Чтение онлайн

Начинает смеркаться, и я понимаю, что сладкий момент подходит к концу.

Телефон несколько раз вибрирует, но я даже не смотрю на экран, потому что не хочу, чтобы кто-то сейчас вторгся в минуты нашего единения.

— Ариэль, может, вам следует вернуть всё на свои места? Или забрать сестру к вам с отцом? Мне уже надоело считать дни до твоего возвращения. Я же иссохну от тоски.

— Ты тоже об этом подумал? У меня была мысль забрать сестру, но я пока не знаю, что она сама об этом думает.

— Она только обрадуется. Вряд ли она сейчас скучает по маме. Она светится рядом с отцом.

Ещё бы!..

Тем более у мамы тут своя личная жизнь в самом разгаре. Будет ли она удерживать дочь или отпустит? Думаю, что мне следует поговорить с ней и во всём признаться, но понимаю, что сестра пока не готова к возвращению.

Я ничего не отвечаю на вопрос Кэша, просто надеваю шлем, сажусь на байк и наслаждаюсь последними минутами, которые мы проведём вместе перед очередной разлукой.

Остановившись недалеко от дома, Кэш помогает мне спуститься, забирает шлем и притягивает меня к себе.

Кажется, я получила сегодня громадную порцию обнимашек, но даже этого мало. Хочу ещё… Чтобы они никогда не заканчивались.

— Я не планировала сегодня лить слёзы, поэтому лучше пойду. Ладно? Мне осталось совсем немного. Убежусь, что Синица действительно отстанет от Аньки, да и все остальные будут уважать мою сестру, а потом вернусь. Ну либо мы поговорим с родителями… Не знаю, что случится раньше, — тараторю я, стараясь подавить в себе грусть.

— А может, мне следует самому поговорить с вашим отцом? Он придумает, как вам помочь?

— Нет! Не вздумай! Вдруг он разозлится? Я должна быть уверена, что сестра будет готова дать отпор, иначе всё обернётся хуже, чем мы планировали. Пообещай, что не станешь этого делать и продолжишь готовить её?..

— Обещаю… — выдыхает Кэш, опустив голову.

— Позвони мне, как только вернёшься домой. Я ведь буду волноваться.

— Обязательно. Но для начала остановлюсь где-то на ночлег.

— Я бы предложила тебе тайком забраться в дом, но боюсь, что это ничем хорошим не закончится.

— Да, я тоже сомневаюсь, что нам следует спать в одной постели, — посмеивается Кэш.

— Что? Я же не предлагала!.. Да ты!..

Лицо покрывается пунцовыми пятнами.

О чём он только подумал? Я ведь не это имела в виду!

— Всё… Я ухожу…

Разворачиваюсь и иду к дому, но далеко уйти не успеваю.

— Ариэль! — окликает меня Кэш, я останавливаюсь и разворачиваюсь, а он быстро сокращает расстояние между нами и обхватывает моё лицо ладонями. Мелкая дрожь бьёт всё тело. Я медленно прикрываю глаза, но не происходит то, к чему приготовилась… Кэш просто чмокает меня в губы и отстраняется. — Запомни, если этот мажор посмеет к тебе хоть пальцем прикоснуться, я его закопаю!.. Пусть ждёт возвращения Ани, если действительно влюбился.

С этими словами Кэш отпускает меня и возвращается к мотоциклу.

Мне кажется, что в стороне соседнего дома мелькнула блондинистая шевелюра золотого мальчика, но это ведь только показалось? Он же не может постоянно следить за мной? Это уже маниакальностью попахивает! С этими мыслями возвращаюсь в дом, готовясь встретиться с тирадой возмущений от матери. Аня ведь никогда не возвращалась домой в такое время!..

