Чтение онлайн

Дядя Миша вытянулся по стойке смирно:

— Очень приятно, товарищ преподаватель! Извините за свои неудачные переводы, я же не специалист.

— Ничего страшного, Михаил Иванович, — мягко сказала Елена Карловна. — Вы хотя бы попытались помочь. А теперь давайте вместе разбираться.

Она взяла одну из инструкций и начала изучать титульный лист:

— «Beregnungsmaschine DM-100 „Fregatt“» — дождевальная машина ДМ-100 «Фрегат». «Montage- und Betriebsanleitung» — инструкция по монтажу и эксплуатации.

Дядя Миша внимательно слушал, записывая правильные переводы в блокнот:

— А я это читал как «боевая машина». «Betrieb» мне показалось похожим на «штурм».

— «Betrieb» означает работу, эксплуатацию, — объяснила Елена Карловна. — А «штурм» будет «Sturm». Созвучно, но смысл совершенно другой.

Володя Семенов подошел с конкретным вопросом:

— Елена Карловна, а вот эта схема электрооборудования? Что тут написано про подключение?

Учительница изучила чертеж с немецкими обозначениями:

— «Elektrischer Anschluss» — электрическое подключение. «Spannung 380 Volt» — напряжение 380 вольт. «Erdung erforderlich» — заземление обязательно.

— А дядя Миша переводил это как «электрическая атака напряжением», — рассмеялся Володя.

— Понятная ошибка, — улыбнулась Елена Карловна. — Слово «Anschluss» действительно может означать и подключение, и присоединение в военном смысле.

Мы провели остаток дня, изучая документацию под руководством Елены Карловны. Постепенно из хаоса военной терминологии дяди Миши складывалась стройная картина технического устройства.

— Вот раздел про регулировку расхода воды, — переводила учительница. — «Wassermengenregelung durch Duseneinstellung» — регулировка количества воды настройкой форсунок.

— А я это понял как «водное наступление через позиции огня», — смущенно признался дядя Миша.

— «Duse» это форсунка, сопло, а не огневая позиция, — терпеливо объяснила Елена Карловна. — И «Einstellung» не позиция, а настройка, регулировка.

К вечеру она перевела основную часть инструкции по сборке первой машины. Елена Карловна работала быстро и точно, объясняя не только перевод, но и техническую логику.

— А можете остаться на несколько дней? — спросил я. — Работы еще много, а без правильных инструкций машины не запустить.

— Могу остаться на выходные, — согласилась учительница. — В понедельник нужно вернуться к урокам. Но основное успеем перевести.

Галя предложила практичное решение:

— Елена Карловна, переночуйте у меня. Комната свободная есть, а завтра с утра продолжим работу.

— Спасибо, — поблагодарила учительница. — А то добираться домой далеко, время потеряем.

Дядя Миша подошел к Елене Карловне с блокнотом, исписанным правильными переводами:

— Товарищ преподаватель, а нельзя ли мне немного поучиться? А то стыдно перед людьми за свои ошибки.

— Конечно можно, — отозвалась Елена Карловна. — Технический немецкий не так сложен, если знать основные термины.

— А может, и другим желающим курсы организовать? — предложил Володя. — У нас еще импортного оборудования будет поступать.

— Отличная идея, — поддержал я. — Елена Карловна, не согласитесь ли вести заочные курсы технического немецкого? Приезжать по выходным, обучать наших специалистов.

Учительница задумалась:

— В принципе, можно попробовать. Это же полезное дело. И мне самой интересно поработать с технической документацией.

— Тогда решено, — объявил я. — Завтра начинаем сборку первой машины по правильно переведенной инструкции. А Елена Карловна становится нашим постоянным консультантом по немецкому языку.

Дядя Миша радостно потер руки:

— Вот это дело! Теперь я наконец немецкий как следует выучу. В войну не до учебы было, а теперь время есть.

— А я составлю словарь технических терминов, — добавила Елена Карловна. — Чтобы другие специалисты могли пользоваться.

К концу дня проблема с переводом была не только решена, но и превратилась в возможность для развития. Вместо хаотических военных терминологий у нас появился профессиональный переводчик и перспектива создания курсов технического немецкого языка.

Субботнее утро встретило нас ясной погодой и температурой плюс двенадцать градусов. Я проснулся с предвкушением важного дня,

Сегодня предстояла первая сборка импортной дождевальной машины по правильно переведенной документации.

После завтрака я направился к площадке возле МТМ, где была разложена первая машина. Володя Семенов уже стоял возле центральной опоры с папкой переведенных инструкций и набором слесарных инструментов в металлическом ящике.

— Виктор Алексеевич, — доложил молодой инженер, — изучил переводы Елены Карловны всю вечер. Теперь все понятно! Сборка начинается с установки центральной башни.

Рядом с ним суетился Железняков в рабочем комбинезоне и каске желтого цвета, распределяя задания бригаде монтажников. Четыре опытных слесаря в ватных куртках и резиновых сапогах изучали компоненты машины.

— Степан Кузьмич, — обратился я к прорабу, — фундамент готов?

— Готов, — кивнул Железняков, указывая на бетонное основание диаметром три метра и глубиной полтора метра. — Залили позавчера, бетон набрал прочность. Анкерные болты установлены по немецким чертежам.

К нам подошла Елена Карловна в рабочем комбинезоне темно-синего цвета, который ей дала Галя. Волосы убраны под косынку, в руках папка с переводами и немецко-русский словарь технических терминов.

— Доброе утро, — поздоровалась учительница. — Готова консультировать по любым вопросам перевода.

Дядя Миша появился с блокнотом, в котором аккуратно переписал все правильные переводы немецких терминов. Ветеран был в рабочей одежде, но с орденскими планками на груди, видимо, считал сегодняшний день особо торжественным.

— Товарищ преподаватель, — обратился он к Елене Карловне, — вчера вечером выучил тридцать технических слов! «Der Motor» — двигатель, «die Pumpe» — насос, «das Rohr» — труба.