Чтение онлайн

Более того — вероятно даже догадался, что именно я собираюсь провернуть. И сейчас он вынужден будет это схавать. Полётов слишком дерзил на банкете, он сжег все мосты, не оставил себе путей к отступлению.

И он был прав, когда говорил, что у меня есть план. Собственно, пока что по этому плану все и шло.

Буранов уже однозначно за меня, Полётов тоже, просто потому, что других вариантов у князя нет...

Неплохо, для начала.

Я поднялся на ноги, прокашлялся, поднял руку призывая к тишине.

Когда тишина наконец воцарилась, и даже Франк Бонапарт изволил вернуть свой Императорский зад на скамью, я сообщил:

— Война — это правда плохое решение, дамы и господа. И избирать Михаила — идея не лучше, как вы наверняка уже сами убедились. Но и Павла Стального оставлять на троне никак нельзя. Не буду скрывать — если мы сегодня же не уберем самозванца и не разгоним Охранное Отделение, то и меня, и моего хорошего друга князя Полётова вероятно убьют. А мне бы этого, честно, не хотелось. Так что я предлагаю компромиссный вариант. Первое — Амазония должна быть куплена у Франции. Полётов анонсировал её покупку публично. И отказ от сделки теперь будет позором и бесчестием не только для Полётова, но и для Его Величества Императора Франции...

— Нагибин, я не продам вам Амазонию за миллиард, — перебил Бонапарт, — Даже не мечтайте.

— А никто и не говорит о миллиарде, — ответил я, — Я предлагаю вам десять миллиардов рублей, Ваше Величество.

Франк моргнул, магократия забухтела, Велесов прокричал:

— Да во всей Империи нет столько налика!

— Есть, — не согласился я, — У Павла Стального во дворце порядка пяти миллиардов рублей золотом. И это не бюджет России, дамы и господа, это его личная заначка. А оставшиеся деньги соберем с Дубравиных и Жаросветовых. Эти ублюдки — самые богатые кланы во всем мире, а не только в России. И они попили много нашей крови, они нанесли громадный ущерб Империи, поддержав безумного самозванца. Так что за это должны заплатить штраф. Либо мы их просто уничтожим. А если у них вдруг не хватит золота — то, я считаю, нам давно уже пора заняться консерваторами... Эти подонки тоже совершили немало мерзостей. Чего стоят одни их ритуальные убийства холопов и их погромы иностранных купцов. Если консерваторы так любят Россию — пусть изволят раскошелиться во имя Империи. Пусть докажут свою позицию делом.

Полётов, явно спешивший поскорее уладить дело, чтобы спасти свою задницу, кивнул.

Буранов и Велесов поддержали меня громкими криками.

Так. Трое у меня уже есть.

А вот остальные магократы определенно пребывали в растерянности.

— Хватит ли сил, Ваше Высочество? — деловито уточнил Меченосцев.

— Разумеется, — заверил я князя, — Все оружейное производство в стране в руках вашего клана. Так что недостатка в стволах у нас не будет. Как и недостатка в магической МОЩИ... Не забывайте, что у меня у единственного в мире восемьдесят восьмой ранг, дамы и господа. Мы всех разломаем. Особенно если нас поддержит Франция. Единственная проблема сейчас — Павел Стальной. Лишь он стоит между нами и троном...

— Я не понимать, а кто сядет на трон-то? — раздался звонкий голосок маленькой княжны Пожарской, по-русски девочка говорила с трудом, видимо родным для неё был французский, — Михаил же плохой. Кого короновать?

— Ну... — я выдержал небольшую паузу, ожидая пока магократы проорутся, ибо вопрос княжны на самом деле породил ажиотаж.

Лишь когда все заткнулись, я продолжил:

— Я смею предложить вам свою кандидатуру, дамы и господа. Посудите сами. Я Рюрикович, русский царь по праву крови. У меня восемьдесят восьмой ранг, так что я еще и Император по праву сильного. Я смогу защитить и себя, и Империю, и вас всех. Я смогу удержать власть. Смогу провести нужные реформы. В моей честности вы уже могли убедиться только что...

