Чтение онлайн

Ноулз сразу подошел к стене, которая разделяла их комнаты. Встав возле зашторенного окна, он принялся потихоньку простукивать стенку в поисках места, свободного от балок и арматуры, напряженно вслушиваясь в звук. Найдя то, что ему было нужно, он стал делать круги вытянутыми руками, пытаясь очертить зону, которую может охватить объектив видеокамеры.

— Годится.

Иэн достал из чемодана маленькую портативную дрель и протянул Ноулзу.

Установив дрель на максимальные обороты, Сэм упер в стену вращающееся с воем сверло. В воздух взметнулись и медленно осели на ковер частички деревянной обшивки, опилки и фрагменты изоляции. В считанные секунды в стене между двумя комнатами было проделано крошечное отверстие. Оно было таким маленьким, что заметить его было вряд ли возможно, но в него как раз входил световод, подсоединенный к видеокамере.

Иэн посмотрел на часы и не поверил своим глазам. Они находились в комнате всего три минуты. А ему показалось, что прошло три года.

Вынув сверло из стенки, Ноулз стал искать второе место, на этот раз ближе к двери.

Иэн удивленно поднял бровь.

— Что, нужно еще одно отверстие?

Оператор кивнул, продолжая простукивать стенку и приникая ухом.

— Угу. Всегда надо учитывать одну вещь: если ты снимаешь только под одним углом, какой-нибудь паразит обязательно окажется спиной к камере. Ага. Вот здесь, — Отодвинувшись от стены, он снова включил дрель. — Теперь у нас будет на прицеле вся комната. Никаких мертвых зон, за исключением сортира.

На ковер опять посыпались опилки. Иэн попытался унять охватившее его волнение, сосредоточенно подбирая миниатюрным пылесосом каждую пылинку с ковра.

Прошло пять с половиной минут. Сибена в напряжении застыл возле ванной, боясь шевельнуться и в то же время слишком нервничая, чтобы стоять совершенно неподвижно.

Иэн прищурился, пытаясь определить, насколько заметны сделанные Сэмом дырки в стене. Не очень, решил он. Даже он, зная, где они расположены, отыскал их с трудом.

Наконец Ноулз закончил и отступил на шаг от стены.

— Все готово, шеф. — Он убрал дрель назад в чемодан.

— Потрясающе. — Иэн встал с пола, стряхнул с колен прилипшие опилки и устремился к двери. Черт. Идиот. Он остановился так резко, что Ноулз с Сибеной врезались ему в спину.

— Какого хре… — оператор прикусил язык.

— Кое-что забыл.

Иэн решительно прошел к огромной кровати, торопливо расправил и взбил подушки и подоткнул покрывало. Достав из кармана рубашки две мятные шоколадки, он аккуратно положил их на верхнюю подушку.

Теперь настала очередь Сэма удивляться.

— Это идея Эмили. — Иэн махнул в сторону двери. — На случай, если у Мюллера заготовлены какие-нибудь трюки, с помощью которых он сможет установить, что в комнате побывали, — знаешь, волосок, прилепленный к двери, и всякое такое.

Ноулз улыбнулся.

— Ага, а теперь он будет считать, что приходила горничная, чтобы перестелить ему постель. Умно. Очень умно. — Улыбка растянулась еще шире. — Неудивительно, что вы с мисс ван дер Хейден такая прекрасная парочка. Оба хитрющие как черти. Честное слово, я просто горжусь, что знаком с вами.

Тихонько засмеявшись, Иэн подтолкнул его к двери.

— Побереги свои остроты на потом, Сэм. Нам еще много надо успеть до возвращения Мюллера с его дружком из АНК.

Спустя полчаса у них все было готово. В противоположных углах комнаты поблескивали два видеомонитора, на которых застыло изображение пустого номера Мюллера под разными углами. И хотя картинка, получаемая по световоду, была зернистая и несколько туманная, качество изображения можно было считать удовлетворительным. С помощью цифрового компьютерного усиления в студии вся нечеткость уберется и добавится яркости, так что все будет видно вполне отчетливо.

Не входя снова в комнату Мюллера, Ноулз не мог проверить звук, но он не сомневался, что уровень звукозаписи будет достаточным. А если нужно, то компьютер сможет усилить и голоса.

Иэн мерил комнату шагами, время от времени кидая взгляд на мониторы. Изображение застыло. Где же сейчас Мюллер? Неужели он все-таки решил провести свою тайную встречу где то в городе?

Зазвонил телефон. Он перепрыгнул через спутанный кабель и схватил трубку на втором звонке.

— Алло?

В трубке раздался нежный голос Эмили.

— Он возвращается. И не один. С ним чернокожий.

Есть! Иэн с трудом сдержал торжествующий возглас. Его предположение оказалось верным.

— Дождись, пока они сядут в лифт, и поднимайся. Тебе ведь не захочется пропустить это зрелище.

— Конечно, нет. — В голосе Эмили радость смешивалась с некоторой долей сомнения. — Только, Иэн, второй кажется слишком юным, чтобы занимать какой-нибудь пост в АНК.

Он пожал плечами и тут же вспомнил, что она его не видит.

— Я слыхал, что некоторые из партизан начинают чуть ли не в четырнадцать. А среди тех, кто кидается камнями в Соуэто, есть ребята и помоложе.

— Возможно… — Сделав паузу, Эмили продолжала: — Они в лифте. Я иду.

Телефон замолчал.

Иэн повернулся к своим товарищам.

— Представление начинается, ребята.

Ноулз присел на корточки, проверяя в последний раз свою аппаратуру. Сибена примостился на краешек кресла, обращенного к мониторам. Он успел прийти в себя и теперь откровенно восхищался той легкостью и уверенностью, с какой американец управляется со сложной техникой.

На одном из мониторов картинка шевельнулась, и Иэн увидел, как дверь мюллеровского номера распахнулась. Вошел сам Мюллер, за ним очень маленький и щуплый черный. Несмотря на предупреждение Эмили, Иэн был ошарашен. Хотя по мерцающей, зернистой картинке невозможно было сказать наверняка, но спутнику Мюллера никак нельзя было дать больше шестнадцати или семнадцати лет.

Легкий осторожный стук в их собственную дверь заставил его вскочить. В приоткрытую дверь вошла Эмили, быстро поцеловала его и сразу села на кровать, впившись взором в экран. Иэн присоединился к ней.

Был виден Мюллер, он стоял возле комода, отсчитывая из пачки бумажки и кладя их в протянутую руку молодого африканца. Изображение немного дрожало, и Иэн сощурился, чтобы получше все разглядеть. Деньги? Вероятно. Африканер, должно быть, платит за информацию об операциях АНК, которую агент собирается ему передать.

Но чем-то выражение лица Мюллера его смущало. То была смесь презрения, отвращения к самому себе и чего-то еще более странного. Очень странного. Предвкушения?

Чернокожий с видимым удовлетворением распихал толстую пачку банкнот по карманам и пробормотал что-то невразумительное.