Чтение онлайн

Еще в 1800 году Кавказский гренадерский полк делал приготовления к походу в Грузию, но обстоятельства дозволили ему начать движения только в феврале следующаго 1801 года. 12-го февраля прибыл к полку 5-го артиллерийскаго полка поручик Макшеев с 5-ю орудиями и затем 17 февраля двинулся в поход баталион подполковника Симоновича. В конце марта он достиг границ Грузии.

Дорога, по которой приходилась продолжать путь, пролегала по ущелью Терека и Арагвы. Человеку, не видевшему природу этой страны, трудно вообразить себе затруднения, которыя представляли Кавказския горы путешественнику. Начиная от Владикавказа и до самаго своего истока, Терек протекает между двумя отвесными цепями гор, которыя иногда так суживают русло реки, что делают его немного больше хорошаго человеческаго прыжка. При чудовищной силе воды, которая несет громадные валуны, Терек с величайшею быстротою увивается по своему ложу, подмывая скалистыя его стены и, часто, не оставляя тропинки пешеходу.

Теперь рукою человека эти гигантския стены, так сказать, уже несколько раздвинуты; но голос народа говорит, что за несколько времени до прихода русскаго войска, один из влиятельных особ в горах должен был на руках переносить молодую жену-черкешенку по едва проходимой тропинке в том месте, где теперь Дарьял.

Тропинка эта составляла единственную дорогу для сообщения Кавказа с Закавказьем, по ущелью Терека.

Вот как описывает эту дорогу сам Кнорринг в рапорте к вице-президенту Военной Коллегии Ламбу [24] : «Река Терек невообразимо быстрая, просекая собой Кавказския горы и соделывая тем к походу в Грузию один сей путь, идет по тесной дефилеи, между двух утесов гор… На границе Грузии на 35-ти верстах надо проходить 18-ть мостов [25] а сии не иначе построены быть могут как на деревянных с однаго берега на другой перекладах, ибо утверждать их другим образом невозможно, от порывистаго стремления воды влекущей страшныя груды камней и от ежегоднаго переменения берегов. В иных же местах, где Терек подходит к утесу, не дает возможности следовать по берегу; должно так сказать ползти по прорытой в утесе горы столько узкой дороге, что едва может проходить повозка».

Представляем читателям судить о затруднениях встреченных русскими войсками при проходе по этой дороге.

Недостаток материалов не дозволяет проследить шаг за шагом движение баталиона подполковника Симоновича от границ Грузии до д. Казбека, куда он прибыл 5-го марта: «Марш мой, – рапортует Симонович Лазареву из Казбека, – по теперешнему зимнему времени, неисправности мостов и неспособности дороги, весьма затрудителен; а по выпавшему в горах снегу неизвестно будет ли еще средство переправить на ту сторону обоз; а как вслед за мной идет г. генерал-майор, сего полка шеф и кавалер Тучков 2-й с баталионом и 4 орудиями полевой артиллерии, а за ним и другия войска, то покорнейше прошу Ваше Превосходительство снестись с царем Давыдом [26] о скорейшем исправлении мостов».

Но, имея в виду ход дел в Грузии, требовавших скораго присутствия в ней войск, подполковник Симонович не решился ждать исправления дороги и 6-го числа двинулся из Казбека. Здесь он встретил новыя затруднения. Большой снег, выпавший 5 марта в окрестностях этой деревни, сделал дорогу совершенно непроходимою и утомленные гренадеры, в весь день 6-го числа, прошли только 8 верст, до д. Сион. Подполковник Симонович, в рапорте от 16 марта, говорит: «Не доходя д. Сион лежал сплошь до Коби большой снег, так что нужно было от онаго для проходу дорогу очищать, а по личном моем освидетельствовании 8 и 9 числ сего месяца дороги ведущей из Коби чрез снеговой хребет гор в Кайшауры, нашел везде оную занесенную снегом, который, с продолжавшихся во всю зиму снегов лежал по тому тракту от 2 до 5 аршин… и средства не нашел артиллерию и обоз на колесах переправить; вследствие чего дабы не промедлить и успеть в данном мне повелении от Вашего Превосходительства вынужден я нашелся расчистить снег, сделать санную дорогу и порубить соответствующее число полозьев… а как снег мало был плотен чтобы лошади не прорывались, то наняты были мною здешние жители, которые везли все с помощью гренадер на быках. Затем баталион был разделен на три отделения, первое отделение переправилось 13, второе 14, а третье 15-го. К переправе артиллерии был приставлен поручик Лобов… Таким образом переправлено все благополучно…» В конце рапорта прибавлено: «но оставил я в Коби лишний обоз под прикрытием».

