Чтение онлайн

– Откуда такая уверенность?
– глухо поинтересовалась я. В груди встрепенулась надежда.

– Пойдем.

Секунда и мы у зеркала. Я удивленно взирала на нашу пару, возникшую в отражении. Красивые, молодые, опасные .... вампиры. Ничего странного или необычного. Что я должна увидеть? Вопросительно выгнула бровь, ожидая объяснения.

– Будучи человеком, ты неоднократно замечала, что у многих из нас есть определенные способности. У кого-то они выражены сильнее, у кого-то слабее, у кого-то нет вообще, а кто-то, наоборот, может многое.

– Как ты?
– тихо уточнила я.

– Да, - легкий кивок, подтверждающий мои слова.
– Все дело в ауре. Именно она определяет способности вампира. Чем аура ярче, многогранней и радужнее, тем он сильнее. Именно ее ты ощущала, сталкиваясь с каждым из нас.

Я кивнула. Это объясняло мои странные ощущения при встрече с вампирами, и то, откуда возникало четкое понимание, что они не люди. Но это вовсе не объясняло уверенность Николаса в моих способностях!

– А теперь внимательно посмотри на нас!
– вампир тихонько коснулся моего подбородка, заставляя упереться взглядом в зеркало.

Я послушно прищурилась, стараясь увидеть то, что, по всей видимости, упустила в первый раз. Сначала взгляд заученно скользил по нашему отражению, не выявляя чего-то особенного. Я почти отчаялась, когда на долю секунды в зеркале отразился многоцветный орел, окутывающий нас с вампиром. Возник и пропал. Я разочарованно вздохнула, закусила губу и вновь сосредоточилась, пытаясь поймать то состояние, когда аура становилась видимой. Несколько мучительных минут, и я увидела... Больше всего она напоминала северное сияние, многоцветной волной окутывающее наши фигуры. Я восхищенно замерла, потом нахмурилась. Шагнула немного в сторону, вырвавшись из объятий мужчины. Вампир не препятствовал, лишь наблюдал с мягкой, понимающей улыбкой.

– Николас, - выдохнула я удивленно.
– У нас идентичная, абсолютно похожая аура!

– Да, А-алекс.

– Это потому что ты меня обратил?

– Нет, - усмехнулся вампир.
– Аура дана от рождения и вовсе не зависит от того, кто и как заражает тебя вампиризмом.

– Такое часто бывает?
– уточнила я, имея в виду идентичность наших аур.

– Нет. За все время я сталкивался с подобным лишь несколько раз.

– И это означает ..., - озаренная догадкой, я поймала в зеркале взгляд своего собеседника.

– Что у тебя очень большие возможности, о которых я знаю не понаслышке.

Сглотнула. Неужели со временем я смогу ощущать чувства других людей и гипнотизировать. Верилось с трудом.

Николас понимающе усмехнулся: - И еще я точно уверен, что ты сможешь контролировать себя в любой ситуации, А-алекс!

Захотелось рассмеяться. Стало легко, словно тяжелый камень, сдавливающий грудь, и мешающий вдохнуть в полную силу, с треском свалился вниз.

– Раз мы решили первый вопрос, предлагаю перейти ко второму, - вкрадчиво произнес вампир.

– Николас, я...
– голос дрогнул и преломился. После того, как я узнала про ауру, после жуткого облегчения мне хотелось побыть одной. Эмоциональное потрясение, нервы, все разворачивалось так стремительно, информации было так много, что хотелось зарыться в подушки, разрыдаться, не эстетично размазывая по лицу горькие, соленые слезы, прийти в себя и уже потом 'на трезвую голову' вести именно этот разговор.

