Чтение онлайн

– Наконец-то и у меня появилась своя собственная светская жизнь. – Рейчел сидела с Джейн в плавательном бассейне Ричмонда. – Это и правда здорово, потому что я дома, когда Чарльз тоже дома, но если его нет, меня там тоже нет.

– Что, друзья лучше пилюль? – горько спросила Джейн.

– Ах, Джейн. Не знаю, трудно ли это для тебя. Твое время придет. В конце концов Лиза и Джейк подрастут и станут самостоятельными. Почему бы тебе как-нибудь не отправиться на вечеринку без Джерри?

Джейн посмотрела на нее.

– Ты шутишь? Если я оставлю Джерри одного дома с детьми, он или дом спалит, или потеряет одного ребенка. Он ничего не скажет против, но, знаю, сильно обидится, если я даже заикнусь о том, чтобы провести вечер без него.

– Не кажется ли тебе это легким проявлением клаустрофобии?

– Легким? Господи, да это иногда меня просто убивает. Я смотрю на его доброе, приветливое лицо и едва сдерживаю себя от желания двинуть по нему как следует. Хотя ни за что не сделаю этого. Принимаю еще одну таблетку валиума… Джейк! – завизжала она. – Джейк, перестань драться с Сарой!.. Вот так. Одно из преимуществ евреев из Нью-Йорка состоит в том, что нам никогда не нужен мегафон, визжать учатся с пеленок.

Рейчел нежилась на солнышке, лежа на полотенце.

– Я просто дождаться не могу, когда мы поедем в Камаргу. А что вы планируете на лето?

– Мы поедем в Италию. Я прочла все книги, которые были когда-либо написаны о Папе Римском и Ватикане, и мы вольемся в миллионную толпу американцев, жаждущих увидеть европейские священные места. Европа манила меня всегда. Мои предки приехали из Польши. У нас даже сохранилась семейная реликвия из той далекой страны, история которой насчитывает сотни лет. Моя бабушка так никогда и не научилась говорить по-английски. Понятия не имею, насколько история Англии повлияет на мировоззрение нашей семьи. Но Америка – новая страна, ей всего только две сотни лет.

– Полагаю, что воспринимать это надо как само собой разумеющееся. Дом, принадлежащий моему дедушке, был построен во времена королевы Елизаветы, а одна из стен – даже гораздо раньше. Считают, что ему около тысячи лет.

– Здорово, – Джейн рассмеялась. – Нет ничего удивительного в том, что с англичанами невозможно найти общего языка. Их традиции уходят корнями в глубь седой истории. В Америке, по крайней мере, женщины наравне с мужчинами, первыми поселенцами из Европы, помогали осваивать новые территории. Этим обусловлена их агрессивность.

– Если откровенно, то я не думаю, что ты агрессивнее англичанок, Джейн. На мой взгляд, ты просто правдивее многих женщин среди моих знакомых. Женщин в Англии всегда учили, что «рука, качающая колыбель, управляет миром». «Командуйте исподволь», – был совет Преподобной настоятельницы монастыря.

– В Америке тоже не такие уж сильные различия. Благочестивая еврейская мать будет командовать в доме, но никогда не повысит голос на людях. Господи, от всех этих условностей можно рак заполучить.

– На ланч придет Анна. Она – одна из добровольцев по сбору пожертвований для защиты Розы Джонсон на суде. Знаешь, той женщины, которая застрелила своего любовника в доме недалеко от нас. Я отдам пять фунтов.

– Если бы я была с ней знакома, то застрелила бы его вместо нее.

Джейн вынула свою чековую книжку. – Хочется надеяться, что самое никудышное крыло движения не будет кричать на всех перекрестках и делать из нее политический фетиш.

– А я думаю, они именно так и поступят, – возразила Рейчел. – Но там всегда найдутся чувствительные женщины, типа Анны, которая вечно принимает участие во всяких движениях и очень любит поговорить, несмотря на то, что она моя старинная подруга. Именно Анна помогла мне сохранить здравый рассудок, принося новости из внешнего мира, когда я была заперта в четырех стенах и металась целыми днями как белка в колесе.

– Пожалуй, ты права. Я дам пять фунтов. Кстати, Рейчел, кто будет защищать Розу на суде?

– Не знаю. Если она чистосердечно призналась, то все будет зависеть от присяжных. Надеюсь, там много сочувствующих женщин. Тревогу вызывает судья, Джейн. Анна говорит, что, если он состоял в том же клубе, или вращался в тех же кругах, что и Стефан Аркинсон, Розе не поздоровится.

– Знаю. В Америке все точно так же. Ты бы застрелила Чарльза, если бы узнала о веренице его любовниц?

– Нет. Я себе тоже задавала этот вопрос и пришла к выводу, что я бы ничего не сделала. Даже в голове это не укладывается.

– Знаешь, а я бы даже обрадовалась.

– Ты шутишь, Джейн?

– Нет. Толпа поклонниц, пожалуй, сделала бы Джерри более интересным. – Обе рассмеялись.

– Пошли. Пора. Завтра один из моих званых ужинов. – Рейчел начала собирать полотенца.

– О, господи. Я даже подослала одну для Джерри прошлым вечером.

– Клэр была просто восхитительна. Она одалживает мне дворецкого и горничную, когда мы приглашаем деловые круги. У меня теперь по два приема в неделю. Все та же Клэр, дай Бог ей здоровья, познакомила меня с людьми из «Харродза». Чарльз сначала пришел в ярость, но затем разрешил мне тратить столько, сколько я захочу.

– Я заметила твою новую одежду, Рейчел. – Джейн закусила губу. – А я не могу позволить тратить деньги на себя. На детей – это другое дело. Мне очень нравится покупать одежду им, Джерри, но на себя, – мне становится стыдно. Я нашла дешевую распродажу. И мне больше по душе купить дешевенькое платье там, нежели я пойду в магазины на Риджент-стрит.

– На самом деле, большинство моих новых платьев выбрала Клэр. У нее безукоризненный вкус. Она тонко чувствует, что подойдет тому или иному человеку, а уж себе и подавно она ни в чем не отказывает.

– Счастливица.

– Нет, Джейн. Она вовсе не такая счастливая, как может показаться на первый взгляд. Я не хотела бы оказаться на ее месте.

– У меня нет выбора.

– О… Джейн. Многим женщинам приходится гораздо хуже, чем тебе. Не горюй, увидимся через пару дней!

– Я послала Доминику приглашение на Лизин день рождения. Лиза говорит, что ей в школе предложили марихуану. – Взгляд Джейн стал тревожным.

– Знаю. У некоторых мамаш появляется навязчивая идея. Это всегда те, которые сами злоупотребляют пилюлями и поднимают бурю в стакане из-за того, что их детки курят марихуану или нюхают какую-нибудь отраву. Не забивай себе голову еще и этой проблемой, Джейн. Лиза – довольно уравновешенная девочка, которую не так-то просто втянуть в дурную компанию.

– Ты уверена?

– Абсолютно.

– Это такое счастье. У меня столько друзей выжгли себе мозги, употребляя ЛСД. Я бы не вынесла, если бы такое случилось с моими детьми.

«Бедная Джейн, – подумала Рейчел, когда шла с Сарой к автомобилю. – Загнанная в угол, она все время будет испытывать беспокойство. Джейн только и говорит об этом. Представляю, как она себя чувствует. Слава Богу, что у меня есть Клэр и время для себя».

Анна с порога гордо прошествовала в комнату.