Чтение онлайн

Особое внимание уделялось актерскому мастерству — талант перевоплощения у фидаинов ценился не меньше, чем боевые навыки. При желании они умели изменяться до неузнаваемости. Выдавая себя за бродячую цирковую группу, монахов христианского духовного (клерикального) ордена, лекарей, дервишей, восточных торговцев или местных дружинников, фидаины пробирались в самое логово врага, чтобы поразить там свою жертву. Как правило, после выполнения приговора, вынесенного Горным старцем, фидаины даже не пытались скрыться с места покушения, с готовностью принимая смерть или убивая себя самостоятельно. Саббахиты, или «люди горных крепостей», как часто называли фидаинов, даже находясь в руках палача и подвергаясь изуверским средневековым пыткам, обжигаемые огнем и раздираемые острым железом, старались сохранять улыбку на лице.

Именно самоубийцы-фидаины сохранили в веках мрачное имя Гассана ибн Саббаха. От них и получили измаилиты прозвище ассасины: обычно считается, что так трансформировалось в устах крестоносцев слово «гашиш», которым фидаинов одурманивали перед тем, как отправить на задание. В западных языках это слово осталось по сей день. «Ассасин» в английском и французском языках значит «убийца» (преимущественно — наемный). И, произнося это слово сегодня, англичанин и не подозревает, что имеет в виду молодого фанатика, который спешил в Багдад, Каир или Триполи, чтобы выполнить волю Горного старца.

Согласно весьма распространенным представлениям, название «ассасин» («гашашим», «гашишим», «гашшишим»), произошло от обычая низаритов приводить себя в кровожадный экстаз гашишем и другими наркотиками. Если это действительно так, то речь идет о первом исторически засвидетельствованном целенаправленном использовании, с целью массового зомбирования людей, галлюциногенных препаратов, а именно (или — в первую очередь) гашиша. Сторонники данной версии считают, что именно от наркотика гашиша (гашиш — ароматическое смолистое вещество, выделяемое верхушками стеблей женских особей индийской конопли; разрушительно действующее на организм наркотическое средство, вызывающее опьянение с галлюцинациями) соплеменники стали называть низаритов «гашишинами» («хашшашим»), а «франки»-крсстоносцы — искаженным словом «ассасины».

«Википедия» утверждает, что «ассасины — наименование, под которым получили широкую известность в Средние века и в настоящее время измаилиты-низариты (шиитская ветвь ислама). Название связано с комплексом расхожих представлений о низаритах как о террористической секте, члены которой, одурманенные наркотиком фанатики, совершают многочисленные убийства на политической и религиозной почве. Слово «ассасин» вошло во многие европейские языки и понимается как наёмный убийца».

А знаменитый отечественный востоковед академик В. В. Бартольд однозначно утверждал в примечаниях к русскому изданию книги венецианского путешественника Марко Поло (М., 1955, с. 266): «Название секты было хашидшн, от одуряющего напитка (именно напитка, а не курева! — В.А.)хашиш (гашиш). Убийства измаилитов получили такую известность, что от названия их секты произошло французское слово assasin — убийца».

Рассмотрим несколько подробнее, насколько данная версия происхождения названия «ассасин» согласуется с историческими фактами.

Употребление слова «гашишийа» («хашишийа») по отношению к низаритам прослеживается в письменных источниках с начала XII века. Именно к этому времени относится обострение полемики между двумя основными течениями измаилизма — низаритами и утвердившимися в фатимидском Египте мусталитами (о чем было упомянуто выше). В одном из сочинений, написанных в Египте в период правления фатимидского халифа Аль-Амира, в 1122 году, сирийские низариты были впервые названы «хашишийа». Этот термин был снова употреблен по отношению к сирийским низаритам в сельджукской хронике «Нусрат ал-фатра» (1183), а также в трудах историков Абу Шамы (умер в 1267 году) и Ибн Муйассара (умер в 1278 году). Персидские низариты аламутского периода также именовались (в частности, во враждебных им зайдитских сочинениях) «гашиши» («хашиши»). Во всех названных источниках не содержится обвинений низаритов в употреблении ими гашиша; слово «хашишийа» (которое можно истолковать не только как «употребляющие трав(к)у», в смысле «наркоманы», но и как «пожиратели травы», «травоеды») использовалось в уничижительных значениях — «чернь, низшие классы», «социальные маргиналы», «парии», «отбросы общества» и «неверующие». Существует широко распространенное, но не подтвержденное документально и потому, возможно, ошибочное мнение, что кандидата приглашали в келью Гассана ибн Саббаха и одурманивали гашишем, отчего и пошло название «ассасин». Как уже говорилось выше, по мнению ряда исследователей, на самом деле, в ритуальных действах низаритов, вопреки легендам, использовался не гашиш, а опиумный мак. А приверженцев Гассана ибн Саббаха прозвали «гашишшинами», то есть «травоедами», намекая на характерную для низаритов бедность (они, мол, «от бедности пожирают траву, подобно неразумным скотам»).