– Тш..., - вампир в секунду оказался рядом со мной и приложил палец к губам, призывая замолчать. Теперь его движения не выглядели, как пространственное мерцание: был там и вот уже здесь. Сейчас я отчетливо видела его перемещение смазанной, резкой полосой, от которой, вздумай я что-то предпринять, вряд ли смогла бы уклониться и которой вряд ли могла бы помешать. Николас все равно был гораздо быстрее и сильнее меня, но теперь я хотя бы могла его видеть.

– Просто послушай, - его голос тихий, серьезный, властный, вызвал волну дрожи, прокатившуюся от груди до самых кончиков палацев.
– Там, в Санкт-Петербурге, ты пришла ко мне. Пусть не было произнесено ни слова, но я, - палец Николса оторвался от моих губ и нежно обвел контур подбородка, немного корректируя его наклон таким образом, чтобы я смотрела мужчине прямо в глаза: - понял все до малейшей эмоции и жеста.

На последней фразе в глазах вампира полыхнул жаркий, всепоглощающий огонь.

– Я мог бы воспользоваться этим сейчас, - его голос стал еще тише. Палец от подбородка скользнул по линии шеи, будоража и волнуя.

– Сейчас ты как никогда беззащитна передо мной, в растерзанных чувствах, неуверенная в завтрашнем дне, подавленная и смущена свалившимися на тебя новостями. Сейчас твой разум далеко, мысли смешаны, ситуация неопределенна и непонятна. И единственное, что связывает тебя с прошлым - это я. Удобная ситуация, чтобы привязать тебя к себе, очаровать, усилить твои чувства, и больше никогда не отпускать, - жаркий шепот, заставляющий сердце пуститься в учащенный галоп.

– А-алекс, - выдохнул в волосы вампир, резко притянув к себе.
– Я хочу этого больше всего на свете. Ты не представляешь, как я этого хочу.

Николас замер на несколько секунд, вдыхая мой запах, наслаждаясь крепкими объятиями, моим учащенным сердцебиением и жарким дыханием. Но вот я на свободе, и мой собеседник уже опять в шаге от меня.

– Но я хочу, чтобы последний шаг ты сделала сама. Осознанно, без принуждения и влияния с моей стороны. Я не хочу быть хозяином, спасительным жилетом в мире неопределенности или просто временным гостем в твоей жизни. За тот период, когда мы не были вместе, я понял, что желаю большего, гораздо большего. А то, что между нами было, меня больше не устраивает. Николас взглянул мне в лицо: сильный, уверенный, твердо знающий, что ему нужно.

– Я хочу тебя всю, Алекс. Я хочу не только делить с тобой постель, но и жизнь: твои мысли, желания, взгляды. Я могу многое дать: свою любовь, заботу, знания, предоставить тебе различные возможности, предложить весь мир. Но и взамен я потребую не меньше. Я хочу, чтобы ты принимала меня такого, какой я есть. Я не ангел, не мил, и не скромен, возможно, иногда слишком требователен и властен, и я живу в определенном мире и в определенной прослойке. Чтобы изменить мою точку зрения, тебе придется доказать свою, аргументировать и отстоять. Я собственник и не позволю даже смотреть в другую сторону. Не тот, кем можно управлять и манипулировать. Зачастую мы будем сталкиваться с политическими решениями, которые могут претить твоей сущности, но так было, есть и будет в любом правлении. Я живу в этом мире. Хочешь его изменить, принимай участие, предлагай другие решения. И если они так же эффективны, я выберу альтернативу. Я не могу изменить свою сущность, но я хочу дать шанс нашим отношениям и готов приложить к этому максимум усилий.

Николас замолчал, давая мне возможность переварить услышанное. Затем продолжил.

– Думаю, это будет не просто, но разве в человеческих семьях компромиссы, умение договариваться, понимать, не являются залогом успеха семьи? Полная свобода - это одиночество, Алекс. Поверь, я знаю это не понаслышке. Любые отношение предполагают ответственность и обязательства, своеобразные уступки и компромиссы, но многие выбирают именно такую несвободу, так как она позволяет жить, а не существовать.