Чтение онлайн

– Петр, вам не приходило в голову обратиться в полицию?! – В сердцах, раздраженно спросила Женя, с трудом сдерживаясь, чтобы не схватить деверя за плечо и больно ущипнуть, чтобы привести в чувство. Ну разве можно быть таким инфантильным?!

– Дело в том, что между нами существует договоренность, – тоном школьника-отличника, выпрямившись и как-то подобравшись, словно для того, чтобы подчеркнуть серьезность момента, произнес Петр: – Меня предупредили, чтобы в случае, похожем на этот, я не обращался в полицию в течение месяца.

– Вы серьезно? – нервно гоготнула Женя. – Целый месяц бездействовать, и это при том, что человек может находиться бог знает где! Его могли похитить. Его могли ударить по голове, и он может находиться без памяти в какой-нибудь больнице… Да мало ли что могло с ним случиться?! Не знаю, как вы, но я немедленно еду в Москву и занимаюсь поисками мужа!

– Да он же меня убьет! – истерично вскричал, вскакивая со своего места, Петр. В эту минуту он был похож на сумасшедшего старика, и Женю взяла оторопь. Какая странная реакция?

– Вы ведь что-то знаете, да? Да?! Говорите немедленно!!!

– Да. Знаю. Он звонил мне вчера. С незнакомого номера. Сказал, чтобы я успокоил тебя. Что он работает. Что не может выйти на связь. Что его клиенту угрожают, что они скрываются… Вот. Уф… Вот, я все и сказал.

– Значит, жив? – просипела Женя и разрыдалась. – Какой же вы, Петр… Ненавижу вас! Вот просто ненавижу!!!

И с этими словами она, словно с нее сняли груз, и ей стало легче дышать, бросилась к Петру и обняла его.

Вот они, силы! Словно кровь прилила к ногам, рукам, голове, да так, что Женя словно услышала ее шум. Такой странный звук, как если бы в голове пошел дождь!!! Такое это было волшебное чувство, похожее на счастье обретения. Или воскрешения. Хорошо, что людям не дано подглядывать в чужие мысли, подсматривать воображаемые картины других людей. Вот бы Петр ужаснулся, заглянув в голову Жени и увидев на необъятных просторах ее воображения свежевырытую могилу на кладбище с до боли знакомым портретом…

Да, именно туда и привели ее страхи. Она так четко все увидела, что от страха у нее чуть сердце не остановилось. Уж лучше гарем, чем кладбище, решила она моментально, отгоняя от себя жуткие кладбищенские пейзажи.

– Значит, так, – она оглянулась и, поджав губы, произнесла: – Вызываем Галину Петровну.

– Она уехала, ее нет, – развел руками Петр. – Иначе разве довел бы я дом до такого свинского состояния?

– Тогда делаем так. Вы сейчас же идете к себе и приводите себя в порядок. Бреетесь, моетесь, надеваете чистую нормальную одежду, но только не халат! – Произнося последнее слово, она нервно взвизгнула.

– Ну ладно… – От ее приказного, не терпящего возращения тона брови Петра взметнулись вверх. – А чего кричать-то?

– Извините. Но просто ваш халат… Как бы это помягче выразиться… Вы же мужчина, негоже ходить по дому в халате до пят. Есть же у вас какие-нибудь приличные спортивные брюки, футболка. Или, еще лучше – шорты!

– Да все у меня есть… – пробурчал Петр, лицо которого между тем выражало странную смесь лукавства и радости. – А что это у вас за коробки?

– Куклы. Но все потом. У меня припасена для вас отличная, прямо-таки захватывающая история. Но для начала надо привести в порядок дом.

– Будете вызывать клининговую компанию?

– Нет. У меня есть получше вариант.

И она позвонила Антонине. Сказала, что есть возможность хорошо заработать всего лишь за несколько часов. Понятное дело, что она и без того могла бы дать подруге денег, сколько нужно, но вряд ли Тоня взяла бы их просто так. Хотя, с другой стороны…

– Женя, Женечка, да какой разговор? Конечно, приеду и помогу! И чтобы я ни слова не слышала о деньгах! Ты столько заплатила за эту взятку чиновнику, чтобы Лебедева не посадили, да еще и на свадьбу моей племяннице дала!!! У меня как раз сейчас белье постиралось, сейчас повешу – и сразу к тебе!

Антонина жила в самом Подольске. Легкая на подъем, мобильная и отзывчивая, к тому же невероятно ответственная – практически гениальная подруга!

– Спасибо тебе, Тонечка.

Она оглянулась – Петра уже не было. Не иначе как отправился сбривать свою кошмарную бороду.

