котором происходит потеря сознания в определенных ситуациях. В данном конкретном случае она обусловлена сильными эмоциями. Свадьба — событие хоть и радостное, но довольно волнительное, — улыбнулась врач. — К тому же, в первые дни менструального цикла эстроген находится на очень низком уровне, отсюда усталость и слабость. Такие обмороки опасности для жизни не представляют. — Она повернулась ко мне. — Вам нужно отдохнуть, восстановить силы, расслабиться. Постарайтесь не нервничать. Думаю, Дамир Игоревич сможет обеспечить Вам покой.

«Да…», — мрачно подумала я. — «Уж он сможет… Дамир Игоревич и есть источник всех моих беспокойств».

— Спасибо, — раздался жесткий низкий голос.

— Пожалуйста.

Доктор проследовала к двери и вышла. Дамир поднялся, смерил пристальным взглядом.

— Ванна там. — Жестом указал на одну из дверей. — Рядом — гардероб. Почти все твои вещи уже перевезли. Я скоро.

«Не торопись», — пронеслось в голове, но вслух ничего не сказала. Он несколько секунд разглядывал меня, затем быстро вышел из комнаты.

Поднялась с постели. Прикрывая руками грудь, бросилась в гардеробную. Мои платья, брюки, блузки — все было аккуратно развешано. Белье занимало несколько ящиков. Обувь была расставлена на нижних полках по сезонам. Отыскала самую закрытую пижаму: длинные штаны и широкая плотная футболка. Отлично! То, что нужно!

Приняла душ, оделась и вернулась в комнату. Дамир стоял у кровати. Его пиджак лежал на кресле. Он уже расстегнул рубашку и занимался пуговицами на рукавах. Посмотрев на меня, муж тут же изменился в лице.

— Что это? — недовольно спросил.

— Моя пижама, — тихо ответила, застыв на месте.

— Это не пижама, а уродство! — рявкнул в гневе. — Сейчас же переоденься!

Неожиданная вспышка ярости окутала новой волной страха. Нервная дрожь пробрала каждую клеточку моего тела. Направилась в гардеробную. Нашла нежно-фиолетовую шелковую сорочку на тоненьких бретельках. Быстро переоделась и вернулась в комнату.

Дамир был в душе. Села на кровать, прислонилась спиной к мягкому изголовью, отделанному кожей молочного цвета, вытянула ноги. Накрылась простыней и с замиранием сердца ожидала его появления.

Муж вышел из ванной и уселся рядом со мной. Откинул простыню и осмотрел с ног до головы.

— Так гораздо лучше, — жестко сказал. — Моя жена в постели должна выглядеть сексуально. И всегда хотеть. Запомни это, Александра.

Едва заметно кивнула. Дамир медленно спустил с плеч бретельки, наслаждаясь моим страхом, и обнажил часто вздымающуюся грудь. Прикосновение его пальцев обжигало кожу. Он накрыл сильной ладонью полушарие. Жадно смял. Тело бросило в жар. В глазах застыли слезы. Он больно сжал сосок и оттянул его.

— Ты вся дрожишь, Александра, — жестко сказал. — Боишься меня?

Ничего не ответила. Это было очевидно.

— Правильно делаешь. Люблю умных девочек, — говорил, растягивая слова, продолжая небрежно играть сосками. — Умных… и послушных.

Затем запусти пальцы в волосы, крепко сжал их и заставил повернуться к нему. Большим пальцем свободной руки коснулся нижней губы. Оттянул ее вниз, приоткрывая рот, и ворвался в него с поцелуем. Он не был мне приятен. Поцелуй был жесткий и властный. Закончив изучать своим языком глубины рта, муж играючи прикусил мою нижнюю губу и отстранился.

Меня окатила волна отчаяния. Не хочу быть его женой… Не хочу быть здесь… Не хочу быть с ним… Ненавижу…

— Что ж, похоже, время у тебя все-таки будет, — довольно заявил Дамир, — Сколько дней все это длится? — Он окинул взглядом низ моего живота. — Четыре?

— Шесть, — тихо ответила.

— Тогда… даю тебе неделю. Чтобы привыкнуть. «Обеспечу покой», так сказать. Я сегодня добрый! — объявил Дамир. — А потом… так отымею — забудешь, как тебя зовут… — жестко продолжил. — Тебе понравится!

Ком рыданий подступил к горлу. Кровь застыла в венах.

— Прикройся и ложись спать, — приказал Дамир.

Спрятала грудь, легла и отвернулась. Он властно обнял меня сзади, прижал к себе.

И лишь, когда его дыхание стало ровным, перестала сдерживать тихие горькие слезы.

Меня разбудил яркий солнечный свет, проникающий в комнату через большие панорамные окна. Резко приподнялась и огляделась. В спальне никого. Солнце было уже высоко над горизонтом. Сколько же я проспала? Посмотрела на прикроватную тумбочку, на журнальный столик у дивана — телефона не видно.

Встала, направилась в душ. Привела себя в порядок и особое внимание уделила выбору одежды. Зная, как остро муж реагирует на мой внешний вид, лучше его лишний раз не раздражать. Выбрала голубое платье. В меру открытое. Длина чуть выше колен. Окинула себя довольным взглядом в зеркало, выдохнула и вышла из комнаты.

События вчерашнего дня туманными обрывками всплывали в сознании. Встряхнула головой, пытаясь избавиться от мрачных мыслей.

Осматривала широкий коридор. В этом доме все было роскошным: массивная мебель, модный дизайн внутренней отделки, высоченные потолки, огромные арочные окна. Лестницу отыскала без труда. Мраморные ступени блестели на свету. Кованые элементы перил и балясин были выполнены под старину. От стиля и богатства интерьера захватывало дух.

Спустилась вниз. Настороженно прислушалась. Тишина. Пересекла гостиную, прошла мимо большого овального обеденного стола, окруженного шестью мягкими стульями, больше напоминающими кресла. В углу заметила дверь. Распахнув ее, оказалась на просторной кухне. У плиты стояла женщина бальзаковского возраста в белоснежном фартуке. На голове возвышался колпак. Она легко, с добродушной улыбкой на лице управлялась сразу с двумя небольшими кастрюлями и сковородой, занимаясь, по всей видимости, своим любимым делом.