Трудный поход баталиона подполковника Симоновича через Кавказския горы продолжался почти целый месяц. Только 12 апреля баталион прибыл в г. Гори на смену роты, мушкетерскаго Гулякова полка, капитана Гарцевича.

Так кончился почти двухмесячный поход баталиона Кавказскаго гренадерскаго полка, сделавшаго почти 350 верст, из которых на последния 150 употреблено 37 дней, от 5 марта до 13 апреля, тогда как первыя 200 верст пройдены в 16 дней. Вслед за баталионом подполковника Симоновича двигался другой баталион Кавказских гренадеров под начальством шефа полка генерал-майора Тучкова 2-го.

5-го марта 1801 года Тучков уже сдал вверенный ему кордон, от Екатеринограда до р. Золки, генерал-майору Лихачеву [27] и затем 7 марта двинулся с своим баталионом при 4 орудиях по дороге в Грузию.

Марш баталиона до Ларса не представляет ничего замечательнаго.

Зато дальнейшее движение представляет ряд интересных эпизодов походной жизни. 27 марта Тучков прибыл в Ларс; сильный снег, сопровождавший его путь в продолжение этого дня, так затруднил движение, что гренадеры только через два дня могли добраться до Дарьяла (8 верст); хотя мосты и были в исправности, как говорит сам Тучков. Усилившийся снег не задержал гренадер в Дарьяле; в тот же день они продолжали трудный свой путь и к полудню поровнялись с кистинскою деревнею Гвелети. В этом месте баталион был догнан фельдъегерем с манифестом о кончине императора Павла I и о восшествии на престол Александра I. Здесь, у подножия одной из величайших кавказских гор, при шуме сердитаго Терека, по колено в снегу, кавказские гренадеры совершили молебствие о здравии новаго монарха. 12 числа Тучков прибыл в Коби и, взяв с собой оставшийся обоз подполковника Симоновича, начал 13 числа труднейшую часть своего пути – перевал через хребет.

Начиная с апреля, глубокие снега покрывающие горы, начинают рыхлеть и теряя крепость с трудом держатся на скатах. В этом положении, при небольшом сотрясении гор, снег с шумом сваливается с них, засыпая собою целыя ущелья и нередко запруживая самый Терек. При этом явлении нечего думать о сбережении дорог – оне часто остаются под снегом иногда в глубине десяти сажен. В такое опасное время перешел через горы баталион кавказских гренадеров. Вот как рапортует Тучков об этом походе генерал-майору Лазареву: «С 13-го по сие 27 число совершен мною трудный и опасный переход через снеговую Кавказскую гору благополучно, не взирая на превеликий снег лежащий на горе и падающий с нее с превеликим громом, что всего опаснее. Баталион имени моего, со всею артиллериею и обозом, а равно и оставленный казенный обоз подполковника Симоновича, переправлен в лагерь, при деревне Кайшаур состоящий, без малейшей потери, а что в какой день происходило ниже сего обяснить честь имею. Но предварительно Вашему Превосходительству доношу, что во всякое время года переход через снеговую гору удобнее нежели в сие. Когда переходил подполковник Симонович снег был крепок, а теперь не только он рыхл и лошадей поднять не может, но к тому же недавно выпал преглубокий весенний снег не имеющий никакой крепости».

