Чтение онлайн

– Зачем "экстрасенса" из себя строил?

– Не видел другого способа реализации препарата. А так мистика там, биополе, энергетические потоки... Проколов не было, даже с вами.
– я опять попытался улыбнуться, но полковник никак не реагировал.

– Почему никому не рассказывал о препарате?

– Страшно. Убьют ведь. Да и денег хотелось заработать.

– Я тебе зачем?

– Хотел предложить сотрудничество.
– я снова сделал паузу, чтобы собраться с мыслями. Виктор Петрович продолжал пристально меня разглядывать.
– Мне не нужна "крыша", которой просто платят процент с оборота или фиксированную сумму. Мне нужно сотрудничество с вами. Именно с ВАМИ, вашим специфическим опытом, связями, знаниями, а не с вашей конторой. Дело в том, что мои знания химии касаются не только лекарств, но и много чего ещё. Я прекрасно понимаю, что моя деятельность в качестве "экстрасенса", в любой момент может закончиться печально, как для меня, так и для моих близких. И мне, каким-то образом, надо "съехать" с этой "темы", или получить серьёзные гарантии безопасности. А помочь я могу в различных областях, сделав так, что Российские товары не будут иметь аналогов в мире.
– я опять сделал паузу и продолжил, - Только мне бы очень не хотелось жить под охраной где-нибудь на режимном объекте.

Я замолчал, и только сейчас почувствовал, как, несмотря на морозную погоду, капельки пота стекают у меня по лицу. Полковник молчал, но меня это уже не напрягало, что смог, я уже сделал.

– Да, всякого ожидал, но такое!..
– он направился медленным шагом обратно, в сторону моего дома. Я пристроился рядом.
– И что мне теперь с тобой делать?
– он мельком на меня глянул и снова погрузился в свои мысли.

Так, в молчании, мы практически и дошли до подъезда.

– Виктор Петрович, честно говоря, выглядите вы не очень, я это сразу заметил. Не отдыхаете совсем?
– я начал подводить его к последнему аргументу.

– Не получается. Телевизор смотришь?
– я кивнул, - Знаешь, что на Кавказе твориться, вот и у нас угроза терактов. Работаем круглосуточно.
– сказал он в пространство.

– Так может зайдёте на минуточку, на приём к "экстрасенсу"?..
– я улыбался, но внутри меня всё сжалось: согласиться - есть перспективы, нет - как повернётся...

Полковник на мгновение застыл, потом повернулся ко мне. Оглядев меня с ног до головы, словно видел в первый раз, произнёс:

– Ну ты и наглый! Сходу на порошок подсадить хочешь?
– а слышалось - "вербануть".

Я, продолжая улыбаться, сделал приглашающий жест рукой и пропустил Матанцева впереди себя в подъезд.

– Когда действовать начнёт?
– спросил полковник, выпив традиционный стакан, в который при нём был засыпан и размешан препарат.

– Максимум через неделю почувствуете.

– Пошли, проводишь.

Мы вышли из квартиры и встали на лифтовой площадке.

– По нашим делам.
– он откашлялся.
– Мне надо всё обдумать, прикинуть варианты. Не обижайся, но твои знания мне надо будет проверить. На счёт твоего бизнеса не волнуйся, моя визитка у тебя осталась?
– я кивнул.
– Можешь смело демонстрировать, в случае чего, звони. Встречаться придётся не раз, так что жди звонка.

Мы попрощались, он вызвал лифт, а я отправился в квартиру.

– Лёш, что за мужик, мент, что ли?
– спросил отец.

– С чего ты взял, пап?
– мне стало интересно.

– Сам улыбается, а глаза холодные.
– ответил он.

– Не, пап, не мент, комитетчик он.
– я улыбался.

– Что хотел, такой вежливый?
– отец не унимался.

– За жену благодарил, а я, под это дело, к нему под крылышко попросился.

– Работать, что ли, к ним пойдёшь?
– удивился отец.

– Да нет, это теперь наша "крыша"!
– серьёзно сказал я.

Родители покачали головой.

– Эти всяко лучше, чем менты!
– констатировал отец.
– Много запросил?

– Мы пока в процессе переговоров.

– Понятно. Пошли лучше чай с тортом попьёшь.
– и мы направились на кухню.

Весь вечер я думал над ситуацией с полковником. Можно было обойтись без этого? Однозначно, нет! В любом случае, рано или поздно, ко мне придут с предложением, подкупающим своей новизной! Лучше он, чем кто-либо другой. То, что Матанцев особо не заинтересовался процентом от деятельности "экстрасенса", скорее плюс, чем минус. Но, всё равно, червячок сомнений продолжал меня грызть. Утешало одно - сделал всё, что смог в сложившейся ситуации. Оставалось просто жить дальше, руководствуясь привычным девизом "Рассчитывай на лучшее, исходи из худшего!" Чтобы отвлечься от этих явно непродуктивных мыслей, заставил себя начать готовиться к сессии в юридической академии.