Кто такая эта Ольга?

Мила, девушка двадцати двух лет, весь последний год жила только любовью к своему парню Игорю. Если бы ей кто сказал, что можно вот так любить, так потерять голову, так пресмыкаться перед мужиком и быть готовой ради него на все, она бы расхохоталась этому человеку в лицо. Любовь. Какое это, однако, опасное чувство. Вот видишь Игоря, и сердце начинает колотиться бешено, того гляди разобьется внутри от собственных ударов. И колени подкашиваются. А уж когда она ждет вечером звонка в дверь, то, услышав его, чуть не подскакивает с дивана и на трясущихся ногах несется открывать. И не дай бог, это не Игорь, а соседка пришла за солью или еще кто. Обложит матом – мама не горюй! Она совсем потерялась, растворилась в нем, и самым главным для нее стало видеть его. Вот просто необходимо было, чтобы он был рядом. Пусть даже не обнимает, а просто сидит на диване перед телевизором и ест или пьет пиво. Главное, что он у нее дома, на ее диване, а это значит, что хотя бы в данный момент он принадлежит только ей.

Они расстались очень странно. Он просто исчез, перестал отвечать на ее звонки, ну и сам, понятное дело, не звонил. Конечно, он мог заболеть или уехать, но мог бы как-то сообщить.

Ядовитая и болезненная мысль, что ее просто бросили, как это случается всегда и со всеми (в чем Мила была просто уверена, поскольку жила не в лесу, и всех ее подруг рано или поздно парни бросали), вызвала бессонницу и злость. И злилась она прежде всего на себя. Она отлично помнила их последний разговор. Игорь, прирожденный бизнесмен, человек серьезный и ответственный, у которого в голове скопились уже десятки простых и вместе с тем гениальных бизнес-планов, спросил ее, когда уже наконец ей заплатят обещанные деньги. За какую работу и кто должен заплатить, он не знал. Она не стала его посвящать, потому что не видела в этом смысла. К тому же, скорее всего, он просто бы посмеялся над ней. Но и промолчать тоже не могла, ей важно было сообщить ему о том, что она готова помочь ему, готова дать денег на бизнес. К тому же деньги на самом деле ей были обещаны немалые, пять тысяч евро. Другое дело, все не так-то быстро делается, и никто не знает, когда именно ей придется сделать определенную работу, чтобы заработать эти деньги. Сказали – примерно через пару недель. Вот и получается, что она в глазах Игоря выглядела болтушкой. Наговорила, наобещала, а сама ничего не дала. Но неужели он бросил ее именно из-за денег?

Первые пару дней она места себе не находила, бродила по квартире, прижав к лицу его свитер, который пах его кожей и одеколоном, и играла с собой в игру – разговаривала с Игорем, как если бы он был в квартире. Звала его ужинать, рассказывала ему какие-то свои истории, подходила к двери ванной комнаты и спрашивала, принести ли ему полотенце, и находила еще много разных способов самообмана, чтобы почувствовать себя хотя бы немного счастливей.

Мила временно не работала в ожидании крупного заработка, а потому маялась от безделья и от невозможности поговорить с кем-нибудь об Игоре. Конечно, у нее была парочка подруг, еще с юности, но обе девчонки хорошо устроились в жизни, у них уже были семьи, благополучные мужья и дети. На их фоне Мила, как ей казалось, сильно проигрывала. Поэтому встречаться с ними у нее не было никакого желания. О своей любви и о том, что ее бросил парень, она могла бы поговорить, к примеру, с коллегой по работе, такой же неустроенной и простой девчонкой, как и она, вкалывавшей либо кассиршей в супермаркете или стригущей волосы в парикмахерской. Тем более что опыт работы на подобных местах у нее уже был, и она отлично знала, какой там обитает народ. Выпили бы с такой же неудачницей или брошенкой, поговорили, она бы ей душу и излила, а потом и поплакали бы на пару. А так… нет, не с кем поделиться своей болью. Вот устроит она свою жизнь, разберется во всем, придумает, как ей поступить, тогда все вокруг изменится, да и плакаться кому бы то ни было не будет нужды.

Обычно она не отвечала на звонки с незнакомого номера. Но на этот почему-то решила ответить. Уже готова была обложить матом первого, кто предложит ей кредит. Вот просто так, чтобы им там, работающим в банках, не так сладко жилось.

Но звонили не из банка. Девушка назвала ее по имени и сказала, что хочет с ней поговорить. Что это срочно, и что речь пойдет об Игоре.

Услышав имя любимого, Мила вспыхнула, физически ощутила, как ее бросило в жар. Наверное, звонят из больницы, где находится Игорь.