Чтение онлайн

Я громко рассмеялась, и она улыбнулась в ответ.

– Что касается того, чтобы отличить их друг от друга, то посмотри на татуировки вокруг их левых глаз. Там картина всегда отличается.
– Она подняла полог палатки.
– Лара, ложись в постель и закрывай глаза. Солнце взойдет раньше, чем мы этого пожелаем.”

Тихие Воды поднял нас еще до восхода солнца.

Я стояла, держа поводья Великого сердца, потягивая кавадж, пока лагерь разбивали. Кикай разговаривала с одним из воинов-жрецов, объявляя о своей жажде свежего красного мяса.

Я проигнорировала его и стала смотреть, как встает солнце. Воистину Восход, на горизонте, настолько широком, насколько хватало глаз, казалось, что он вот-вот взлетит в небо.

Неудивительно, что эти люди поклонялись стихиям и клялись небесами. Это была такая огромная часть их жизни, которая влияла на все, что они делали, на каждое мгновение их жизни. Живя в замке, в городе, я не замечала это так, как они. Я с благоговением смотрел и удивлялась. Какой будет буря? Какой будет зима?

Мой желудок сжался. Все это было так ново и страшно. Я смотрела на горизонт и мечтала о красивых, безопасных горах, которые могли бы прорезать эту открытость. Я чувствовала себя такой беззащитной....

– Так же страшно, как земля, где тебя постоянно окружают огромные каменные горы, которые мешают видеть и закрывают солнце.
– слова Кира вернулись ко мне, и я улыбнулась.

Смотрит ли он на восход солнца? Или заставляет своих воинов работать быстрее, чтобы он мог следовать за нами?

Мне пришлось посмеяться, потому что и Кир, и Маркус, вероятно, заставляли всех вокруг работать как можно быстрее. Богиня знала, что Маркус их сильно увлечет

Я немного повернулась, позволяя Великому Сердцу закрыть меня от других, и попробовала достать спрятанный клинок. Я использовала палатку Kикаи, чтобы пристегнуть его. Я вздрогнула, когда он выскочил, и попытался сжать его в руке. Требуется практика, чтобы заставить его работать правильно. Я прижала его обратно, когда услышала, что кто-то подошел сзади.

– Садись на лошадь - Ифтен вел лошадь, и на его лице было обычное утреннее хмурое выражение. Я закатила глаза и повернулась, но он, должно быть, увидел мое лицо. Его губы скривились, и он плюнул мне под ноги. Маленький кусочек чего-то коричневого попал мне в ботинок.

Я открыла рот, чтобы возмутится, но он отвернулся, и мои воины-жрецы встали на свои позиции. В растерянности я потянулась вниз, схватила , что это было, и сунула его в свою сумку.

Посмотрим, в чем состоит "магия" жрецов-воинов. Мы просто посмотрим ...

Часть 7

– Слепая ненависть-это слабость.

Я ничего не сказала, просто наблюдала, как Кикая потянулась со своего тюфяка, чтобы добавить топлива в жаровню. Пламя и свет мерцали и танцевали на стенах палатки.

Перед полуднем она остановилась и организовала охоту за свежим мясом. Лагерь охранялся, и Ифтен бродил по периметру, следя за мной на расстоянии. Кикай заставила нас согреться в ее палатке, колокольчики в откидной створке и горшок каваджа между нами.

Ее воины были снаружи, с инструкциями убедиться, что никто не приближался. Мы были настолько уединенны, насколько это было возможно на равнинах.

Хорошо, что она приказала разбить лагерь пораньше. Мы ехали под мелким дождем, сырость и холод проникли в мои кости. Я могла представить, что это сделало с телом Кикай.

– Я не знаю правду обо всем, что было, и могу только говорить правду, которую я знаю.
– Кикай посмотрела на меня из своего вороха одеял. -Ты понимаешь?"

Я кивнула, не желая прерывать.

– Я не певец, но ты должна знать о прошлом, прежде чем я смогу сказать больше.
– Kикаи потерла колени под одеялом.
– Давным-давно один военачальник получил первый Трофей. Вместе они объединили все племена равнин. Они создали Совет старейшин как мудрость равнин, певцов как знание, тий как дух. Жрецы-воины должны были стать его силой.

Кикаи глубоко вздохнула, и ее плечи поникли под одеялом.

– Какое-то время это работало хорошо. Но что-то случилось. Жрецы-воины начали заявлять, что говорят от имени стихий, владеют магией, которой владеют только они.

Кикаи остановилась, поправляя одеяла, и я налила нам обоим еще каваджа. Она вытянула руки и поставила кружку на колени, укрытые одеялом

Кир всегда обладал силой воина. Но у него также есть сердце, забота о своем народе. Ему больно видеть, как люди страдают, и его бесит, что один страдает, а другой стоит и ничего не делает.

– Это то, что делают жрецы-воины?

Кикаи кивнула.

– Они используют свою магию только на тех, кого считают достойными.
– Она пристально посмотрела на меня, словно пытаясь подобрать нужные слова.

– У Кира, причиной его гнева - она колебалась, - была женщина.

Сердце замерло у меня в горле. Должно быть, на моем лице отразились мои чувства, потому что Кикай остановилась и нахмурилась.

– Нет, не связывание. Рядом с ним выросла молодая женщина, да? Из его племени. Ты понимаешь?

– Как сестра?

Кикай выглядел озадаченным.

– Я не знаю этого слова-

Я объяснила и ее лицо прояснилось.

– Да, да. Никто не ложится с членом своего племени. Мы следим за кровью всех, чтобы застраховать детей.
– Кикай стянула одеяло с плеча, чтобы показать мне свои татуировки.
– Мы не рожаем и не связываемся с племенами тех, кто нас создал.

– Да – я расслабилась - Я понимаю.

– Итак - Кикай снова поправила одеяла, натягивая их на плечи.
– Была женщина его племени, которая родила первенца. Что-то пошло не так, и женщина умерла. Я думаю, в конце концов, к ней проявили милосердие.

Кир пришел в ярость, потому что воин-жрец отказался использовать свою магию, чтобы помочь ей. Кикаи заглянула мне через плечо, глядя в прошлое.

– Марк приказал оттащить его и связать, чтобы он не бросил вызов каждому воину-жрецу и не погиб, пытаясь убить их всех. Кир видел причину. В итоге. Но он поклялся уничтожить их. - Кикай остановилась, сделала глоток каваджа и поставила кружку. - Уничтожить их всех.

Она покачала головой.

– Ненависть ослепляет его, он не замечает опасности. И для тебя.

– А Маркус?- Спросила я.
– Что делали жрецы-воины, когда он был ранен?

Она сморщилась.

– Меня там не было, но я знаю, что это только подлило масла в огонь гнева Кира. Кир приказал Маркусу жить, и тот повиновался.

– Какое племя у Маркуса, Кикай?

– У Маркуса нет племени, Лара- глаза Кикай были полны печали.

Я вздохнула