Удивительно, но возмущённая гарпия в лице матери меня не встречает. Удаётся проскользнуть наверх, где уже стоит сумка со школьными принадлежностями. Бабуля. Я улыбаюсь, выглядываю в окно, хоть и знаю, что Кэш уже уехал. Сев на компьютерный стул, скрещиваю руки на груди и прикрываю глаза. Таинственная нежность переполняет меня, но вместе с ней приходят сомнения. Я стала всё чаще задумываться, что именно чувствовала к Кэшу. И не понимала себя. Мне приятны его прикосновения, объятия. С ним привычно и хорошо, но те ощущения во время танца с золотым мальчиком… они смутили меня. Мотаю головой, чтобы избавиться от наваждения. Ещё не хватает мне вспоминать противный танец!..

Тихий стук в комнату приводит в чувство.

— Открыто!

Наверняка это бабуля. Хочется рассказать ей, как прошёл день, но на пороге стоит мама с подносом в руках.

— Я думала, что ты проголодалась.

Ого-о… Она решила принести ужин прямо в комнату. Это что-то новенькое. Интересно, делала ли она так раньше? Приносили ли еду Аньке? Заботилась ли о ней?

— Спасибо. Действительно. День пролетел незаметно.

Желудок урчит, когда мама ставит поднос на стол, а мой взгляд падает на два отварных яйца, разрезанных пополам и посыпанных зеленью, и аппетитный сэндвич с малосольной рыбой. От травяного чая исходит приятный аромат. Я обхватываю кружку руками, притягиваю к губам и делаю небольшой глоток, чтобы просмаковать вкус. Лёгкая кислинка ничуть не портит его, разбавляет и делает более насыщенным.

Мама присаживается на край кровати.

— Как ты себя чувствуешь?

Мама говорит тихонько, словно прощупывает почву.

— Всё нормально. Ты даже не будешь ругаться, потому что я вернулась позже времени?

Отрицательно покачнув головой, мама теребит края белоснежного свитера. Неужели ей холодно? Вроде бы в доме тепло…

— Я не виню тебя. Сегодня ты пережила сильнейшее потрясение. Я доверяю тебе и знаю, что ты не станешь связываться с сомнительными ребятами. Если ты гуляла с кем-то, значит, этому человеку можно доверять.

Ого!.. Неожиданно!

Ненадолго рука с сэндвичем повисает в воздухе.

— Я знаю, что тебе хотелось победить на соревнованиях. Ты могла оставить Свету, но не сделала этого. Врачи сообщили, что пара минут промедления негативно сказалась бы на дальнейшем прогнозе.

— Она пришла в себя?

— Да, пришла. Пару недель ей теперь придётся провести в больнице. Всё-таки нагрузка на сердце была большая. Всё обошлось только благодаря тебе. Георгий спросил, чего бы ты хотела. Ему хочется отблагодарить тебя.

— Ничего. Это нормально. Так поступил бы любой человек на моём месте. Если Синица действительно перестанет нападать на Ан… м-меня, то мы будем в расчёте.

— Ты слишком добрая, милая, — улыбается мама.

Вижу, что на её ресницах дрожат слёзы, но женщина умело скрывает их.

— Мне хочется попросить у тебя прощения, ведь… утопая в работе, я не понимала самого главного — жизнь слишком коротка и хрупка. Ты уже превратилась в такую красивую взрослую девушку, а я не успела даже запомнить, какой ты была в первом классе. В прошлом случилось столько всего… Чувство вины пожирало меня изнутри, и я не могла сосредоточиться на твоём воспитании. Обман с каждым годом креп ещё сильнее, как и вина, превратившая моё сердце в камень. И теперь я понимаю, что упустила самое главное. Я не видела почти, как ты становилась такой доброй… как ты росла.

Эй!

Притормозите коней!

Эти слова должна Анька услышать, а не я.

Может, мама решится на откровенности позднее?

— Мам, не нужно. Правда. Всё нормально. Мы могли бы вернуться к этой теме чуть позже. Я и без того устала сегодня, перенесла серьёзный стресс.

Я отправляю в рот половинку яйца и с наслаждением причмокиваю губами. Желток был вынут, перемешан с майонезом и чесноком, а потом им снова начинили белок. Как же это божественно! Папа тоже любил готовить такую вкусняшку по праздникам.