Я ведь мог просто скрыть от вас информацию о секретном договоре Михаила и Франка. Я мог бы продать вам свою долю в Амазонских концессиях, использовав этот инсайд, и озолотиться. Но я этого не сделал. Я был честен. И те, кто меня знает — баронет Шаманов, Великий Князь Полётов... Они могут подтвердить вам, что я благородный человек, ни разу не нарушивший слова магократа.

Я сражался с самозванцем с тех самых пор, как он узурпировал престол. Я спас невинных принцесс от казни. Я, рискуя жизнью, вытащил из Петропавловки скелет Петра Великого. Разве это не знак всем нам, что настоящий наследник Императора Петра здесь — я? Наконец, я гонял консерваторов, этих поганых ублюдков, еще со своего первого дня обучения в Царскосельском Лицее!

Ну и самое главное: канцлер Империи Лада Багатур-Буланова — моя жена. Так что никаких проблем со стороны Булановых по поводу моего воцарения не возникнет. Я — идеальный кандидат. Я — ваше будущее и ваши древние традиции одновременно. Наши традиции, дамы и господа. И если что-то из моих слов вызывает у вас сомнения — спросите Его Высочество Полётова. Он подтвердит вам.

Полётов активно кивал, на самом деле подтверждая каждое мое слово.

И зря, кстати. Тот же скелет Петра Великого из Петропавловки спасла Маша Головина, а никак не я...

Но Полётову, понятное дело, было сейчас не до достоверности изложенных мною фактов. Князю надо было скорее пихнуть на трон хоть кого-нибудь, хоть самого Лешего. В противном случае Полётову просто конец.

— Ладно, уговорили, — произнес Бонапарт, — В смысле — я согласен на десять миллиардов рублей золотом. Но сначала деньги, потом леса, понятное дело.

— Справедливо, — хмыкнул Полётов, — И на этот раз без всяких секретных договоров, разумеется.

— У меня секретных договоров с Его Величеством Бонапартом нет, — сообщил я, — Собственно, я впервые в жизни имею честь общаться с Государем Франции. Я с ним здесь сегодня и познакомился.

— И еще одно условие, — дополнил Франк, — В ваши русские дела я не лезу. Мне такой радости не надо, своих проблем хватает, дамы и господа. Так что с вашим самозванцем разбирайтесь сами.

— Устраивает, — тут же подтвердил Полётов.

Он было пошёл к Франку, чтобы обняться с французским Императором, как велела традиция, но потом спохватился и уступил эту честь мне.

Я обнял Бонапарта, мы пожали друг другу руки.

Рука у Его Величества оказалась потной и по-женски маленькой...

Магократия тем временем бухтела и активно обсуждала мое предложение, Полётов не вмешивался, только прислушивался к разговорам.

— Сейчас будем голосовать за Нагибина? — спросила по-французски княжна Пожарская Бонапарта.

Судя по всему, Император Франции был другом девочки. А еще я не ошибся — по-французски Пожарская на самом деле тараторила отлично, в отличие от русского, на котором изъяснялась с трудом.

— Думаю, что да, — ответил девочке Император, — И я, конечно, не имею права вмешиваться... Но я на вашем месте проголосовал бы за него. Нагибин — деловой человек. То что нужно для России.

— Я так и сделаю, — кивнула Пожарская.

Отлично!

Итого за меня уже Полётов, Буранов, Велесов и Пожарская.

Уже четверо. Неплохо, но мало, всего-то ублюдков шестнадцать...

И среди них есть совсем конченые подонки, типа герцога Кабаневича, который уже подбежал к Михаилу и тихонько с ним о чем-то переговаривался.

Вот Кабаневич за меня никогда не проголосует, в этом я был уверен на сто процентов. Что ему вопросы короны, когда он сражается с Мировым Злом — с Крокодилом?