К началу XII века относятся первые контакты сирийских низаритов с крестоносцами. Именно со времен главы сирийских низаритов Рашид ад-дина Синана (1163–1193) в сочинениях «франкских» летописцев и путешественников впервые появляется термин «ассасин» (в книге венецианского путешественника Марко Поло «О разнообразии мира» — «асасин», с одним «с»), производный от «гашишин» («хашишин»).

К середине XIV века слово «ассасин», обозначавшее «член тайного общества, действующего в Сирии» (поскольку именно с сирийскими и палестинскими низаритами пришлось иметь дело «франкам»), приобрело в итальянском, французском и других европейских языках новое значение: профессиональный убийца, иногда также: злодей, разбойник, предатель; французское «асасэц», английское «асэсин»; испанское «асесино», итальянское: «асасино», португальское «асасину» И т. д.

Самое подробное — правда, относящееся уже к последним годам существования державы низаритского ордена на Ближнем и Среднем Востоке, — описание того, как готовили фидаинов (правда, уже не при самом Гассане ибн Саббахе, а при одном из его преемников), оставил нам Марко Поло (1254–1324). К этому времени методы низаритов и образ их жизни были уже настолько хорошо известны на Ближнем Востоке, что сведения Марко Поло, очевидно, отвечают действительности. Марко Поло (а точнее, не он сам, а его товарищ по заключению в генуэзской тюрьме, пизанец Рустичелло, или Рустичиано, которому Марко диктовал историю своих странствий) писал:

«В стране Мулект в старину жил горный старец. Мулект (Мульхид) значит жилище арамов (от арабского «харам» — «запрещенный, незаконный»; от этого же слова, кстати, происходит и знакомое всем нам слово «гарем», то есть «место, запретное для всех, кроме законного супруга». — В.А.).Все, что Марко рассказывал, то и вам передам: а слышал он об этом от многих людей. Старец по-ихнему назывался Ала-один (Марко Поло имел в виду предпоследнего «горного старца» и имама низаритов Алла эд-Дина Мухаммеда, о котором пойдет речь далее. — В.А.).Развел он большой, отличный сад в долине, между двух гор; такого и не видано было. Были там самые лучшие в свете плоды. Настроил он там самых лучших домов, самых красивых дворцов, таких и не видано было прежде: они были золоченые и самыми лучшими в свете вещами раскрашены. Провел он там каналы; в одних было вино, в других молоко, в третьих мед, а в иных вода. Самые красивые в свете жены и девы были тут; умели они играть на всех инструментах, петь и плясать лучше других жен.

Сад этот, толковал старец своим людям, — есть рай. Развел он его таким точно, как Мухаммед описывал сарацинам рай: кто в рай попадет, у того будет столько красивых жен, сколько пожелает, и найдет он там реки вина и молока, меду и воды. Поэтому-то старец развел сад точно так, как Мухаммед описывал рай сарацинам; и тамошние сарацины верили, что этот сад — рай. Входил в него только тот, кто пожелал сделаться асасином. При входе в сад стояла неприступная крепость, никто в свете не мог овладеть ею; и другого входа туда не было.

Содержал старец при своем дворе всех тамошних юношей от двенадцати до двадцати лет. Были они как бы под стражею и знали понаслышке, что Мухаммед, их пророк, описывал рай точно так, как я вам рассказывал. И что еще вам сказать? Приказывал старец вводить в этот рай юношей, смотря по своему желанию, по четыре, по десяти, по двадцати, и вот как: сперва их напоят (о гашише — ни слова! — В.А.); сонными брали и выводили в сад; там их и будили.

Проснется юноша, и как увидит все то, что я вам описывал, по истине уверует, что находится в раю, а жены и девы весь день с ним, играют, поют, забавляют его, всякое его желание исполняют; все, что захочет, у него есть; и не вышел бы оттуда по своей воле. Двор свой горный старец держит отлично, богато, живет прекрасно; простых горцев уверяет, что он пророк; и они этому, по истине, верят.

Захочет старец послать куда-либо кого из своих убить кого-нибудь, приказывает он напоить (о гашише опять-таки ни слова! — В.А.)столько юношей, сколько пожелает; когда же они заснут, приказывает перенести их в свой дворец. Проснутся юноши во дворце, изумляются, но не радуются, оттого что из рая по своей воле они никогда не вышли бы. Идут они к старцу и, почитая его за пророка, смиренно ему кланяются; а старец их спрашивает, откуда они пришли. Из рая, отвечают юноши и описывают все, что там, словно как в раю, о котором их предкам говорил Мухаммед; а те, кто не был там, слышат все это, и им в рай хочется; готовы они и на смерть, лишь бы только попасть в рай; не дождутся дня, чтобы идти туда. Захочет старец убить кого-либо из важных, прикажет испытать и выбрать самых лучших из своих асасинов, посылает он многих из них в недалекие страны с приказом убивать людей; они идут и приказ его исполняют; кто останется цел, тот возвращается ко двору; случается, что после смертоубийства они попадают в плен и сами убиваются.