Чтение онлайн

Быстро справляюсь с дверным замком, буквально закидываю Нику в квартиру и сразу беру на абордаж хрупкое тельце.

Бросаю на постель, но теперь уже пресекаю каждую Никину попытку обнять меня или поцеловать.

Хватит с меня прелюдий.

Сбрасываю с себя джинсы с трусами. Становлюсь между её ног, резким движением задираю юбку к талии, а потом рывком разрываю на ней трусы, оставляя на коже розовые отметины.

— Марк, не спеши так, — жалостливо вскрикивает она подо мной.

— Это я ещё не спешу, — отвечаю, на сей раз надвое разорвав её топик. — Бля, что за вещи ты носишь? Они же рвутся от одного прикосновения.

— Да постой же ты! — пытается отпихнуть меня, смотря на меня испуганными глазами. Жертва вернулась.

И мне срывает планку к чертям собачьим.

— Ты пришла сюда зачем? — сгребаю её обе руки и стискиваю запястья в своей ладони, удерживая их над её головой. — Трахать мой мозг? Или чтобы я трахнул тебя?

— Но я… — дыхание её перехватывает то ли он нарастающего желания, то ли по причине того, что у неё начинается истерика. — Я думала, что будет как раньше.

— Сладенькая, как раньше уже не будет, — склоняюсь над ней и развожу коленом её ноги.

Я принуждаю её к сексу, практически насилую, но она не сопротивляется, не трепыхается и не отбивается ногами, хотя у неё имеется такая возможность.

Обхватываю ладонью член, а затем засаживаю ей по самые яйца. Ника вскрикивает, прикрыв глаза и задрав голову.

— Что-то на девственницу ты совсем непохожа, — сдавленно говорю, стремительно наращивая темп. — Не те ощущения.

— Ты упустил свой шанс, — сквозь стон отвечает.

По моим ощущениям дальнейших сопротивлений не предвидится. Я выпускаю её руки, даже позволяю ей накрыть холодными ладонями мою спину. Касания неприятны, они доставляют жжение.

— Маленькая врунья, — вырывается из меня, хотя за вуалью прячутся совсем другие слова: маленькая шлюшка, но пока не закончил начатое язык не поворачивается портить момент.

Заканчиваю я очень быстро, даже не обращаю внимания кончила ли она. Да и не тот случай совсем, чтобы думать о чужом удовольствии. Я бы мог довести её до оргазма другими способами, но сейчас во мне говорит только потребительское отношение.

Я скатываюсь с неё на подушку и моментально проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от телефонной трели, когда за окном уже светит солнце, напрочь выжигая мои глазные яблоки. Башка трещит, ничего не соображаю. Не помню даже как очутился дома.

Разворачиваю голову, и вижу на соседней подушке распластанную Нику. Абсолютно голую.

В ступоре замираю. Меня парализует ужас. Я надеюсь, что это похмельный глюк, но перед моими глазами начинают всплывать кадры прошлой ночи. Яркими вспышками они слепят меня и затмевают мой разум.

Я трахнул Нику. Я просто конченный дебил.

Не знаю почему, но мне вдруг становится тошно от самого себя.

Телефон тем временем не прекращает звонить, действуя мне на нервы. С титаническим усилием я подымаюсь с постели, ничуть не удивляясь тому, что и сам нахожусь полностью раздетым. Опускаюсь на корточки, поднимаю джинсы и в кармане нахожу свой телефон.

Гляжу на экран и моё сердце начинает изнывать. Её имя заставляет меня на собственной шкуре ощутить масштаб надвигающейся катастрофы.

Вика.

Дрожащими пальцами смахиваю вправо и подношу телефон к уху.

— Марк? Марк, ты слышишь меня? — спрашивает Вика, поскольку я так и не смог отлепить язык от нёба и как-то обозначить себя.

— Да, я слышу, — осипши произношу, но я практически уверен в том, что она не расслышала меня.

— Извини меня, хорошо? Я только сейчас увидела столько пропущенных от тебя, сколько в жизни никогда не видела…

Её будничный тон раздражает. Я предполагал она скажет, что между нами всё кончено, что она пожелала ничего не менять в своей жизни, по-прежнему оставаясь подстилкой моего папаши. Но нет. Для неё всё в порядке вещей, и это не требует никаких объяснений.

— Да ладно!? Правда что ли? — меня вдруг снова охватывает злость, на сей раз даже крепче, чем там, на пустыре.

Просто тогда я думал наши дороги разошлись. Вика поставила жирную точку, стоило ей запрыгнуть в отцовскую тачку и перелезть на заднее сиденье, но она решила позвонить и сказать мне такую чушь вроде того, что я стал рекордсменом по неотвеченным звонкам.

Да как она смеет звонить мне после всего и разговаривать со мной так, будто вчера ничего не произошло.

— Марк, я хочу извиниться перед тобой за вчерашнее, — навострю уши, подумав, что мы всё-таки подбираемся к сути и сейчас из её уст польются тупые оправдания. — Я поступила глупо. Мне правда очень жаль. Всё сразу навалилось, я была не в себе.

Да, так и есть. Банальные фразочки, ничего не значащие заученные словечки, на которые у меня аллергия.

Если не желал бы услышать главного, точно бросил бы трубку.

Была не в себе…

Ха!

Ты была не в себе, но в тебе очень даже побывали.

Рука самопроизвольно сжимается в кулак, стоит мысленно вернуться во вчерашний день и услышать отголоски её стонов, которые мне с трудом удалось заглушить, а тут ещё, как назло, Ника начала ворочаться.

Не хватало ещё, чтобы она сейчас проснулась и всё испортила. Что я несу? Как можно испортить то, что и так уже угроблено.

Надев трусы, отправляюсь в ванную, где плотно закрываю дверь и включаю воду в душе для создания постороннего шума.

— Марк, ты там? — взволнованно спрашивает Вика, так как я не подаю никаких сигналов. — Ты что-нибудь скажешь?

— Например? Что я должен сказать на то, что ты была не в себе? Ну была, да и ладно. Я тоже был не в тебе вчера, знаешь ли.

Тут же жалею, что ляпнул, не подумав. Но факт остаётся фактом. Что скрывать.

— Ты в обиде на меня, да? — её голос тихий, а тон подозрительный.

— А разве есть на что? Нет, всё прекрасно.

— Да ладно! Я же слышу по голосу, что ты всё ещё обижен на меня. Я сама была зла на себя, что даже… — ну, давай же, скажи мне правду. Осмелишься ли ты? — Я встретилась с твоим отцом вчера. И…. мы… мы поговорили с ним.

— Поговорили? И всё? — хмыкаю я, ощущая внутри вспышки ненависти, которые просятся на свободу. — Ну, и о чём же вы говорили? Наверное, это был очень интересный разговор.

— Марк, прекращай дуться уже! Мы разговаривали о тебе.