Чтение онлайн

Но день, который мы провели на винодельне «Салишанские подвалы», осматривая ее и выслушивая идеи свадебного организатора? Это было очень весело. В основном потому, что Одри была взволнована, как щенок. Я не мог налюбоваться ее большими, яркими глазами и улыбкой. Казалось, она была счастлива за нас обоих. И все, что делало ее счастливой, того стоило.

Поэтому я был рядом, когда она просила, и оставался дома, когда она этого не делала. К счастью, мое присутствие не требовалось при выборе платьев для подружек невесты, и она вместе с Сандрой, Мэриголд и ее мамой отправилась на примерку. Очевидно, мне не разрешалось видеть ее до самого торжественного дня, так что неважно. Я ремонтировал свой старый дом. Мне нужно было подготовить его к сдаче в аренду.

К тому же у нее была Мэриголд, которая, по словам Одри, была свадебным экспертом. Это не имело смысла для меня, учитывая, что Мэриголд никогда не была замужем, но что я знал? Может, это просто означало, что Мэри нравятся свадьбы. И если подумать, она помогала планировать свадьбу моей сестры, так что, видимо, это было как раз в ее вкусе.

Жаль, что она никогда не была замужем. Она была милой девушкой. Казалось бы, для нее должен бы найтись хороший парень.

Но когда речь заходила о дегустации тортов, это было само собой разумеющимся. Я участвовал. И дело не в том, что у меня было свое мнение о вкусах тортов. Она могла выбрать любой. Но это были торты, и они позволят нам попробовать? Я в деле.

Я должен встретиться с ней в пекарне в пять тридцать. Я проверил время. Чуть больше пяти. Закари и Люк приехали в дом — тот самый, в котором я жил раньше, — чтобы помочь мне установить новые кухонные шкафы. Закари обычно был не прочь подзаработать, особенно если был свободен, а Люк был в доме моих родителей, когда я попросил Закари. Он время от времени помогал мне с ремонтом и предложил свою помощь. Я оценил это. Втроем дело пойдет быстрее, тем более что папа был занят.

Мы остановились на белых шкафах, поскольку кухня была маленькой и все остальное смотрелось бы слишком темным. Дом уже выглядел значительно лучше, чем, когда я в нем жил, что немного смущало. Если честно, меня это не очень волновало. Но теперь, когда я жил в доме, который действительно был закончен, контраст был очевиден.

Мы с Люком принесли из гаража один из нижних шкафов и поставили его на пол.

Он скрестил руки. — Почти готово.

— Мне пора заканчивать, — сказала я. — Мне нужно кое-где быть.

— Звучит неплохо. Я могу прийти завтра, если тебе понадобится еще помощь. Хотя бы на несколько часов.

— Спасибо. Зи, а что насчет тебя?

Закари жевал жвачку. — Извини, не могу. У меня работа.

— А я-то думал, что ты жаловался на то, что твой клиент отказался от тебя, — сказал Люк.

— Нет, это кое-что новенькое. Какой-то богатый иностранец строит особняк на реке к северу от города.

— Мило. Как тебе удалось его заполучить?

Закари пожал плечами. — Он нашел меня. Позвонил и спросил, хочу ли я заработать. Очевидно, да.

— Почему какой-то богатый чувак платит тебе неофициально? — спросил Люк.

— Не знаю, — ответил Закари. — Мне все равно.

— Звучит подозрительно.

— Все в порядке, — сказал Закари.

Возможно, он был прав. Но богатый парень, строящий особняк за городом? Я удивился, что не слышал об этом. Это было бы как раз то, что заставило бы Тиликум гудеть от сплетен.

Потом я вспомнил, что не общаюсь с людьми. Это все объясняло.

Люк достал из кармана телефон и нахмурился.

— Что случилось? — спросил Закари.

— Тетя Луиза. Она не оставляет меня в покое из-за этой девушки.

— Что с ней не так?

— Я не знаю и не хочу выяснять, — сказал Люк. — После случая с Джилл я ей не доверяю.

Закари хмыкнул.

Люк бросил на него взгляд, а затем убрал телефон в карман. — Во сколько завтра, Джосайя?

— В восемь.

— Понял. Увидимся.

Я достал из бумажника немного денег и протянул их Закари. — Спасибо.

Он не взял купюры. — Нет, спасибо. И если я закончу раньше, я позвоню. Убедиться, что вы справились.

— Спасибо, приятель. Увидимся позже.

Я вышел вслед за братьями, запер за собой дверь и поехал к Одри. Наверное, мне стоило оставить больше времени, чтобы заехать домой и переодеться перед встречей в пекарне. Слишком поздно для этого. Я быстро понюхал подмышку. Я был не совсем чист, но от меня не воняло. Этого достаточно.

Пекарня «Ангельские пирожные» находилась в центре города, в здании, раскрашенном под десерт. Одри уже была там. Я припарковался рядом с ее машиной и вошел внутрь.

Если у рая и есть запах, то это запах пекарни. Как только я вошел, на меня повеяло сладким и приторным ароматом с нотками ванили.

Одри ждала у прилавка с Максом на поводке. Он увидел меня первым и рванул вперед, видимо, забыв, что привязан к маме. Он чуть не протащил Одри через весь вестибюль.

— Ух ты, Макс, — сказала она со смехом. — Осторожнее.

Я погладил его голову, затем обхватил Одри за талию и притянул ее к себе, чтобы поцеловать. Я глубоко вдохнул ее запах. Она пахла лучше, чем пекарня.

— Привет, — сказала она. — Я скучала по тебе.

— Я тоже по тебе скучал. — Я снова поцеловал ее.

— О, хорошо, ты приехал. — Хозяйка, Дорис Тилберн, вышла с большим подносом образцов пирожных. Ей было не меньше семидесяти, но она не теряла форму. Ее седые волосы были заплетены в косу, а на ней был белый фартук с надписью: «Ангельские пирожные». — Присаживайтесь вон там, и мы начнем.

Мы сели за маленький столик. Одри пыталась уговорить Макса сесть, но он, виляя хвостом, каждый раз снова вскакивал, когда его задница касалась пола.

— У меня есть кое-что для тебя, хороший мальчик. — Дорис достала из кармана фартука собачье лакомство. — Ты ведь знал, что оно там, не так ли? Хороший мальчик.

— Очень мило с вашей стороны, — сказала Одри. — Спасибо, Дорис.

Макс уселся со своим угощением, а Дорис поставила поднос с образцами на стол.

— Не торопитесь, — сказала Дорис. — Маленькие карточки расскажут вам о вкусах. И имейте в виду, что мы можем смешивать и сочетать некоторые из них, если вы захотите. Дайте мне знать, если у вас возникнут вопросы.

Она вернулась за прилавок, оставив нас с образцами тортов.

Мы пробовали их один за другим. Все они были вкусными. В основном мне просто нравилось наблюдать, как Одри откусывает каждый кусочек, как ее губы смыкаются вокруг вилки. Ее глаза ненадолго закрывались, как будто ей требовалась вся ее концентрация, чтобы решить, нравится ей это или нет.

Когда она попробовала лимон, то издала стон, от которого мне захотелось увезти ее домой. Немедленно.

— Тебе нравится этот? — спросил я.