«Сего месяца 12 числа выступил из деревни Сион, прибыл в д. Коби; 13-го, отправил 400 человек нижних чинов чрез снеговую гору с их багажом как для облегчения повозок, так и для протоптания дороги; на возвратном же пути им велено было рыть дорогу. 14 числа они начали от Кайшаура дорогу и прорыли версты на три, но начавшийся превеликий снег ветром и мятелью принудил их оставить работу и возвратиться в лагерь. Того же числа к ночи все туда собрались. 15 числа узнал я что сделанную нами дорогу, так занесло что отыскать ее трудно. Я, дабы не подвергнуть людей крайнему изнурению, нанял 200 человек рядовых, для переноски патронов и остальнаго багажу с тем что и дорога через таковыя переходы сделается лучше; 17 числа возвратились люди и, пока послано было 300 человек за артиллерийскими зарядами, 18-го кончена осетинами работа и отправлены на ту сторону две роты с облегченным обозом, под командою подполковника Спревича и того же числа отправил на волах, с помощью 200 человек рядовых и 200 нанятых грузин, разобранную по частям и поставленную на сани артиллерию; 19-го поднялась оная на половину крутости гор и следовала бы далее, но приехавший от оной подпоручик Башмаков донес мне, что снег в безмерном количестве обрушился с самой высоты и завалил дорогу, высотою сажен в 15-ть, но по особливому счастию никого не задавило, хотя падение было не далее как в шагах 30. В то же время послал 150 осетин оный разгребать (по 20 коп. цена работы), артиллерия пошла, и отправлено 200 человек с остальными артиллерийскими зарядами, а вслед, за тем и я с знаменем и пристойным числом прикрытия выступил из лагеря и того же числа все сие прибыло при д. Кайшауры, а пришедшие с зарядами отправлены назад.

21 числа выступила из стараго лагеря рота имени моего со всем обозом и за нею рота имени подполковника Спревича, но того же числа упал снег с гор в трех местах почему с той и с другой стороны горы были отправлены по 150 человек наемных людей чистить дорогу (22 копеечная работа) а 23 прибыла в лагерь (новый) рота имени моего. Идущие безпрестанно снеги и дожди привели дорогу в такую рыхлость что ни лошади ни волы по ней идти не могли, почему в помощь подполковнику Ратманову отправлено от двух рот 200 человек рядовых и 100 грузин; 24 прибыла рота капитана Александрова, а 25 сам подполковник Ратманов сего ротою. И так все собралось в лагерь исключая обозу подполковника Симоновича, но того же числа отправлен назад капитан Исаков с 150 рядовыми и 100 грузинами с 60 парами волов для привоза сказаннаго обозу, который прибыл с оным 26-го числа. В течении этого времени, что было испорчено, то переправлялось починкою и обоз поставлен на колесы. И так преодолев все трудности завтра выступлю я далее».

«Во все время шел безпрестанно снег и дождь и все тягости, люди как носить, так и везти почти должны были на себе, разумея казенныя повозки. Почему для подкрепления сил несколько раз давал я им винную порцию, Вашему Превосходительству долгом считаю донести, что грузинский дворянин Казбек старался изыскивать и преподавать все способы к совершению этого пути от самаго Ларса; сей человек издавна служащий в препровождении войск через трудныя места заслуживает перед прочими особаго одобрения».

30-го апреля Тучков благополучно прибыл в Душети 3 мая вступил в Тифлис на постоянныя квартиры. Таким образом совершил Кавказский гренадерский полк один из блистательных походов в своей истории.

В продолжение пути полк довольствовался, до границ Грузии, из магазинов Кавказской линии, а в Грузии на счет грузинскаго правительства, заготовившаго в условных пунктах провиант и фураж. Но ненастья, сопровождавшия марш баталионов и задерживавшия его в пути, ставили гренадер в печальную необходимость голодать по целым суткам. Из донесения Тучкова видно, что ему стоило больших трудов собирать часть провианта и фуража небольшими мерами у жителей проходимых мест. В заключение главы было бы интересно привести полный список штаб и обер-офицерам, описанным трудным походом начавшим ряд блистательных дел нынешняго Грузинскаго гренадерскаго полка, но неимение полнаго списка в подлиннике заставило ограничиться только перечнем штаб и обер-офицеров включительно до командира роты [28] :