Первым экзаменом у нас шёл предмет "Система правоохранительных органов РФ" и по расписанию он был шестого января. Как и в моей "прошлой" жизни, одногруппники начали собираться у аудитории задолго до начала экзамена, около восьми часов утра. Я же не стал заморачиваться по поводу очереди, проигнорировав заверения однокурсников, утверждавших, что к концу экзамена положительные оценки у преподавателя могут и закончиться. Исходя из собственного опыта работы преподавателем, это было совершенно не так.

Было забавно наблюдать волнующихся одногруппников, нервно перечитывающих лекции и учебники, бросающихся толпой к каждому выходящему из аудитории с вопросом "Ну, как?" Естественно, что каждому хотелось получить максимально высокую оценку, и это было вызвано не только желанием подтверждения своего труда и интеллекта, но и сугубо материальными причинами - получением повышенной стипендии. Она хоть и была мала и составляла около восьмидесяти тысяч рублей, но явно была не лишней для большинства моих однокурсников.

Меня же эти экзамены реально напрягали. В подтверждении своих интеллектуальных способностей, а вернее памяти, я не нуждался, стипендия мне была не нужна, новых навыков по анализу информации и озвучиванию их преподавателю, я не получал... И я развлекался тем, что рассказывал анекдоты своим одногруппникам.

В туалете института. Голос из первой кабинки:

– Ну что, ты зачёт то сдал?

Голос из второй кабинки:

– Да нет. Этот козёл мне зачёт не поставил!

Голос из третьей кабинки:

– И не поставлю!

Или другой анекдот. На экзамене студент отвечает по своему билету. Преподаватель прерывает его словами:

– Давайте книжку.

Студент встаёт, с унылым видом расстёгивает пиджак, достаёт из-за пояса учебник по предмету и кладёт его на стол. Препод, разглядывая учебник, поднимает глаза на студента и заявляет:

– Да не эту книжку, а зачётную!

Все, конечно, посмеялись, но смех был скорее нервным.

Настала и моя очередь заходить в экзаменационную аудиторию. Вытянув билет, я направился на свободную парту готовиться. Надо отметить, что препод - Головко Николай Викторович - был фигурой одиозной. Военный пенсионер, полковник военной прокуратуры, он отличался специфическим чувством юмора. Не раз на лекциях и семинарских занятиях, выдавал такие перлы, что наши девушки краснели, а парни смеялись до слёз. Была у него и слабость - всё, что связанно с армией. Вот этим я и воспользовался, чтоб гарантированно получить максимально высокий балл, к месту и не к месту упоминая различные органы военной прокуратуры по округам и гарнизонам, подчёркивая их значимость и важность. На Николая Викторовича было приятно смотреть - он развалился на стуле, прикрыл глаза и улыбался. Когда я закончил отвечать и замолчал, со стороны преподавателя не последовало никакой реакции. Глаза остались прикрыты, улыбка сделалась ещё больше. "Как бы он меня на пересдачу не отправил, чтоб ещё разок кайфануть! От этих военных ещё и не того можно ожидать!" - промелькнуло у меня в голове. Мои одногруппники, такое ощущение, бросили подготовку по своим билетам и ждали реакции препода. Наконец, Головко отмер, качнулся на стуле вперед, нашел мою зачётку, расписался в ней, закрыл, и протянул мне. Попрощавшись с ним, я вышел из аудитории и открыл зачётку. Оценка "отл" меня вполне удовлетворила.

В моё отсутствие, в коридоре, одногруппники, уже сдавшие экзамен, обсуждали, как это всё дело отметить. Было принято решение, что сие действо будет проходить в столовой академии, а поможет в этом бренди "Слынчев Бряг" - болгарское пойло, продававшееся в каждом ларьке. Сначала я хотел отказаться от столь увлекательного времяпрепровождения, но, подумав, согласился. А руководствовался я вот какими мыслями.

Моя легализация в 94-м, а теперь и в 95-м, прошла успешно. Ни у кого не возникло сомнений в том, что я - это я, образца 94-го года. Чем я занимался всё это время? Фактически работал. Сначала на овощебазе, потом "экстрасенсом", академия, опять же, воспринималась мной как работа... Я никуда не ходил, ни с кем не встречался, круг моего общения был крайне узок. Встречи с Леной можно не брать в расчёт. Надо это срочно исправлять! Куда-нибудь с кем-нибудь сходить, посидеть в компании, пофлиртовать с "чужими" девушками... Решено!