Чтение онлайн

Костюм русского дружинника. X в. Автор реконструкции С. Мишанин. Этот костюм не столь богат — в нем отсутствуют дорогие шелковые ткани и серебряные украшения. По-видимому, перед нами младший дружинник, еще не успевший отличиться в дальних походах. Костюм, основу которого составляют рубашка и штаны, традиционен как для славян, так и для скандинавов. На принадлежность к дружинному сообществу указывают пояс с бляшками и степной сумочкой, кроме того, показателем известного достатка служит крашенная мареной рубаха воина.

Фибула — застежка мужского плаща. Русь, X в. Автор реконструкции М. Савинов. Фибулы в форме подковы были очень широко распространены в Восточной и Северной Европе. Их носили и скандинавы, и славяне, и финны, и балты. Представленная на фото фибула принадлежит к популярному на Руси типу фибул с многогранными головками на концах дуги. Впервые такие фибулы появились в юго-западной Финляндии, откуда распространились по всем землям, прилегающим к Балтийскому морю.

…Дружина — это постоянное, всегда готовое к бою элитное воинство, которое может решать задачи определенного масштаба — сходить в набег, собрать дань, осуществить выгодный торговый поход. Но, когда дело доходит до крупных операций, — таких, как рейды на Константинополь-Царьград, — на первый план неизбежно выступает не столь яркая, но несравнимо более мощная сила — ополчение свободных общинников.

Крестьянская община — это, пожалуй, самый жизнестойкий социальный организм. Конечно, на протяжении веков она менялась — теряла собственность на землю, право на ношение и применение оружия, получала новых хозяев, новые поборы и повинности, но древняя основа ее, то самое «решение всех дел сообща», продержалась до XX века.

Община на Руси есть мера всего. Каждый человек (за редким исключением) Древней Руси осознавал себя принадлежащим к какой-либо общине. Маленький коллектив земледельцев — это община. Город с населением в несколько тысяч человек — это тоже община. Несколько городов с окрестными деревнями, жители которых осознают свое родство и производят себя от общих предков, — это тоже община, которая будет действовать как единое целое на международной арене.

А вот вся Древняя Русь единой общиной себя уже не осознавала.

Решения в любой общине, как мы уже знаем, принимались сообща или, говоря научным языком, коллегиально. Институт, который управлял общиной, имел различные названия у древних народов, общий термин, которым ученые обозначают эти институты — «народное собрание». У славян такое собрание называлось «вече».

Одежда белорусов. XIX в. Акварель Ф. Г. Солнцева. Костюм славянских народов менялся со временем, но при этом общий его контур и основные детали оставались в неприкосновенности. Белорусские крестьяне на рисунке Ф. Г. Солнцева одеты в льняные рубахи и штаны, на головах крестьян — войлочные шляпы, на ногах — поршни, характерная низкая обувь, кроившаяся из одного куска кожи. Как и у древних славян, одежда не имеет карманов — все необходимое носится на поясе.

Северорусский ополченец. X в. Автор реконструкции Р. Потапов (клуб «Ладога», Санкт-Петербург). Так мог выглядеть сын общинника, принятый в младшую дружину во время осеннего полюдья. Основу вооружения ополченцев из славянских и финских племен составляли копья и топоры, защитное вооружение чаще всего сводилось к дощатому щиту.

Славянский воин. X в. Автор реконструкции О. Рублев (клуб «Ладога», Санкт-Петербург). В руке воина — типичный для Руси X в. легкий боевой топор. Крашенная мареной рубаха — показатель достатка. Скорее всего, наш герой уже имеет опыт дальних походов, например, в войске князя Игоря. На шее воина — амулет из просверленного медвежьего клыка, такие амулеты археологи нередко находят при раскопках славянских поселений.

Первая ассоциация при слове «вече» — Новгород. Там оно сохраняло силу на протяжении долгого времени, поэтому именно новгородское вече наиболее знаменито и, добавим, лучше всего изучено. Но и во всех других городах Руси вече существовало, просто о нем меньше известно. Когда наша летопись говорит о том, как киевляне или какие-то другие горожане «думали», «совещались» и т. п., — она имеет в виду именно вече.

Далеко не всякий житель древнерусского города или села мог присутствовать или выступать на вече. Вече, как, например, и скандинавский тинг, это в первую очередь собрание глав семей, а в масштабах племени — глав родов.

Военная сила — тоже в руках самой общины. Оружие в славянском (как, впрочем, и в кельтском, балтском и в скандинавском обществе) не было привилегией избранных. Весь народ был вооружен, в каждой семье был воин (а то и не один), который мог в случае необходимости поучаствовать в отражении врага или в нападении на соседа.

Кованая железная фибула. Автор реконструкции А. Будилов. Такими фибулами могли застегиваться плащи славянских ополченцев. Обломки кованых фибул нередко обнаруживаются при раскопках древнерусских городов и сельских поселений.

Именно племенные ополчения описывает «Повесть временных лет», рассказывая о больших походах первых русских князей.

Дружина в этом случае образовывала нечто вроде офицерского корпуса. Вот, например, состав похода Олега в 907 г.:

«Иде Олег на Грекы, Игоря остави в Киеве, поя же множество Варяг, и Словен, и Чудь… и Кривичи, и Мерю, и Деревляны, и Радимичи, и Поляны, и Северо, и Вятичи, и Хорваты, и Дулебы, и Тиверци… и с сими со всеми поиде Олег на конех и на кораблех…».

В огромное войско входили племенные ополчения как северных, так и южных восточнославянских племен, поучаствовали в походе к богатым берегам и финские ополченцы. Это как раз тот редкий случай, когда все пространство Руси от Новгорода до Киева выступило как нечто единое.

Итак, мы познакомились с организацией русского войска, того самого войска, которое со второй половины IX столетия начало совершать большие военные походы на южные моря — Черное и Каспийское. Как проходили эти походы — узнаем в следующей главе.

Когда славяне в глубине лесов защищались от врагов, или вели межплеменные войны друг с другом, их воинам не требовались какие-то специальные средства перемещения. Для решения небольших задач хватало и собственных ног.

К IX–X вв. положение изменилось. Жители Русской равнины — не только славяне, но и финны, и скандинавы, в большом числе осевшие здесь и ставшие своеобразными катализаторами перемен, — все эти народы оказались вовлечены в огромные по своему размаху военные эпопеи, стиравшие с лица земли целые страны.