Чтение онлайн

Я прикинул свои планы на ближайшие выходные, у Михалыча придется отпрашиваться.

– Хорошо, в субботу действительно самый лучший вариант. Во сколько?
– спросил я.

– Давай с утра, часиков в восемь?
– предложила Ольга Петровна.

– В восемь буду.

Всё время до утра субботы я немного волновался. Одно дело знать как делать, другое - делать. Время пролетело быстро, работа на овощаге хорошо так отвлекала от дурных мыслей. Кроме того, надо было подумать о больничном на сентябрь.

Вопрос с больничным, по моим воспоминаниям, можно решить через маму Вадика Уткина, которая как раз работала медсестрой участкового врача в нашей поликлинике. Вадик с мамой жили на первом этаже нашего дома. С этой семьей у меня были неплохие отношения. Вадик хоть и был младше меня на год, состоял в нашей дворовой компании. Я не сомневался, что смогу договориться с его мамой, развитые коммуникативные навыки из прошлой жизни мне это позволят, но была уверенность, что больничный через нее мне придётся делать не раз и лучше с самого начала хорошие отношения подкрепим недорогими подарками.

В четверг вечером я позвонил в дверь квартиры Уткиных.

– Вадик, привет!

– Привет. Леха!

– Мама у тебя дома?

– Дома, - ответил Вадик недоуменно, - А тебе зачем?

– Да проконсультироваться надо!
– ответил я.

– Да ты проходи, что в дверях то встал!
– с улыбкой заявил Вадик и убежал звать маму.

– Привет, Алексей, что хотел?
– вытирая руки полотенцем спросила меня Нина Васильевна. Судя по запахам, доносившимся из кухни, занималась она готовкой.

– Нина Васильевна, у меня проблема! Вы же знаете, что я в институт поступил?
– дождавшись ее кивка, я продолжил.
– Так вот, нас в колхоз 2-го отправляют на месяц, а я не хочу туда ехать, можно через вас как-нибудь больничный сделать?
– я сделал просящий вид и молитвенно сложил руки на груди.

– Х-м... Можно, конечно, но тебе всё равно надо в общем порядке взять талончик и прийти на прием.
– ответила она улыбаясь.

– 2-го числа буду, Нина Васильевна!
– уверил я её, попрощался и довольный направился домой. Одной проблемой стало меньше.

***

Вечером в пятницу созвонился с Ольгой Петровной, договоренности были в силе. Предупреждать отца о возможной задержке не стал, он вечером до воскресения уезжал на дачу. Заснуть долго не получалось, в голову лезли пессимистичные мысли, воображение рисовало совсем не радужные картины будущего.

Проснувшись утром в субботу, почувствовал себя полностью разбитым. Умылся, оделся и выпил чай на автомате, мрачное настроение не отпускало. Ночью прошел дождь и утренняя свежесть по дороге в техникум немного взбодрила.

Ольга Петровна уже ждала на вахте. Увидев её, я попытался взять себя в руки.

– Какого хрена? У тебя всё получится! Посмотри на эту женщину, у неё муж умирает! А ты тут рефлексией занимаешься! Ты дал ей надежду, она тебе поверила! Не смей раскисать! Возьми себя в руки!
– эти мысли мгновенно промелькнули у меня в голове...

И меня отпустило...

– Ольга Петровна, доброе утро!
– уже практически придя в себя, бодрым голосом поприветствовал я её.

– Доброе утро, Алексей!
– она улыбнулась.
– Пойдем.

Забрав пакеты с лекарствами в её кабинете, мы направились в лабораторию. Мыть оборудование пришлось больше двух часов, после чего мы решили сделать перерыв и попить чай в кабинете Ольги Петровны принесёнными ей пирожками с капустой. Процесс синтеза нового лекарства начался около одиннадцати часов утра и закончился после полуночи. Участие моей напарницы сводилось к "принеси-подай-засеки время", всю основную работу я делал самостоятельно. Моё сознание действовало практически самостоятельно, руки идеально слушались команд. В кратких перерывах Ольга Петровна интересовалась происходящим в данный момент и мне приходилось на бытовом языке объяснять ей тот или иной процесс и для чего он нужен.

Разглядывая белый порошок, получившийся в результате синтеза, Ольга Петровна спросила меня:

– Это оно и есть?

– Да, это оно и есть.
– ответил я устало.

– Как оно действует?

– Запускает в организме процесс регенерации.

– Это как?
– непонимающе посмотрела она на меня.

– Если говорить упрощенно, то человек выпивает этот порошок и организм самостоятельно начинает обновляться, переходит в идеальную форму для своего возраста и даже немного молодеет. Большинство болезней уходит, в том числе и раковые. Руки и ноги, конечно, не отрастит, но шрамы, я думаю, может затянуть точно. Всё, конечно, зависит от общего состояния организма, его "изношенности", внутренних резервов...

– Ты уверен?
– спросила с надеждой в голосе Ольга Петровна, думая, видимо, в первую очередь о своём муже.

– Александру Юрьевичу помочь должно точно.
– уверенно сказал я.

– Будем надеяться!
– прошептала она и добавила уже громче, - А испытания там всякие, на мышах, на добровольцах?..

– Ольга Петровна, если запускать это всё официально, уйдут годы, если не десятилетия, это ведь и вы понимаете прекрасно. В конце этих испытаний авторство у препарата уже будет другое, меня там явно не будет. Вы хоть представляете какие это деньги?
– сказал я, вспоминая своё будущее, как дико росла капитализация фармацевтических компаний при выходе их на рынок с новым лекарством, сколько аптек расплодилось к 2018-му - плюнь, не промажешь.

Я прекрасно понимаю её недоверие, но деваться ей было некуда. Мы все подсознательно верим в маленькое чудо, так почему оно не может произойти прямо сейчас и именно с нами?

– Всё я представляю, - отмахнулась она от моих слов, - Ты можешь дать гарантии, что это лекарство хотя бы не навредит?

Я почувствовал явное напряжение в её голосе.

– Давайте я прямо сейчас при вас его приму?
– улыбнулся я.

Ольга Петровна замялась на мгновение и утвердительно кивнула головой.

Я подошел к весам и отмерил один грамм вещества. Очень хотелось повеселиться - достать денежную купюру, демонстративно свернуть её трубочкой и втянуть белый порошок ноздрёй, но я себя сдержал, не та была ситуация. Но я понимал, что обстановку надо как-то разрядить, и после того, как высыпал лекарство себе в рот и запил остатками холодного чая, сделал вид, что меня начала бить мелкая дрожь. Руки тряслись, голова моталась из стороны в сторону, лицо перекосилось. Ольга Петровна бросилась ко мне с невнятным криком и я, не удержавшись, рассмеялся. Я схватил её за руки и сказал: